Александра Треффер – Правдивый сказ об Иване-царевиче и Драгомире-королевиче. Сказка для взрослых (страница 8)
– Погоди-ка, Ворон, не кричи…
Царь обратился к обвиняемому:
– Ты посуду оставлял, отходил куда?
Тот замер, вспоминая, а Елисей тихо спросил советника:
– А ты траву свою проверял? Вдруг попало что.
– Как её проверишь? Да ведь я сам её собирал, мне ли не знать, что она чиста.
И тут слуга встрепенулся.
– Батюшка-всемилостивец, прости, отбегал я по малой нужде, на миг всего…
– Рядом был кто?
– Дарёна, Семёра, да Ёрш.
– Вот и ещё подозреваемые, – вздохнул Иван. – Как среди них злодея найти?
– Всех троих от кухни отстранить, близко не подпускать! – рыкнул Саша. – А ты, – обратился он к челядинцу, – будешь пробовать все яства, в
– Ох, и грозен ты, батюшка-царь, – слабо улыбаясь, промолвил Голоднов. – Ты скажи, кто меня отыскал-то?
– Марьюшка. Сон ей дурной и, как оказалось, вещий привиделся, что умираешь ты. Кинулась из опочивальни и нашла тебя, лежащего на пороге.
– Где она сейчас?
– В светёлке своей плачет. Пока не знали мы, выживешь ты, али нет, отправили её прочь, чтобы смерти не видела. Но, слава богу, Ворон отпоил тебя снадобьями своими и заклятьями оживил.
– Да, видно, сильно напуган Драгомир, раз убрать меня решил, – закрыв глаза, сказал Иван.
– Может, тебе, Ваня, домой всё же отправиться, а? Здесь ты в опасности великой.
– И сдаться? И вас бросить? Ну, уж нет! Пусть королевич лопнет от злобы, а я никуда не уйду! И… Можно мне с Марьюшкой повидаться? Надо же ей спасибо сказать.
– Я и не сомневался, что он так ответит, – прогудел Ворон. – Сейчас приведу, обожди.
Вскоре в опочивальню вбежала девочка.
– Ванечка!
И, рыдая, бросилась к нему.
– Царевна моя прекрасная, – ласково говорил Голоднов, обнимая ребёнка, – не плачь, видишь, живой я, благодаря тебе.
– Испугалась я, Ванечка. Пообещай, что не бросишь меня, не уйдёшь к ангелам.
– Обещаю, солнышко моё ясное.
Царь с кудесником улыбались, глядя на них, а Иван внезапно почувствовал, что его неодолимо клонит сон.
– Верно, – сказал Ворон, – отдыхать ему надо. Пойдём, Марьюшка.
– А можно я с Ванечкой останусь?
Мужчины переглянулись.
– Схожу, покрывало принесу.
Через пару минут кудесник вернулся, девочка легла, и отец бережно её укутал. Голоднов уже спал, слегка приоткрыв рот, царевна тоже уснула, и друзья вышли, аккуратно притворив дверь.
А вот неудачнику-отравителю не до сна было, думал он. Попытка убить Ивана провалилась, приходилось к началу возвращаться.
Вспомнив о гневе Драгомира, человек задрожал; страшные муки ожидали его, если не справится он с заданием, никакие прежние заслуги не спасут. Не любил его почему-то королевич, только Яга заступалась. И вопрос теперь стоял так: либо ему жить, либо богатырю незваному.
Всё страшнее становилось злодею, впору падать в ноги Елисею, да виниться и защиты просить. Но властителя тридевятого королевства боялся он больше, чем государя тридесятого царства, ведь первый пощады не знал, а за предательство тем паче не миловал.
Чем сильнее пугался убийца, тем хуже ему думалось, тем чуднее рождались планы у него в голове. Наконец задумал он злодейство лютое, что в самое сердце ударило бы Ивана, да силы лишило, и стал случая ожидать.
Прошла неделя после покушения, Голоднов оправился и вновь радовал Марьюшку и друзей своим присутствием. Он избавился от джинсов и кожаной куртки и оделся, как все местные; тонкий кафтан ловко сидел на теле и Иван чувствовал себя в нём так, словно никогда ничего другого и не носил.
