Александра Топазова – Не отпущу. Навечно моя (страница 59)
Грубо выругиваюсь, только этого мне сейчас не хватало.
— Хорошо, сейчас буду!
Поднимаюсь наверх, на ходу натягивая куртку.
— Ты куда? — удивленно смотрит на меня Люда.
— По делам! Я скоро приеду, будь готова!
— А я могу с тобой поехать?
Черт, как же она меня раздражает, терпи Ник, только терпи, она, а тем более ребенок ни в чем не виноваты.
— Нет Люд, я скоро приеду!
Не дожидаясь ее ответа и реакции, бегом спускаюсь вниз. Прихожу в себя только в машине, я даже описать словами не могу, что со мной творится. Я будто маятник, качаюсь туда, сюда и жутко раздваиваюсь. Я прекрасно понимаю, что она ни в чем не виновата, во всем виноват лишь только я, но ничего с собой не могу поделать. В глазах темнеет и начинается, жуткая злоба, при которой я не могу устоять. А еще мама со свадьбой подлила масла в огонь. Сам рос без отца и знаю, как мама к этому относится, но я не готов, я действительно сейчас не готов женится на Люде. Это будет большая ошибка, между нами, даже несмотря на ребенка. Многие считают, что брак нужно сохранять из-за детей, жить до конца и идти вместе до конца, совсем не понимая, что ребенок вырастит и увидит, что в семье нет любви. Любви… Когда-то, я даже не верил в нее, подсмеивался, а сейчас я сполна испытал, что это такое. Подъехав к сауне, достал из бардачка, бутылку коньяка и направился внутрь, за несколько месяцев, я хорошо научился общаться с различными проверками, и знал, как лучше обращаться.
Все прошло, как нельзя лучше, получив на лапу и хороший коньяк, они ушли. Я, конечно, никогда не был дипломатом, но сразу видел истину человеческой натуры. Такой порок, как жадность, было не отнять, особенно в гос учреждениях.
— Все нормально? Извини, что побеспокоила!
Дана вошла в кабинет, где я сидел, откинувшись в кресле, такое чувство будто наступил в лужу дерьма, после общения с ними.
— Да нормально!
— Я тебе кофе сделала!
Она поставила чашку передо мной. Я скользнул взглядом по девчонке, смыла свой боевой раскрас и ей так даже лучше, сразу на девочку тала похожей.
— Тебе без косметики лучше!
Дана улыбается, в этом свитере и джинсах, а ни в коротком платье, она намного милее и женственнее.
— Спасибо! У тебя вид уставший!
— Так заметно? — усмехаюсь я.
Она кивает.
— Да, заметно! Как будто что-то случилось!
— Все в порядке, просто правда подустал!
Дана молча смотрит на меня, и я молчу, сижу в кресле и понимаю, мне не хочется возвращаться домой вообще. Там для меня словно все чужое стало, и дело не в гормонах Люды, а дело в моей не, любви к ней. Если бы я ее любил, я бы спокойно все это переносил, рвался бы к ней, чтобы каждую секундочку провести с ней вместе.
— Я массаж делать умею! — внезапно произносит она.
Я хмыкаю. А девчонка не теряется.
— Что же массажисткой не пошла?
Она подходит ближе, у нее такие духи, мятные и в то же время сладкие, запах не мой любимый, но дурманящий нереально, словно феромоны какие-то. А вкупе сейчас с ее беззащитностью и таким нежным кротким взглядом, крышу рвет. Последнее время у нас можно сказать с Людой не было секса, она, итак, то скромная была, а с беременностью так вообще. Боялась всего, и только поза одна была, и то удовольствие я никакого не получал. Люда была из тех женщин кто спокойно к этому относится, а я, наоборот насытится не мог, мне все было мало. С Марьяной было именно, как я хотел, я ее трахал везде, и как желал, и она мне все давала. Марьяна… От таких воспоминаний, почувствовал, как встает член, вот же черт.
— Тебе просто нужно расслабится, ты слишком напряжен!
Дана коснулась меня своими тоненькими пальчиками склоняясь ко мне. Опустилась передо мной на колени, принимаясь расстегивать мне джинсы. Черт, я даже останавливать ее не хотел, такие у нее пальчики, когда они коснулись моего, набухшего, члена. Вот же сука… Какая-то доля секунды и ее губы коснулись его. Подался вперед, девчонка тут же распахнула свои губки, проталкивая его себе в горлышко. Сучка… Схватил ее за волосы, трахая в рот жестче, ловил нереальный кайф от ее пухлых губок, совершенно не заботясь о ней. И когда почувствовал, что кончаю, намотал длинные волосы Даны на кулак, кончая ей прямо в рот. Она слегка отодвинулась от меня, смотря безумными огромными глазами, а я продолжал держать ее за волосы, смотря, как слизывает своим шаловливым язычком остатки моей спермы…
— Ты классная!
