Александра Топазова – Не отпущу. Навечно моя (страница 52)
— Я знаю!
— Марьян блин, да…Я даже не знаю, что сказать!
— Что сказать? Я, как овца еще и раздевалась! Позор какой!
— И что?
— Ничего, я замужем!
— Слушай прекрати, а, был бы муж нормальный!
Я вздохнула. Она права, Денис, как, всегда ничего не помнил и твердил что не хотел, а мне было не легче, он в очередной раз поступил, как скотина, и как раз сейчас звонил мне по второй линии. Извинившись перед Настей, я тут же переключилась.
— Да!
— Ты злишься?
— Да нет все в порядке, можешь еще раз меня башкой приложить о дверь!
— Марьян прекрати! Я серьезно!
— Я тоже серьезно! Я тебя видеть не хочу Денис, может ты вещи соберешь свалишь?
— Ты серьезно готова со мной расстаться?
— Да готова! Зачем тебе святому жить с проституткой, которую все еб…т?
— Что ты несешь?
— А ты вчера что говорил? Один, потом второй! Да и за что вообще мне ресторан отдали! Именно за это что сосу хорошо, и ноги раздвигаю, вообще не звони сюда больше!
Бросила телефон, а саму всю затрясло. Черт возьми, как я от всех и от всего устала. Я такая дура. К Денису вернулась, хотя не стоило вообще и опять впустила в свою жизнь Ника, а он ничего не помнит, посмеялся надо мной, как всегда и смылся. Для него это было игрой весельем, только вот я не играла. Как вспомню, как вновь раздевалась перед ним, дрожь по всему телу проходит, ненавижу себя за это. Идиотка… Зачем только опять его в свою жизнь впустила, знала, же что так все выйдет. Весь день не клеилось ничего, ни работа, ничего ровным счетом. Еле сдерживала себя, чтобы не сорваться ни на ком. А еще Макс трубку не брал, нужно было решить с ним кое какие вопросы. Словно все против меня собралось и от этого только хреновее становилось. Больно, так, аж выть захотелось. Сидела с бокалом шампанского в кабинете, и смотрела на его фото. В эту минуту позвонила мама.
— Да мамуль!
— Ну как ты там детка?
— Я хорошо, а ты? Я тебя поздравляю любимая и горжусь тобой, ты у меня самая лучшая девочка!
Улыбаюсь.
— Спасибо мамуль, я люблю тебя!
— И я тебя девочка моя очень сильно люблю! Ты приедешь завтра? Я твои котлетки любимые сделаю!
В этот момент я чуть не расплакалась, мамины котлеты я обожала. Я вообще ее и папу обожала, единственные близкие люди. Сдерживалась чтобы ее не расстраивать, вспомнила Новый Год, как меня маленькую наряжали и сажали, а потом торжественно после двенадцати вели под елочку получать подарки. Боже, как же я ее боюсь потерять, кто бы знал, она для меня все, вся моя жизнь. Моя мамочка, любимая.
— Марьяш, ты чего? Все хорошо?
Я вздрогнула, мамин голос привел меня в чувство.
— Да мамуль, все хорошо! Я приеду, ты там сильно не напрягайся, и знай я с тобой!
— Ну уж что не напрягайся! Не делай из меня инвалида! — вздохнула мама. — Завтра жду! Люблю тебя девочка моя!
Она повесила трубку, а я, допив бокал, пересела на диван и заплакала. Как маленькая девочка, обиженный ребенок, которому опять сделали больно, который так боялся потерять маму, который так взял и запутался в этом, мире и никто ему помочь не может.
— Марьян привет, у меня телефон… Что случилось?
Я резко подняла голову. В дверном проеме стоял Макс и обескураженно смотрел на меня. На его лице было такое удивление, что я тут же пришла в себя. Макс закрыл дверь и подошел ко мне.
— Что произошло?
— Ничего, аллергия!
— Интересно… На что?
Я пригладила волосы и прошлась ладоням по щекам.
— Не знаю!
Макс подошел ко мне и сел рядом, от него пахло обалденно вкусным парфюмом и каким-то уютом, а еще мандаринами. Моими любимыми.
— Ты что мандарины ел?
— Да, и тебе принес, знаю, как ты их любишь!
Протянул мне пакет, а потом вытащил одну и стал чистить.
— Я тут прибухнул и телефон не брал извини, а у тебя что?
Почистив, протянул мне его, так трогательно, я непроизвольно улыбнулась.
— Спасибо, мило! Ничего!
— А если честно? — в упор посмотрел на меня.
Я почувствовала, как слезы вновь подступают к глазам, запихнула в рот пару долек и принялась жевать, чтобы успокоится.
— Просто все навалилось! — шепотом произнесла я. — А еще котлетки мамины!
Это стало последней каплей, я разрыдалась в голос. Макс придвинулся ко мне и прижав к себе, принялся гладить меня по волосам.
— Ну ты чего детка? Ну все все! Я с тобой! Расскажи мне все! Я рядом, только не плачь! Какой ты ребенок еще!
Сама не знаю почему меня так прорвало, про котлетки начала говорить, про то, как маму до ужаса боюсь потерять, что Денис толкнул и про него. Самое главное про него. Когда говорила о Нике, видела, как лицо Макса меняется.
— Я бы твоего мужа бы прибил! — зло произнес он, продолжая меня обнимать. — Он такой мудак у тебя конченый! Голова не болит?
— Уже нет!
— С мамой все будет нормально, я тебе обещаю! А вот Ник… Марьян, зачем ты опять в прошлое возвращаешься?
Он так серьезно на меня смотрел, что я растерялась.
— Я не знаю, просто я не могу его забыть, вот и все! Я постоянно о нем думаю! Честно! Мне кажется, что я без него не смогу!
Макс меняется в лице, я понимаю, что у него что-то ко мне есть и сейчас своим признанием, я доставляю ему далеко неприятный момент, но он сдерживается. А я легонечко отстраняюсь, взяв еще один мандарин в руки.
— Я понимаю, но дело даже не в ребенке, а в том, что, если человек бы любил тебя, он бы выбрал тебя, а ребенку просто бы помогал! Остался бы с любимой женщиной, а он уехал и бросил тебя! И сейчас напился, позвонил и все, вот, и все отношения! Так, чисто по пьяни!
Я чувствовала невыносимую боль от его слов, но он был прав, ведь Ник был пьян вдрызг когда мы общались.
— А еще это неуважение к тебе! И все пословицы что у пьяного на языке, то у трезвого на уме, это бред! Не ломай свою жизнь, прошу! Подумай хорошо о своей жизни, и убери наконец из нее Дениса, этот человек тебя только назад тянет! Одно то, что он тебе в реанимации сказал, прости конечно, уже весомый повод его выкинуть из своей жизни! У тебя, все впереди и мужчина самый достойный будет!
Он смотрел мне в глаза.
— Ты?
— Нет! Я не занимаюсь саморекламой и не говорю, что я самый лучший! Он будет, я уверен! Такому прекрасному человеку не может не встретится человек, достойный ее! Выкинешь обоих из своей жизни и поверь, встретишь! Я обещаю тебе!
Он берет мою руку в свою руку, и так приятно становится, уютно. Нет такой страсти, как с Ником, по-другому, просто уютно, чувство защищенности.
— А они поймут кого потеряли, поверь!
Я просто смотрю на него, не знаю даже, что сказать, понимаю, что он прав.
— Отпусти! Особенно парня этого отпусти и забудь, тебе лучше будет! Иди ко мне!