Александра Топазова – Не отпущу. Навечно моя (страница 57)

Я себя так ненавижу в этот момент, вру ей, вру себе. Я никогда не терялся ни в одной ситуации, а сейчас действительно впервые не знаю, что мне делать.

Марьяна так и не ответила, я себе места не находил. Мне было настолько хреново, Люда лежала на моем плече и смотрели кино. А все мои мысли были заняты Марьяной, как она сейчас, что с ней… Выходил покурить, набирал ее номер, она не отвечала. Рвало крышу только сильнее. Вернулся в спальню, Люда сладко спала, а я сел на кровать, выключил ноут и просто смотрел на нее спящую, пытаясь себя понять. Хорошая такая девочка, ребенка моего носит, так что же я все время так мчусь в прошлое, я не понимал. Только смотря на нее, я видел другую, не ее и от этого тоскливо становилось на душе. Просто невыносимо до такой степени, что выть хотелось, я не представлял, как я буду жить с Людой, как смогу жить с нелюбимым человеком, пусть и матерью моего ребенка. Еще раз посмотрел на телефон, она ответила.

«— Спасибо, маме лучше, отдыхает! Ничего не нужно, ты, итак, много сделал! А зачем ты приезжаешь?»

До жути хотелось ответить правду, что только за ней, что кроме нее никто не нужен, а все остальное и свадьба, и вопрос с Ветром, это просто предлог.

«— По делам! Я рад, что ей легче! Как сама?»

Беру сигарету, и выхожу на балкон. Оборачиваюсь, Люда спит. Жалость к ней непонятная просыпается, я прекрасно знаю, как со мной тяжело и сколько она терпит. Как мучается, все прекрасно понимая и осознавая, семью свою ради меня оставила, а я…

«— Я тоже получше, спасибо еще раз!»

Старательно обходит тему моего приезда, словно боится об этом говорить. Да и я сам пожалел, что про Питер написал, она мне, наверное, уже не верит, хотя я и сам себе не верю. Одну измучил, вторую… Устало провожу ладонями по лицу, такое состояние странное, что даже напиться не хочется. Лишь одного хочу, глаза ее увидеть, коснуться ее. Три месяца стали для меня пыткой, адом и я не знал, как от этого избавиться.

«— Тебе спасибо, что ты есть! Прости меня за вчерашнее!»

Отправляю и смотрю вдаль, частный дом, уют, мандарины, снег… Когда-то мы с ней мечтали об этом, а она вообще загадала на Новый Год тот быть со мной. Столько воспоминаний и все хорошие, все что связано с ней, было лучшим что было и есть в моей жизни.

«— Ты все правильно сказал, мне есть ради кого жить, у меня родители и пить действительно не выход!»

Читаю, каждую запятую, каждую буковку, ощущая, как все горит в сердце. Больно? Да больно. Также было десять лет назад, когда она козла своего Матвея выбрала, а я на фото их смотрел и понимал, что все, я ее потерял, нет ее и не будет в моей жизни больше. Зачем только нашел ее вновь, себе и ей боль причинил, ведь действительно дороги разошлись, нужно отпустить, но в мозгу мысль дятлом бьется, что не отпущу и отпускать не хочу. Что мое, что моя она, как бы там не вышло, даже если вновь через десять лет вместе теперь только будем. Набираю номер Ветра, я все решил, пусть так будет, может если не выйдет, то уеду за решетку, что вероятнее всего. Только может так искреннее и правдивее будет по отношению к обеим, ведь они обе меня любят, только я одну из них люблю, которая далеко, намного дальше, чем я даже себе представить могу.

Глава 25

[МАРЬЯНА]

Это очень странное чувство, когда ты разрываешься между, да и нет, не зная, что тебе делать. Приехал Макс, все решил с глав врачом больницы, купил маме роскошный букет роз, и сейчас вез меня домой. Когда мы подъехали, он осторожно коснулся моей руки, внимательно смотря в мои глаза.

— Марьян, я на работе все решу, об этом даже не думай!

Я покачала головой.

— Нет, я так с ума сойду, я завтра выйду!

— Ты точно в порядке?

— Да!

Мы оба замолчали, я не знала, что сказать, а по его лицу было понятно, что он собирается с мыслями.

— Ты очень важный и дорогой мне человек, ты это прекрасно знаешь! Всегда и во всем, ты можешь на меня рассчитывать!

Я постаралась улыбнуться.

— Спасибо Макс, я знаю и очень ценю это!

Он тяжело вздохнул.

— Я уверен, твоя мама поправится, я постараюсь сделать все что в моих силах!