Отпускаю ее волосы, она тут же встает, утирая губы.
— Ты тоже, очень!
Встаю и застегнув ширинку, подхожу к столу, беру крупную купюру и протягиваю ей.
— Это тебе!
Дана отшатывается.
— Я ни за деньги это делала, не надо, ты мне нравишься!
Я молча смотрю на нее, таким взглядом ребенка на меня смотрит, как будто меньше минуты назад не ее я трахал в ротик.
— Приятно! Но деньги все же возьми!
— Я не возьму! Я хотела спросить, может сходим куда-нибудь?
В ее голосе звучит такая надежда, что я вообще не знаю, как себя вести, но тут же беру себя в руки.
— Я женат, извини!
Дана лишь молча кивает, но продолжает стоять на месте не двигаясь.
— Если что звони, будут какие-то проблемы, а мне пора!
Беру куртку и собираюсь идти к выходу, но она преграждает мне дорогу.
— Ты тоже звони, я хотела бы…
Проводит языком по губам, давая понять, что согласна на все и хочет гораздо большего чем просто отсосать мне.
— Дан, поищи себе в другом месте кого-нибудь, я жену люблю! Деньги на столе, передумаешь бери!
Отодвигаю ее в сторону и выхожу за дверь. Твою же мать, Ник, наверное, ты правда бабник, дал девчонке в рот, а она уже накрутила чуть ли не совместную свадьбу. Иду к машине, достаю телефон. Пятнадцать непринятых от Люды, вот же черт. Решив не перезванивать, просто сажусь в машину и закуриваю. Когда трахал Дану в рот, вспомнил губы Марьяны. Горячие сочные, член вновь начинает набухать. Прикрываю глаза, может вернуться и отодрать эту шлюшку, думая, что это Марьяна. Марьяна… Что же ты сука со мной делаешь даже на расстоянии, если бы ты знала сколько я сейчас отдать готов, лишь бы в ней быть, целовать ее плечи, упругие груди. Выкидываю сигарету, нужно срочно успокоится и забыть все. Я, итак, достаточно ей больно сделал. Больше я такой ошибки не совершу, я буду держаться изо всех сил, лишь бы не встретится с ней в Питере, буду повсюду с Людой, сделаю все только бы не рвануть к ней. Это безумие, дикая страсть которая сводит меня с ума, с которой нужно, бороться и которая сука сильнее меня. Еду на бешеной скорости, на всю гремит музыка, если честно я вообще жалею, что рассказал Люде про, Питер, представляя, что там будет, и, как она будет нервничать. Как буду злится я, зная, что она мне проходу своей ревностью не дает. Останавливаюсь чуть поодаль от дома, опять множество непринятых. Заглушив мотор, выхожу из машины и иду в сторону дома. Из меня получится самый хреновый муж на свете, неужели Люда не видит этого и не понимает, что я делаю ее несчастной. А я тоже хорош, не отпустил, когда просила, а хотя просто мог заботится о ней и о ребенке, и на этом все. Миллионы людей так живут и это куда лучше, чем притворяться и играть в счастливую семью. Вхожу в дом, тут же вижу Люду, она, стоит в прихожей уже в куртке, глаза заплаканные. В руках судорожно сжимает телефон.
— Где ты был? — голос предательски дрожит.
— В сауне, проверка приезжала! Что случилось?
— Ничего, я тебе звонила!
— Я занят был, ты собралась, поехали!
Люда горько усмехается.
— Проверка такими отстойными духами дешевыми пахнет!
Я молчу. Духи у Даны действительно въедливые, об этом, я, как раз не подумал.
— Да, проверка пахнет такими духами!
— Иди переоденься, с тобой рядом находится невозможно! — всхлипывает она и бежит в сторону кухни.
Я считая до десяти, поднимаюсь наверх, переодеваюсь и пытаюсь выгнать из головы мысли сказать ей о том что между нами ничего не выйдет, что я готов заботится о ней, все делать для ребенка, но жить так больше не могу. А я действительно не могу. Закидываю вещи в стиралку и думаю, как лучше с ней поговорить пока у меня не сдали нервы. В кармане джинсов звонит телефон. Достаю. Марьяна…
— Да!
— Ник что за х…я?
— Что случилось?
— Я все понимаю, что она беременная, но оскорбления такие в свой адрес слушать не готова!
— Ты о чем?
— Я тебе в контакте все скинула! Удаляй переписку если перед своей дамой палиться не хочешь! Оставьте меня в покое, и ты она!
— Ты че несешь?