Возобновил он тренировки, чтобы, пока его пресловутая скрытая сила не проявится, свою обычную не потерять. Хотелось ему поучиться стрелять из лука и пращой пользоваться, да Саша, боясь за друга, не выпускал того из дворца. Зато на мечах они с Вороном рубились лихо. Голоднов оказался способным учеником, скоро он начал одолевать своего учителя, и кудесник всякий раз расхваливал его Елисею.
А мощь и впрямь прибывала: легко, одной рукой, поигрывал будущий богатырь тяжеленной булавой, и слуги, видевшие это, смотрели на него с уважением.
Не забывал Иван и о царевне. Сердце таяло у него в груди в присутствии девочки, и он старался проводить с ней как можно больше времени. Через неделю начали оба выходить во двор: играть в мяч, салки и всякие другие забавы творить, книжек много читали, а ещё Голоднов рассказывал Марьюшке о своём мире. Немного та уже знала от отца, но всё равно удивлялась каждой новой подробности.
– Ванечка, а лесенка-то, что сама бежит, почему не кончается? – спрашивала девочка.
– А она из ленты такой сделана, что по краям соединена, – отвечал он, – и по кругу движется. Вот так.
И показывал. Потом снова говорил, и опять царевна изумлялась:
– Как же эти машины огромные летают и крыльями не машут?
Подробностей самолётостроения Иван не знал, поэтому отделывался общими фразами:
– Крылья им нужны, чтобы на воздух опираться, а лететь мотор заставляет, ты же знаешь уже, что это такое.
Она кивала с расширенными глазами, в восторге от всех этих чудес.
– Ой, как я хочу там побывать, Ванечка!
– Даст бог, побываешь, голубка, – говорил он, хотя не слишком в это верил.
Царевна принадлежала своей реальности, не случайно она не заметила тоннеля. Внезапно Голоднов засомневался, а увидит ли он сам знакомую арку, может, и ему теперь сквозь неё не пройти.
И запала ему мысль навестить портал между мирами. Марьюшке идея понравилась, она рвалась поглядеть на «чёрную дыру», да на драгомирово королевство и ежедневно уговаривала отца отпустить их. Но Елисей твердил:
– Вот явится Ване сила, тогда ходите, куда захочется, а пока поблизости будьте.
Ворон его полностью поддерживал, так что пришлось им смириться и гулять за избами в чистом поле, где Голоднов, наконец, под руководством кудесника начал тренировки по стрельбе. Стрелял он хуже, чем рубился, но понемногу осваивался и с пращой, и с луком. Девочка радовалась успехам друга, называла его воином великим и кидалась целовать после каждого удачного попадания.
Так проходили дни. И пока то, да сё, надумали Ворон с Иваном смотр войскам тридесятого царства устроить. Кинули клич дружине, и собрались в поле за домами пятьсот с лишком человек.
Поглядели советник с воеводой будущим на них и чуть не заплакали. Кто в
– Это что, – поинтересовался Голоднов, – армия? Как они воевать собираются, любопытно?
– Давно ратей не было, вот и пораспустились, – процедил кудесник сквозь зубы.
Таким злым друг не видел его никогда, а как пошёл Ворон гонять старших дружинников, Ивану даже страшно стало.
– У нас крестьяне такими голодранцами не глядятся, как вы! – кричал советник на понурившихся людей. – Чтобы завтра к этому же времени всё в порядок привели, а оружие особо. Кому одёжа нужна, получите у царёва ключника, но чтоб войско стало, а не
С трудом отдышался кудесник и с усмешкой сказал:
– Стар становлюсь, покричал и задохся. Да ты сам посуди, как не шуметь-то. Ведь это царская
Он взял друга за плечо.
– Пойдём, Вань, завтра глянем, чего добились.
Следующий день показал, что добился советник многого. Полтысячи человек выстроились ровными рядами: подтянутые, с иголочки одетые, мечом волос перерезать можно, колчаны в порядке, у всех пращи на поясе, да булава у седла. Кони ухоженные, гладкие, блестят – чудо, а не лошади.
– О, совсем другое дело, – довольно проговорил Ворон.