Александра Торн – Дары и гнев Ледяного короля (страница 41)

– Идея лезть в горы не принадлежала никому из восьми человек, спасенных Проводником. И они не помнят, кто это предложил, – старик плотник сказал, что услышал, как кто-то крикнул, что надо идти в горы, и все решили, что это неплохая мысль.

– Минутку, – вмешался Скотт, – я позволю себе нарушить целостность вашей картины. Зачем вашему давнему знакомцу выманивать призрака из пещеры?

– Очевидно, затем, что там есть нечто крайне ценное.

– Тогда какой смысл нам туда идти? За то время, что Проводник спасал пассажиров, ваш знакомец или его сообщник уже успели бы обшарить пещеру и найти столь важную для них вещь.

– А может, и нет, – задумчиво протянула Мария. – Призрак был бы в ярости, если бы они его обокрали. А он пустил нас почти до порога и возмутился, только когда мы подошли к пещере. В гневе призраки, особенно обворованные, совсем не такие мирные.

– Хорошо, допустим. Вы можете поручиться, что ваши знакомые за нами не следят, чтобы отобрать эту вещь у нас, когда мы ее найдем?

На лице Мируэ впервые появилось обеспокоенное выражение. Он вскочил на ноги, сдернул с носа очки и сначала обвел храм своим странным незрячим взглядом, а потом повернулся к дверному проему.

– Но нет, я же увидел бы! – вполголоса воскликнул агент. – Я бы заметил, тем более его!

– Вы все еще о вашем знакомце, имя которого вы так упорно отказываетесь мне назвать? – поинтересовался Скотт.

– Они убивают тех, кто узнает это имя, – сказала мисс Эстевес. – А если вы правы и они за нами следят…

– То какая уже разница? Я уже столько всего наслушался и вы так щедро поделились со мной всевозможными теориями, что эти загадочные «они» все равно меня убьют как свидетеля. Тайной больше, тайной меньше, пф-ф!

– Карло Мальтрезе, – отрывисто бросил Мируэ, – один из соколов Вальенте.

Мария слабо охнула и осела на край уцелевшей скамьи. О господи, она-то думала, это кто-то из рядовых бартолемитов!

– А кто это? – совершенно наивно вопросил Скотт. – Какая-то важная птица, судя по вашему тону?

«Да он чуть не сделал из Уикхема меховой коврик!» – едва не выкрикнула Мария, но вовремя спохватилась, что комиссар вряд ли знает Диего Уикхема и его сестру.

– Ладно, пока можем расслабиться, – сказал Шарль Мируэ. – Я слежки не вижу. Следов присутствия Мальтрезе тоже. Идемте, не будем терять времени.

Однако Черный Проводник был категорически против того, чтобы они куда-то шли: стоило им подобраться к берегу ручья, как ветер злобно взвыл и набросился на них с удвоенной силой. Тучи заволокли небо над ущельем в считаные секунды. Мисс Эстевес снова пришлось вцепиться в комиссара, чтобы устоять на ногах.

Но Шарлю Мируэ, несмотря на худощавое телосложение, ветер был нипочем. Агент выступил вперед и крикнул:

– Явись передо мной!

– Мне кажется, это не очень удачное начало для беседы, – пробормотал Скотт. – Надо бы как-то повежливее, что ли.

Ветер взревел над их головами, тучи почернели, и в ущелье стало темно, почти как ночью.

– Ты знаешь, кто я! – прокричал Мируэ, Мария едва слышала его сквозь вой ветра. – Ты знаешь, что я вижу тебя! Что я услышу тебя! Ты знаешь, что я никогда не лгу! Взгляни на меня! – Он сорвал шляпу и подставил лицо порывам ветра. Глаза агента были широко раскрыты и обращены к небу над скалами. Он поднял руку, как будто в приветствии, а потом прижал ее к груди и склонил голову.

Из вихря, крутящего каменную пыль у входа в пещеру, медленно сгустилась темная тень. По мере того как ветер стихал, темный силуэт становился все отчетливее и наконец обрел вид высокой фигуры в черном плаще и с посохом в руке. Голову и лицо скрывал глубокий капюшон.

– Надо же, – прошептал комиссар Скотт. – Он настоящий!

Тучи чуть посветлели, и сквозь узкие прорехи в ватной пелене просочилось несколько солнечных лучей. Они очертили линию вокруг агентов и комиссара.

– Я – видящий. – Шарль Мируэ коснулся груди. – Это мои друзья, некромантка и служитель закона.

Марии показалось, что взгляд призрака прошелся по ней сквозь капюшон. Девушку зазнобило.

– Мы пришли не для того, чтобы красть, – продолжал Мируэ. – Мы пришли предупредить. Те, кто натравил тараску на поезд, хотят тебя ограбить. Их интересует то, что ты скрываешь в своей пещере.

Черный Проводник покачнулся, как отражение в водной ряби. Мисс Эстевес ощутила его раздражение и недоверие. Комиссар прикрыл ее плечом и неуверенно положил руку на кобуру.

– Ты знаешь, что я не лгу, – сказал Мируэ. – Те следы над рекой, которые ты ощущаешь, – это портал. Да, – с улыбкой добавил агент в ответ на возросшее недоверие призрака, – за минувшие столетия чародеи, такие как ты, научились создавать порталы и пользоваться зеркальными тропами.

