Александра Топазова – Проклятая Страсть (страница 5)

Марго.

Я не помнила, как вышла на улицу. Время близилось к ночи, заметно похолодало, но я не обращала на это внимание, шла вперед, сжимая в руках на этот раз Дайкири, который, прихватила со шведского стола. Мой вечер точно рушился, все шло не по плану. Подумать только, мы встретились спустя десять лет, и я смотрела в эти ненавистные глаза, а ублюдок не узнал меня. Просто развратно и смачно шлепнул по заднице, думая, что я сейчас же упаду к его ногам.

Я пыталась сделать скидку на алкоголь, чтобы он ничего не вспомнил на завтра, но такому Кинг-Конгу, как он, нужно было много. И вряд ли Хасанов не вспомнит, что я посмела его облить, подмачивая его репутацию и рубашку, по моим подсчетам стоящую как весь мой гардероб.

Погрузившись в свои мысли, я набрела на небольшое здание, судя по плану базы отдыха, который присылал мне Вадим, это был один из домиков для гостей. Я уже хотела его обойти, как взгляд уловил знакомый силуэт. Это был Виктор. О нет, только не это. Забыв про то, что я на каблуках, я бегом бросилась к домику, встречаться опять с бывшим мужем и слушать его сопливые признания я была не готова, во всяком случае не сейчас точно....

В домике, стуча каблуками по шикарной мраморной мозаике, выложенной на полу, я шла наугад. Тут не было никого, повсюду сауны, какие то двери, вот гостиная... Я прошла дальше и толкнула на себя массивную дверь, тут же оказавшись в роскошном бассейне, который я раньше видела только в фильмах.

Благодаря своей профессии я много с кем познакомилась, была на разных базах отдыха, видела разные стили и дизайны людей, но чтобы снять такую роскошь, я могла сказать абсолютно точно, положа руку на сердце, требовались большие деньги, настолько большие, что и не снились мне и многим из смертных.

Я шла по плитке, стуча каблуками и все ближе подходя к бортику. Подойдя почти к самому краю, я села на холодный мраморный пол и поставила рядом Дайкири. О детях я не задумывалась и простыть не боялась. Было очень грустно, а еще больно. Так-то я не относилась к разряду сопливых, стараясь показать себя всегда с сильной стороны, но сегодня... Сегодня все переменилось...

Я вспоминала Маринку, ей было как мне тогда... Пятнадцать лет. Совсем взрослая, как же я не хотела, чтобы ее коснулось все то, что пережила я. А ведь Олег, ее отец даже толком семью свою защитить не мог, не то, что мой папа. Папа... В носу защипало... Для меня он был образцом, идеалом силы и мужественности.

Я не могла вспоминать его без слез, без болезненных слез, рвущих душу изнутри. Он пытался защитить нас, спасти, а Олег наоборот, стоял на коленях и плакал, как баба. Я слишком хорошо помнила тот момент. Поэтому, наверное, и с Виктором у нас ничего так и не сложилось. Это тоже был не тот человек, не опора по жизни. Наш секс напоминал с ним изнасилование, мне было больно до отчаяния, а он считал, что это ролевые игры, и ни разу так и не заглянул в мою душу, не понял, какие страхи там живут.

Дверь с шумом распахнулась, я обернулась. В помещение вошел... Нет, этого просто не может быть, кто угодно, лучше бы Виктор...

Мне стало не по себе, и это было мягко сказано. В мокрой рубашке, подчеркивавшей литое тело, прямо передо мной стоял ни кто иной, как Артур Хасанов, пьянее еще больше чем в ресторане.

Внутри меня все перевернулось, та пятнадцатилетняя девчонка возвращалась вновь.

Артур.

Голова не слушалась меня вообще. Все плыло, как в тумане. Поганая тварь, Жанна...

Как она могла, когда я трахал ее, лечь под другого.

Шатаясь, я толкнул дверь на себя, злость пробирала до костей. Хотелось выпить еще, и плевать на партнеров, на то, кто что подумает. Я Артур Хасанов... Я хозяин этого города, и тут я диктую условия, а не мне…

Я вошел, едва не поскользнувшись на плитке и матерясь, вдруг резко замер...

На бортике в коротком, полностью открывающем стройные длинные ноги платье сидела девушка. Это была она. Та самая, которая облила меня в баре. Я сузил глаза, темные волосы рассыпаны по хрупким плечам, изгибы идеального тела... Все это привлекало к себе, адреналин моментально разлетелся по крови, член становился каменным, еще чуть-чуть, и я взорвусь.... Кто же она?

Я, шатаясь, шел к ней, девчонка резко обернулась. Коктейль чуть не выпал из ее рук. В огромных глазах мелькнул испуг; я, не дав ей опомниться, подошел ближе и рывком поднял на ноги. Она была совершенна, идеальна... Мои руки сжимали ее тело.

- Вы что делаете? Не трогайте меня!

Девчонка резко дернулась, меня распыляло это еще сильнее, я грубо схватил ее. Она взмахнула рукой и ударила меня по лицу.

В глазах потемнело, это была первая женщина, кто позволил себе такое. Я взревел и, заломив ей руки, швырнул ее в бассейн. Она вскрикнула, а я, стащив с себя брюки и рубашку, прыгнул за ней и, не давая ей опомниться, подтянул к лестнице, укладывая на лопатки.

