Алексей Афанасьев – Постэгоизм (страница 6)

Ворон, всё это время наблюдавший за действиями разведчика в оптический прицел, наконец, смог пошевелиться. Он аккуратно положил невероятно древнюю, но от этого не менее любимую винтовку на землю, достал из кармана куртки рацию и начал крутить динамо-машинку, приделанную к ней. Немного подзарядив аккумулятор рации, следопыт нажал на кнопку и проговорил:

– Лис, это Ворон. Вижу вчерашних туристов. Идут обратно по топям, причём, с девкой. Итого трое. Идут прямо на меня, надо понимать, потому как быстро топают, значит, дорогу знают. Сейчас присели на болоте отдохнуть. Приём.

– Ворон, это Лис, – донеслось еле слышно из пропитанного влагой динамика рации. – Понял тебя. Это отличные новости. Раз девку подцепили, значит, по ту сторону действительно есть деревня. Запоминай примерно, как идут, чтобы не завели нас, куда не надо. Через сколько будут у тебя? Я пошлю ребят.

– Вот только что остановились на островке, до него метров триста. Как пойдут, я маякну.

– Давай, только момент не упусти, некогда их будет по лесу гонять, нам ещё Пророка на ту сторону тащить, хрен его знает, на сколько это затянется.

– Само собой, Лис. Отбой, – ответил Ворон и осторожно убрал рацию.

Наведя винтовку на островок посреди болота и прильнув к прицелу, Ворон дёрнулся – в его сторону из кустов смотрел второй ходок. Следопыт от неожиданности чуть не выстрелил, но, к счастью, палец в этот момент не лежал на спусковом крючке. У него возникло паразитное чувство, будто это на него смотрели в оптический прицел, а не наоборот. В действительности же Никита просматривал местность, и взгляд его вскоре сместился в сторону, не углядев в кустах хорошо замаскированного бандита.

– А вот слух у тебя, что надо, – с уважением прошептал Ворон, выдыхая.

Когда Никита отполз обратно к своим и отрицательно помотал головой, над островком повисла тишина. После стольких событий, произошедших меньше, чем за сутки, ребята приходили в себя. Никита смотрел на возлюбленную и не знал, как себя проявить. Валерий первым нарушил молчание:

– Как-то сумбурно всё произошло, я вот только в себя пришёл. Жень, я спасибо хотел тебе сказать. И за меня, и за Никиту. Ты нас натурально спасла. Если бы не ты, мы бы мёртвые сейчас были.

– Да, Жень, ты ради нас против всех пошла, мы перед тобой в неоплатном долгу, – поддержал брата Никита. – Спасибо тебе огромное!

– Я даже представить не могу, как ты себя сейчас чувствуешь. Вчера у тебя всё было, а теперь ты сидишь с нами на болоте…

– Ребята, всё нормально, – Женя жестом остановила Валерия. – Я сама хотела поднять эту тему в поселении. Он сжёг Олега, он хотел сжечь вас. Не за предательство, не за преступление какое-нибудь, а просто за то, что вы сказали правду, рассказали людям то, что вы видели. Так не могло продолжаться, это неправильно, это никому не нравится, я уверена, просто все боятся об этом сказать.

– Теперь всё будет иначе, – ответил Никита. – Ты видела, как все воодушевились твоей победой вчера? Нет, как прежде в поселении уже точно не будет.

– Надеюсь, это было не зря. Всё-таки… Он отец мой… – Женю душили слёзы, и ей нужно было выпустить эмоции наружу в безопасном месте. Никита и Валерий обняли свою подругу, и спустя несколько минут она уже приходила в себя.

– Он просто стал заложником ситуации, – Валерий не умел подбадривать людей ввиду своей внутренней строгости, но очень старался. – Ему нужно поддерживать свою власть, и, к сожалению, это делается только через насилие. Мы, вон, с Никитой не раз видели в других деревнях, как хороший на самом деле человек вынужден устраивать публичные казни только для того, чтобы его продолжали уважать. Короче, политика – это вот так. Кровь, сопли и страх. Я уверен, он очень за тебя переживает и жалеет о том, что произошло. Просто иначе уйти пришлось бы ему, а без него поселение быстро придёт в упадок, ты же понимаешь…

– Да понимаю, просто я же там родилась и выросла… Как и вы, да. Я привыкну, всё хорошо будет, мы с вами теперь – команда! – Женя обладала даром убеждения, иначе как объяснить искренние улыбки, появившиеся на лицах братьев.

– Да, теперь втроём будем искать себя в этом мире, – подтвердил её слова Никита. – Не переживай, мы с Валерой вон какие, опыта у нас море, всю округу знаем. С нами не пропадёшь! – Никита подмигнул подруге, и она улыбнулась в ответ.

– Прости, что так медленно соображаю, просто никогда в таких ситуациях, ну, ты понимаешь, – объяснился Валерий. – Ты теперь наша сестра. За нами будешь, как за каменной стеной. Просто от нас не отходи, мы все проблемы решим, хорошо?

