Алексей Абвов – Экзаменационная Полоса (страница 5)

— Но как? — Изумлённо спросил капрала, повернувшего ко мне исключительно довольную физиономию.

— Ну, это очень длинная история... — начал он издалека, явно набивая себе цену. — Результат борьбы со скукой, — пояснил он, заметив в моих глазах желание его быстро придушить. — У нас на базе не было даже телевизора... — и такое виноватое выражение лица. — Командир, вы знаете, как работает спутниковый расширитель интернета на Старой Земле? — Спросил он меня.

Вместо ответа я лишь покачал головой, с этой темой мне действительно не приходилось сталкиваться.

— Так вот, там всё организовано очень просто, — капрал решил провести для меня краткий ликбез, заодно удовлетворив и повышенный интерес Лизы. — По проводной сети через медленный модем запрашивается из сети что-либо нужное и объёмное. Затем запрос поступает спутниковому оператору, он ставит закачку из сети в широкополосный скоростной спутниковый канал, который с орбиты падает на все приёмники сигнала одновременно. Но для каждого отдельного клиента по тому же модему поступают небольшие информационные блоки, посредством которых из общего спутникового сигнала можно выделить своё. Это понятно? — Снова спросил он меня.

Я кивнул.

— Умные люди быстро научились выделять из этого общего сигнала картинки и видео, просто имея один приёмник. В любом месте, где есть приём нужного спутникового сигнала. Понятно, падает сверху сразу куча всего, полезного и мусора, успевай только записывать на диски, однако кино и свежая порнушка всегда порадуют скучающую смену дежурных операторов, — и при этом он очень хитро ухмыльнулся.

— Неужели там нет никакого шифрования? — Я не торопился ему вот так быстро поверить.

— Когда как, но обычно и шифры весьма простые, ломаются за считанные минуты, — тот покачал головой, пояснив: — Любая криптография стоит вычислительных мощностей, на чём любят экономить.

— И каким образом то подходит к этому? — Я показал рукой в сторону движущейся картинки на экране.

— Принцип передачи видеопотока один и тот же, — хмыкнул довольный капрал. — Когда делали первые военные аппараты, взяли хорошо проработанный готовый гражданский стандарт, дабы поскорее порадовать нетерпеливого заказчика и получить с него деньги. А после принятия на вооружение уже сложно что-то изменить. Вот мы наблюдаем и тут полное отсутствие сложного шифрования совершенно стандартного потока.

— Перехватить управление аппаратом сможешь? — Спросил его о более актуальном.

Уж больно неприятно находиться под пристальным наблюдением со стороны кого-то неведомого.

— А вот тут облом! — Недовольно заметил Грегори. — Даже если я и выделю телеметрию, то, не зная особенностей конкретной реализации, просто не смогу что-либо всунуть со своей стороны. Управляющие команды реально шифруются, так просто их не вскрыть, — несколько огорчил он меня, оптимистично добавив: — Аппарат ведь не сможет висеть над нами сутками без дозаправки, выработает топливо и отправится на базу. Вот так мы и узнаем её местоположение.

— Дело, — кивком головы выразил признательность за информацию и не только.

Теперь нам не требуется запускать свою малую авиацию, вся территория вокруг дворца и ближайшие окрестности перед нами как на ладони. Заодно есть возможность ввести потенциального противника в заблуждение, показав ему, что нам нужно. Он уже видел, как мы всполошились, явно предполагая такой вариант. Теперь пусть взглянет на обратный процесс, с нас не убудет.

Решение принято, до коллектива доведено. Воспринято вполне адекватно, даже молодёжью. К тому же пришло и время ужинать, в суматохе и суете пролетел целый день. Мы показали наблюдателям обманный переход от сосредоточенности к расслабону. Даже часть машин обратно в боксы закатили, изображая подготовку к консервации до начала следующего сухого сезона. Затем почти все переместились в помещение, хотя во время ухода разведчика на дозаправку, кое-кто вернулся на дежурный пост. Заодно мы точно выяснили, что подглядывают совсем не люди эмира. Грузовик с операторами прятался в пустующей в связи с сезоном дождей дальней части промышленной зоны. Проверяя наличие потенциальных свидетелей, воздушный разведчик сделал пару кругов перед самым приземлением. Кое-кто предлагал немедленно сорваться с места и схватить потенциальных злоумышленников за отдельные выступающие места, но я предложил другой вариант:

— Ждём первого хода со стороны противника, сидя неподалёку от него, — заявил насупившейся Рогнеде, именно ей не сиделось на месте.

Так как всё пребывали в состоянии повышенной готовности, мы с ней успели выехать до возвращения воздушного наблюдателя на трофейном бронированном джипе бандитского главаря. Та машинка ещё не успела здесь примелькаться, в отличие от нашего разъездного «Хамви». И ничего, что её бока немного помяты — такое здесь в порядке вещей для всех, кто периодически катается за переделы города. Оставшимся во дворце бойцам кроме демонстрации ничегонеделания требовалось готовиться встречать незваных гостей. Не просто же так за нами плотно наблюдают. Вопрос лишь, с какой именно стороны их ждать.