– Он – чародей?! – воскликнул Скотт. – Да не может быть! Откуда чародею взяться в монашеском приюте?

– Призраки не лгут, – ответил Мируэ. – В этом их большое преимущество перед людьми.

Эмоции, которые призрак распространял вокруг, стали слишком сложными, но раздражения больше не ощущалось. Ветер улегся, тучи стали расползаться.

– Те, кто хочет обокрасть тебя, выпустили в Рашли тараску, чтобы она напала на поезд. Они знали, что ты придешь спасти людей. Если ты позволишь нам войти, чтобы мы узнали…

Призрак вновь вспыхнул от гнева и ударил посохом оземь. В небесах эхом отозвался глухой раскат грома.

– Я не могу лгать! – крикнул Мируэ. – Ты знаешь, что видящие не лгут! Послушай! Нам известно, что они хотят украсть, и мы не позволим им приблизиться к твоей пещере! Мы защитим и тебя, и людей долины, и пассажиров!

Проводник поднял посох, комиссар схватил револьвер, и тут Шарль шагнул вперед, опустился на колено и протянул к призраку руку:

– Возьми мою жизнь в залог!

Призрак замер и задумался.

– Не надо, – выдохнула Мария. – Что он делает, черт побери!

– Это что, плохо? – прошептал Скотт.

– Он отдает свою жизнь призраку в обмен на честное слово!

– Но мы же не собираемся ничего там красть?

Мисс Эстевес мрачно посмотрела на Скотта:

– А как, вы думаете, избавляются от призраков? Разрушают гнездо!

– А, черт!

Черный Проводник подплыл к Мируэ и коснулся навершием посоха его головы и груди. У агента вырвался слабый стон. Призрак повернулся и скользнул под свод пещеры. Навершие посоха засветилось, как бледно-голубой факел, и слабое сияние озарило каменные стены.

– Пойдемте. – Мируэ, бледный, как молоко, поднялся на ноги. – Нас приглашают войти.

– Они тут и правда жили, – прошептала Мария, зачарованно разглядывая вырубленные в толще скалы кельи и ступени. В пещере помещалась трапезная с остатками столов и скамей, нечто вроде небольшого зала для собраний и даже библиотека: на полу грудой лежали рухнувшие от времени полки, пара полуистлевших книг и ворох пергаментных свитков – дунь, и они рассыплются в прах.

– Странно, что монахи не забрали с собой все, – заметил комиссар Скотт. – Книги в те времена были большой ценностью.

– Эти нельзя, – сказал Мируэ. – Там были упоминания магии и, может, даже заклятия.

– Эге, – хмыкнул комиссар. – Чем эти монахи тут занимались?

– Это не они. Книги и свитки принадлежат Черному Проводнику.

– Все страннее и страннее, вам не кажется? С чего бы чародею искать приюта у монахов? С чего бы монахам его принимать? Уж не выжил ли он отсюда всех божьих людей, если не хуже?

– Призраками не всегда становятся убийцы или убитые, – с холодком ответил Мируэ. – Иногда причина в другом. Если будем хорошо себя вести, то, может, Проводник нам расскажет.

– Да как же, ежели он ни с кем, кроме вас, не разговаривает?

Агент оставил это замечание без внимания – он внимательно рассматривал пещеру и вырубленные в ней кельи. Мария с интересом исследовала обиталище монахов и время от времени прислушивалась к некромантическому чутью – но мертвых здесь не было. Похоже, что монахи и впрямь покинули это место живыми и здоровыми.

Дальше всего от входа, в самой глубине пещеры сохранилась келья с дверью – к ней вели грубые ступени, почти не отшлифованные ногами монахов, словно они редко поднимались сюда. Мария шепнула «Lumia» и направилась к келье, но призрак тут же возник перед лестницей и грозно навис над девушкой.

– Мы нашли его жилье, – сказала мисс Эстевес.

– Это не жилье. – Шарль Мируэ подошел к ней и уставился на дверь кельи. – Это хранилище. Там находится то, что привязывает призрака к этому месту.

– Я, наверное, заблуждаюсь, но мне всегда казалось, что призраки хотят покинуть этот мир и обрести покой в том, – вмешался комиссар. – Может, вы ему предложите, а? Вдруг ему нужно?

– Я могу это сделать… – начал было Мируэ, но тут Проводник повернулся к выходу, будто прислушивался к чему-то, а потом по пещере вдруг прокатилась волна кипящей ярости. Призрак взмахнул посохом и отшвырнул Шарля Мируэ прочь от лестницы.

– Нет! – крикнула Мария и кинулась к агенту. – Не трогай его!

– Что случилось?! – воскликнул комиссар. Призрак завис над агентами и протянул посох к Шарлю. У Мируэ вырвался протяжный стон, худое тело выгнулось дугой, словно сведенное судорогой. Девушка в отчаянии метнула в Проводника огненный шар, но он с легким шипением и совершенно безвредно прошел сквозь призрака. Скотт выхватил револьвер и прицелился в Проводника.

– Не надо, – прохрипел Мируэ и приподнялся на локте, держась за сердце. – Не трогай их! Ты знаешь, что я не лгу, ты же чувствуешь ложь! Мы не с ними, клянусь!