Алексей Абвов – Экзаменационная Полоса (страница 60)
Взглянув на личное оружие, я вначале принял его за обычный изменённый внешним обвесом «Калаш», и лишь приглядевшись, осознал, что это совсем не он. Разобравшись, выяснил, что это продукция ЮАР-овской оружейной компании «Vektor», лицензионные клоны израильского «Galil», который, в свою очередь клон нашего «Калаша». Отличается от него чуть лучшей эргономикой, в первую очередь — переводчиком режима огня, и большим весом из-за использования фрезерованной ствольной коробки. Тут было представлено несколько разновидностей — длинноствольный R-4 под 7,62Х51 со складным прикладом и с сошками, 5,56Х45 без сошек, а также укороченный вариант R-5. Оружие совершенно неоднозначное. Калибр 5,56 малопригоден из-за слабого действия против местных зверушек, к тому же большая часть трофеев представлена короткоствольными вариантами с эффективной дистанцией стрельбы в триста метров. Вот лёгкие «ручники» под 7,62 совсем другое дело. Их конструкция мне импонирует куда больше, чем распространённые тут винтовки FN FAL. Их всего три штуки, оставим себе.
Доставшиеся нам пять единых пулемётов Vektor SS77 мне тоже сильно понравились. Чем-то они напоминали ПКМ, сделаны весьма удобно, хотя и проигрывают в целом нашим «Печенегам». Парочку сразу отложил для передачи наёмникам в качестве обещанной премии. С машин мы сняли три крупнокалиберных пулемёта сингапурского производства CIS50MG, имевшие возможность использовать сразу два короба патронов, заряжаемые с двух сторон. Весили они заметно меньше американских М2, да и конструкция более удачная, на мой пристрастный взгляд. Стволы оказались свежими, причём на каждую тушку наличествовало по три сменных ствола.
Все найденные пистолеты тоже произведены в ЮАР. Vektor SP1 — весьма незначительная переделка итальянской девяносто второй «Беретты» с более удобной рукоятью, а вот маленький пистолет скрытого ношения Vektor CP1 имеет собственную оригинальную конструкцию. Жалко таких всего четыре штуки, многих моих бойцов они сильно заинтересовали.
Достались нам и пара 81 мм миномётов того же южноафриканского производителя, оставшийся запас мин к ним весьма невелик — всего тридцать восемь штук. Их здесь лучше в открытую не использовать, ибо на репутации плохо сказывается. А вот держать в запасе на чёрный день наоборот настоятельно рекомендуется.
Снайперское оружие у наших противников почему-то отсутствовало, однако из притащенных на буксире побитых машин трофейщики вытащили «антиматериалку» NTW-20 со стволом под 14,5 мм патрон. Тяжеленная дура под тридцать килограмм весом, но в таком калибре способная остановить практически любой здешний броневик. Жалко патронов к ней нашлось всего лишь три десятка.
Радиостанции уже знакомые нам маленькие персональные цифровики, пара сканнеров эфира и один радиопеленгатор без антенн на высокочастотные диапазоны в машинах. Ещё имелась пара старых аналоговых радиостанций с дополнительными усилителями мощности.
При разборе трофеев у меня начало складываться впечатление о заведомо ограниченном составе атаковавшего нас отряда, на полноценную рейдовую группу он явно не тянет. Много штурмовиков с хорошим вооружением, а вот техническое обеспечение оставляет желать лучшего. Где лёгкие подвижные силы на багги, где полноценное радиотехническое подразделение? Почему отсутствуют приборы ночного видения? Накопив вопросов, отправился с ними к Рогнеде, благо она присела в сторонке перекусить с хмурым видом на лице.
— Я в глубокой печали... — заявила она, дожевав очередной бутерброд и запив его кофе из термоса. — Толковые командиры репрессированы, — тяжело вздохнула она, явно говоря о здешних соотечественниках. — Многих кого я раньше хорошо знала, уже нет в живых. В анклаве идёт вялотекущая гражданская война. Англичане снабжают генерала Дазда деньгами и людьми, иначе бы его уже давно прикончили. Но не это плохо... — ещё один тяжелый вздох. — Противостоящие генералу силы слишком разобщены. Отдельные харизматические лидеры категорически не желают объединяться с другими ради общей победы. Доходит до взаимных столкновений за контроль территорий и доходных предприятий.
— И ты хочешь во всё это вмешаться? — Я сразу же догадался, куда она сейчас клонит.
— Меня многие командиры действительно примут и признают общим лидером, — при этих словах на её лице на пару секунд возникла настоящая маска обречённости.
Она прекрасно понимала всю тяжесть груза, который разом свалится на её плечи, если она примет такое решение.
— Я не хочу становиться очередной Жанной Д`Арк, так как хорошо знаю, что впереди её ждёт только очистительный костёр инквизиции, — она вдруг взглянула на меня, словно испрашивая мою поддержку. — Но и оставлять соотечественников без помощи мне слишком больно, — она замолчала, резко опустив взгляд, а по её лицу потянулись мокрые дорожки.