— Макс, спасибо, ты, итак, много сделал, я пойду, пока!

Я вышла из машины и быстро направилась в сторону парадной. Внутри все сжималось, я словно боялась услышать что-то лишнее, хотя он мог ничего и не говорить, по его глазам было все понятно. Когда зашла в квартиру, взгляд тут же наткнулся на обувь Дениса. Вот только его видеть вообще сейчас не хотелось. Он тут же вышел в прихожую и встал у стены.

— А я смотрю этот козел тебе вместо такси!

Я равнодушно скользнула по нему взглядом.

— Я думала ты умнее!

— А типа я свалю?

— Типа да!

Раздевшись, я прошла на кухню и сев на табуретку, уставилась в стену, пытаясь собраться с мыслями.

— Папа твой звонил, сказал, что мама опять в больнице!

— Опять!

— Нахрена ты столько денег в нее вбухиваешь только, если ничего не помогает!

Я хмыкнула, поддержка, так и исходила от него.

— Я ни твои деньги трачу!

— Я тебе уже говорил, нам нужна квартира и дети!

— Тебе!

— А тебе?

— С тобой нет!

Он подошел ко мне и рывком поднял, прижимая к стенке. В его глазах горел звериный огонь.

— А с кем? С одним козлом или со вторым?

— С третьим! — прошипела я, смотря ему прямо в глаза. — Пусти меня!

— Не пущу сука никуда!

Он схватил меня за волосы и потащил в сторону комнаты, а я, понимая, что сейчас произойдет, начала отчаянно вырываться.

— Отпусти, не трогай меня! Денис!

Мужа мои мольбы не остановили, он швырнул меня на кровать и залазия сверху, грубо, коленом раздвинул мне ноги. Рукой зажав рот, принялся расстегивать ширинку, из глаз тут же брызнули слезы. Какая он все — таки скотина, его даже не остановило то, что у меня с мамой произошло. Слава Богу все это длилось несколько минут, и оставив меня лежать словно резиновую куклу, удовлетворив свои потребности, он ушел в ванную. А я, свернувшись калачиком, закрыла глаза и заплакала. Ведь у нас когда-то все было хорошо, что сейчас за скотина передо мной, бесчувственная и бесчеловечная. Я его не узнавала, а еще хуже я его презирала. Стала ненавидеть и мечтала о моменте, когда мы разведемся.

— Марьяна!

Он, вернувшись, сел рядом и коснулся моего плеча. Я дернулась, но Денис тут же перехватил мою руку.

— Слушай, я понимаю я был груб, но ты моя жена!

— И что? — безразлично поинтересовалась я.

— Ничего, твой долг мне давать!

— А твой деньги в дом приносить, и помогать, поддерживать во всем, но ты этого не делаешь!

Я вырвалась и побрела в ванную, оставив его сидеть на кровати. Закрывшись, включила, воду, и тогда вновь дала волю слезам. Сколько можно реветь, я так устала плакать, почему у меня все раньше было хорошо? Может я сама виновата, что испортила все с Ником… Может зря вообще все было, между нами. Интересно он приедет в Питер, он мне позвонит, хотя бы? Я его услышу, увижу… Зачем он написал, извинился. Неужели ему нравится играть мной, добивать. Он меня ломает, точнее если быть честной, давно сломал, а я все это признать боюсь, даже сама себе. У меня все рушится на глазах, как карточный домик и даже должность директора ресторана меня не радует, я хочу только одно, быть с ним, хотя бы ненадолго, просто побыть рядом, оказаться в его руках, объятьях которые так до жути мне сейчас нужны.

Ложится в одну кровать с Денисом было невыносимо, и почти всю ночь я не спала. Твердо решила для себя, что после того, как мама встанет на ноги, я подаю на развод. Мама сегодня выглядела гораздо лучше, все восхищалась букетом Макса, мы поболтали и оставив Катю с ней, я поехала на работу. Тут тоже все не клеилось, многие в коллективе кто раньше так обожал меня и улыбался, перешептывался за спиной, все раздумывая, как же мне досталось это место. Я почти не выходила из кабинета, заказывала кальяны, составляла бизнес, план, не хотелось никого не видеть ни слышать, периодически созванивалась с Катей, узнавая, как мама. В дверь постучали.

— Войдите!

В кабинет вошла Вика, предстоящая свадьба явно шла девчонке на пользу, она так расцвела, похорошела.

— Марьян можно?

— Садись! — улыбнулась я.

Вика, как раз принесла две чашки кофе.

— Ты че то весь день не выходишь! Как мама?

— Уже лучше!