Она кричала, но я грубо с силой первобытного зверя, зажал ей рот и, придавив тяжестью своего тела, рванул на ней платье. Оно скользнуло вниз, обнажая шикарную грудь без лифчика. Член рвался наружу, я готов был оттрахать ее прямо сейчас. Весь разум отключился, сминая девичью беззащитную фигурку, не давая ей вырваться, я разорвал на ней стринги и, хватая за шею, впился губами в ее алые губы.

Она извивалась подо мной, делая слабые попытки на крик, пыталась вырваться, но мне на все это было плевать. Я хотел ее трахнуть и, значит, трахну. Меня накрывало, страсть распыляла все сильнее, эта девица завела меня, а за то, что она ударила меня, посмела совершить этот неосторожный шаг, я измучаю ее так, что она никогда не забудет эту ночь.

Засасывая и оставляя грубые следы на ней, я без всяких предварительных ласк схватил ее за волосы и, развернув, поставил к себе спиной. В одно мгновение я, зажимая рот девчонке, оказался в ней.

Взрыв произошел в доли секунд, горячее обжигающее лоно приняло меня, я издал рык, никогда не испытывая до этого ощущения столь почему-то знакомого жаркого тела. Погружаясь в нее все сильнее, я трахал ее. Она плакала, слезы капали мне на руку, но я не мог отпустить ее, я хотел ее так, что в глазах темнело от страсти.

Вдруг она затихла и непроизвольно выгнулась мне навстречу, я укусил ее за шею, чувствуя, как она прижимается ко мне. Девочке было хорошо.....

Я сжимал ее всю, тянул на себя ее плечи, грубо толкая в нее член, не в силах остановиться. Мозги уже почти отключились, пальцы скользнули ей в рот, я хотел, чтобы она сосала, ощутить ее вкус, хотел ее....

Резкий толчок, и я едва не взвыл: эта сучка укусила меня.

- Ах ты, дрянь! - прорычал я.

Резко развернув ее на себя. От пощечины она упала прямо на ступеньки, а я, не обращая на это внимание, схватил ее и, притянув к себе, вошел вновь. Я хотел смотреть в ее глаза, хотел видеть, что было с ней, когда я ее трахаю. Красная отметина удара на нежной коже... Я непроизвольно как можно ласковее провел по ее щеке, в глазах девчонки стояли слезы, но она не показывала мне их.

- Ублюдок! Ненавижу!

Я не дал ей договорить, заткнул ее пухлые губки поцелуем. Мой член ворвался в ее киску, а язык в ее рот, я трахал ее и так, и так. Ее глаза широко распахнулись, она попыталась свести ноги вместе, но твою мать... Я видел, как ей хорошо... Что же это за девка... Ни с одной не было так хорошо... Я насадил ее полностью на себя, тонкие руки обвили мою шею, я не отпускал ее от себя ни на секунду. Я впервые в жизни так трахал бабу, чтобы у меня срывало крышу до такой степени, что мне хотелось приласкать ее, дать ей эту сопливую нежность, которую я так ненавидел...

Оторвавшись от ее губ, я опустился к шее, мне хотелось вкусить ее, оставлять свои следы... На своем теле. Её тело теперь моё. Она теперь моя, это даже не обсуждалось.

Я как раненый зверь рычал и неистовствовал. Я ненавидел ее, она посмела отдаться другому, а теперь... Мозг плавился все сильнее, толчки становились резче... Что-то не то… Черт... Это же не Жанна... Пришло сознание того, что это была не она, но я остановится уже не мог...Знакомое до боли тело дарило мне наслаждение. Я трахал ее все сильнее, не хотел даже думать о том, что могу кончить. Я не хотел выходить из ее тела… Мои губы накрыли соски девчонки, не целуя, а именно кусая их. Кусая до боли, сдавленный крик вырвался из ее губ. Я кусал еще сильнее, этот крик перешел в стон, в яростный и выжигающий все мысли из моей башки сейчас, стон.

Я вонзился в нее настолько глубоко, что она дернулась подо мной. Животная страсть распалялась, я почти полностью погрузился в воду, увлекая ее за собой. Ее ноги обхватили меня, а я держал крепко, не выходя из нее, поднялся к губам, жадно накрывая их. Такие чувственные, горячие.... Руки сминали ягодицы вдавливая их. Я знал, что еще немного, и кончу. Девчонка прижалась ко мне настолько крепко, я дернул ее на себя из последних сил и кончил. Кончил в нее, мне хотелось рычать как зверю, как победителю, который взял свою самку. Не знаю, вспомню ли я что-либо, но такого у меня еще точно не было.

Алкоголь полностью взял власть надо мной, дрожь пробирала всего, и даже холодная вода не могла отрезвить, мне хотелось ее еще. Я оторвался от этого прекрасного жаркого тела и посмотрел ей в глаза. Она плакала, глаза красные, волосы спутанные, моя рука скользнула к ее шее, и я прижал ее к себе. Глаза закрывались, я выпил намного больше, чем рассчитывал, и меня снесло, я не мог это не признать. Ее слабые попытки вырваться, распыляли меня все сильнее, я держал ее, а ее холодный нос упирался в мое плечо.