– Как скажешь, брат, – Женя пожала Валерию руку, а Никита немного завис. Куда-то не туда зашёл разговор, какая, к чёрту, сестра… – Спасибо вам, ребят, вы замечательные.

– Тебе спасибо, принцесса, – с этого момента Валерий исполнял обязанности старшего брата не только для Никиты, но его это, похоже, даже обрадовало. – Итак, куда бы ты хотела пойти? Тут в любую сторону деревни есть, с нашей, конечно, не сравнить, но тоже кое-что.

– Слушайте, вы когда про тарелку над Невском сказали, я так захотела это своими глазами увидеть! Мы же сможем хотя бы издалека посмотреть?

– Да без проблем. Мне самому интересно, чем там всё закончилось и закончилось ли. А потом обогнём эту деревню с запада и пойдём на север, в обход наших болот вдоль моря. Канал там уже обмелел, мы спокойно его переплывём. Я думаю, на юге эти уроды всё уже разграбили, а у северян ещё есть шанс дать им отпор.

– Только впереди место опасное, нужно будет очень тихо и местами ползком проскользнуть, чтобы нас не увидели, – напомнил помрачневший Никита, которому теперь ничего не оставалось, кроме как работать следопытом. – А то с ножами против автоматов мы никак не сдюжим.

– Да, ты прав. Давай тогда слева обойдём, как в тот раз. Жень, прямо очень тихо нужно будет прошмыгнуть, как мышка, ты готова?

– Всегда готова! – сама того не зная, выпалила пионерский лозунг Женя. – Вы ведите и говорите, что делать, обузой я вам не стану – вы же меня сами учили, помните?

– Ну, с Богом! – проговорил Валерий и, пригнувшись, повёл группу к выходу с болот.

Лес встретил путников тишиной. Видимо, у животных было время послеобеденного сна. Хотя, скорее всего, бандиты умудрились разогнать из леса всю крупную живность – кому может понравиться, когда рядом стреляют? Не желая нарушать покой леса, троица стояла и вслушивалась в окружение. Лес уважал своих посетителей и молчал в ответ. Наметив некоторый вектор движения, Валерий пошёл вперёд, спутники двинулись за ним. Когда периферийным зрением Никита увидел людей за деревьями слева и справа, было уже слишком поздно. К ним вышли люди с автоматами в руках и жестом приказали поднять руки. Троица подчинилась.

Вдали у берега зашевелились кусты, и из них поднялся человек с угольными узорами на лице и винтовкой в руках. Деревянное цевьё винтовки от старости расползлось на волокна, и в образовавшиеся щели была залита смола янтарного цвета. В лучах пробивавшегося через листву деревьев солнечного света эта смола светилась и переливалась. Владелец винтовки явно её обожал.

Когда Ворон подошёл к пленникам поближе, он произнёс:

– Какие же вы неаккуратные. Вчера наследили, сегодня той же дорогой вернулись. Старушки какие, и те аккуратнее ходят. Посмотреть бы в глаза тому, кто вас так хреново научил. А за девчонку спасибо.

От последних слов следопыта путники похолодели.

Глава третья. Деревня

Первой угрозой, прогнавшей людей из городов в леса, стал вирус. Шествие заразы по миру, по воспоминаниям выживших, продолжалось чуть менее полугода, но ни многочисленные международные ассоциации, ни оборонные институты ни на шаг не приблизились к решению проблемы. Их забрасывали деньгами, к ним приставляли светил мировой науки – найти вирус в поражённом организме так никто и не смог. Следы его присутствия отчётливо виднелись на рассматриваемых под микроскопом образцах, но это стало единственным достижением мировой медицины последних дней.

Стоило бы поискать решение проблемы среди тех, кто пережил эпидемию на местах, но связь с ними, по понятным причинам, было уже не установить – наука умирала вместе с её носителями, а вывозить с места недавней катастрофы потенциально заражённого человека желающих не находилось. Среди людей упорно ходили слухи о том, что группе учёных удалось разработать вакцину от вируса, и что они сидят в бункере где-то за полярным кругом и ждут возможности спасти человечество, но со временем смысловая нагрузка веры в лучшее опустилась до нуля – все понимали, что в живых остались только те, у кого счастливый билет был с самого рождения.

Несмотря на то, что у всех выживших был иммунитет, без которого они не смогли бы пережить эпидемию, спокойно пройтись по городу в те дни мог только начисто съехавший с катушек человек. Более двухсот тысяч невчан скончалось за неделю в городе, а число тех, кто надеялся спасись от уже попавшего в их организмы вируса в загородных домах или других регионах, вообще не поддавалось никакому исчислению. В результате улицы города были буквально завалены трупами тех, кто в последние моменты жизни на голых инстинктах покидал свои дома в поисках спасения. Стоило подойти к ним – и зловоние, извергаемое будто проеденным насквозь телом, отпечатывалось в памяти навсегда.