Сначала мы направились в торговый квартал, прицениться к одежде и узнать на счёт пошива свадебных платьев, заметив за собой хвост из одного белого джипа эмирской охранки. Определив наши намерения, тот вскоре скрылся из виду. Идею привлечь охранку к нашим делам я отбросил как несуразную. Банально спугнут нам клиентов.

Вот ночь уже перевалила за середину. Мы благополучно устроились на противоположном от потенциальных злоумышленников краю промышленной зоны, неподалёку от большой автомобильной стоянки, слушая эфир. Этот край отнюдь не пустовал. Несмотря на ночь, периодически кто-то катался туда-сюда. Некоторые производства работали здесь практически круглосуточно. Связь с особняком регулярно проверялась тоновыми сигналами, пока всё было тихо. И вот пришел кодовый писк, означающий, что движение началось. Общаться голосом мы опасались. Не потому, что имелся риск перехвата переговоров, с этим-то как раз никаких опасений, просто сам факт длительных «нечитаемых» вспышек сигнала мог вспугнуть хорошо подготовленного противника. Впрочем, не мы одни тут активно пользовались радиосвязью и отдельные же короткие писки тональника запросто укладывались во вспышки помех, как пояснил мне ранее капрал Флиппи, рассказывая о современных приёмах военной эфирной коммуникации и методах противодействия им. Получив условный сигнал, мы рванулись на встречу к нашим клиентам. Закрывшись в своей машине от непогоды, они явно не ожидают появления кого-либо особо любопытного. Но совсем доезжать до них вплотную мы не стали, остановившись неподалёку. Пройдём пешком, мы не гордые, к тому же через забор нужно перелезть и открыть закрытые с обратной стороны сетчатые ворота огороженной стоянки.

Ага, кабина тентованного трёхосного грузовика с поднятыми наружу антеннами пуста. Ни в ноктовизор, ни через прицел никого не видно. А вот сквозь брезент кузова что-то просвечивается. То ли тепло аппаратуры, то ли тепло человеческого тела — не разберёшь издалека. Странно. Похоже, под брезентом что-то ещё есть. Неспешно подходим к небольшой щели сзади, внимательно осматривая окружающее пространство через ночники. Подсветку мы включили, без неё сейчас совсем ничего не видать. Если здесь и присутствовал где-то поблизости скрытый наблюдатель, то виду он не подал. Резко подсадил Рогнеду, вёрткой змеёй проскользнувшую в щель. Слышится возня, сдавленный стон и наступает полная тишина, лишь изредка нарушаемая порывами холодного ветра.

— Залезай внутрь, — не понижая голоса, сказала девушка, явно обращаясь ко мне.

Меня долго упрашивать не нужно, пара секунд и я оказался внутри кузова. Ага, брезентовый наружный тент здесь лишь для маскировки, сам кузов выполнен из пластика или похожего на него твёрдого материала. Большая стойка радиоаппаратуры, пара рабочих мест операторов с включёнными экранами ноутбуков, и одно тело на полу, сверху которого удобно устроилась Рогнеда, заломив тому руку так, что тот даже пикнуть не мог от боли.

— Похоже, он здесь только один, — ответила она на мой незаданный вопрос. — Потряси его по карманам, и нацепи браслеты, я ему чуть позже задам несколько вопросов, — попросила она меня.

Быстро произвёл обыск. У мужика имелся лишь пистолет — девяносто второй «Таурус» в кобуре и больше ничего заслуживающего внимания. Одежда самая обычная — саванный камуфляж, в такой здесь многие гости города ходят, расчёска, солнечные очки с большими стёклами — типичный набор гражданского лица. Как только я защёлкнул наручники, Рогнеда достала маленькую коробочку аптечки и вколола содержимое одного тюбика куда-то в район шеи пленника.

— Яд одного местного паразита, — пояснила она мне. — Не смертелен, но надёжно обездвиживает жертву и действует лучше небезызвестной «сыворотки правды». Минут через десять он честно ответит на все наши вопросы, практически ничего не соображая. Редкий и весьма дорогой яд, но нее пытать же его, — она скривила лицо, выражая сильные сомнения по этому вопросу.

Тело пленника тяжело простонало и окончательно затихло. Тем временем из эфира пришел сигнал отбоя — во дворце операция тоже благополучно завершилась, иначе бы нас позвали на помощь. Взглянув в открытый экран ноутбука с картинкой воздушного разведчика, отметил несколько тепловых засветок, неспешно перемещавшихся к входу внутрь здания. Причём двое тащили кого-то третьего со стороны берега.