С большим изумлением отметил про себя, что впервые вижу слёзы на лице этой поистине «железной» женщины.
— Успокойся, — я подсел к ней вплотную, обнимая за плечи и крепко прижимая к себе. — Вернёмся в город, и попробуем просчитать различные варианты. Вдруг наши точечные вмешательства смогут реально изменить сложившийся в твоём анклаве печальный расклад. Оружие у нас есть, техники достаточно, люди хорошо мотивированы. И ещё попробуем привлечь на свою сторону союзников, возможно, договоримся с наёмниками.
Рогнеда резко оторвала голову от моей груди и впилась в мои губы долгим страстным поцелуем. Для чего-то большего нам банально не хватило внешних условий.
Обратный путь в город мы проделали за одну ночь, встав в наезженную дорожную колею. С собой тащили всё, даже сильно повреждённые трофейные машины на жесткой сцепке. Несмотря на последствия обстрела из крупнокалиберного пулемёта их вполне реально восстановить до пригодного к эксплуатации состояния, ибо существенно пострадали только кабины, ходовая часть же осталась целой. Вместе с нами в город следовали и наёмники. Они с заметным интересом отнеслись к моему предложению поработать на нас против интересов бывших заказчиков. Предоплата предполагалась оружием и амуницией, и лишь частично живыми деньгами. Всё равно большую часть прибыли им прежде приходилось тратить на собственное обеспечение. Да и за постой в бурском поселении на время сезона дождей много отдали. О постоянной же базе отряда даже и не мечтали. Тут я мог им пообещать место в Эль-Оране, но только по результату проделанной работы. В первую очередь нам требовались разведчики хорошо знакомые с театром предполагаемых боевых действий. Этот отряд уже работал на континентальной дороге, потому его появление там вряд ли вызовет особый интерес. Они вполне способны изображать обычную охоту на кочевые банды из Дагомеи и Халифата, прихватывая сторонние заказы в фортах и поселениях. Но главной задачей для них станет отслеживание перемещения отрядов отморозков генерала Дазда, да и общей обстановки тоже. Нам же ещё предстояло разобраться с проблемами в городе, эмир Рашид уже пытался связаться со мной по радио, интересуясь, где меня шайтан носит. Пора решать вопрос с береговым шейхом Харатом аль Сухан, страстно желающим отомстить за убитого брата моим мальчишкам.
Глава 6. «Поединок достойных»
— ... И вот, наконец, в клетку выходят трое крепко заматеревших волчат против троих лучших асасинов шейха Харата, — громко по-английски объявил распорядитель боёв без правил.
С самим шейхом мне пока пообщаться не удалось, тот старательно держал дистанцию, отгородившись от меня многочисленными телохранителями. И даже требование смертельного боя для моих рабов было передано через эмира Рашида. Мы разыграли с ним сцену «укрощения строптивого», наорав друг на друга в присутствии многочисленных свидетелей. Ему требовалось показать свою власть надо мной и вообще над всеми неверными под его рукой, я же открыто демонстрировал своенравность вкупе с уязвлённой гордостью.
— Мои люди не продаются! — Громко и эмоционально отреагировал я на его просьбу уступить трёх рабов по решению собрания шейхов.
Те практически единогласно поддержали требование шейха Харата, признавая его право на кровную месть за брата. Моё же мнение рассматривалось исключительно в плоскости денежной компенсации за подходящих по возрасту рабов. То есть всего по двести динаров за голову. И мои возражения публикой воспринималось как банальное набивание цены. В общем, мы поорали друг на друга, после чего эмир резко понизил голос и просто приказал мне сделать по его слову. А чтобы всё было честно, то месть шейха должна осуществиться не тайно, как тот хочет, а публично в клетке боёв без правил. Шейху оставалось лишь согласиться с такими справедливыми требованиями, выставив против моих мальчишек своих бойцов.
— ... Посмотрите на них... — продолжил вещать распорядитель. — Кто скажет, что им едва исполнилось шестнадцать лет? Оцените их перевитые мускулами тела, взгляните на злой огонь в глазах. Они готовы дорого продать свои жизни... — ведущий шоу выдержал длительную паузу, пережидая громкие крики собравшихся вокруг большой клетки зрителей. — Как вы думаете, есть ли у них хоть один шанс? — Брошенный в зал вопрос снова поднял сильный шум.
И действительно мои пацаны смотрелись бледновато на фоне выставленных против них противников. Три бородатых матёрых волка в человеческом обличии, на полуобнаженных телах заметны многочисленные шрамы, внешне расслаблены, во взглядах явное желание поиграться с очередной жертвой перед тем, как перерезать ей горло. Они уже неоднократно выступали здесь, заливая песок огороженной сеткой площадки кровью других неудачников. И о применяемых ими приёмах моим пацанам хорошо известно. Готовясь к сегодняшнему «выступлению» они просмотрели множество записей прежних боёв. Более того — всё происходящее сейчас тоже записывается, и записи вскоре разойдутся по всей Новой Земле. Их посмотрит множество людей, даже совершенно далёких от такого рода развлечений.