Александра Топазова – Не отпущу. Навечно моя (страница 51)

Она лишь молча, слезает с моей груди и ложится рядом на подушку, а я тут же отворачиваюсь и закрываю глаза. Черт возьми за что мне все это досталось. Я и себя мучаю и ее, и Марьяну. Я просто конкретный идиот. Все мои мысли, даже мой член с ней, в ней. Я серьезно готов приехать и пристрелить ее мужа, если не уйдет со мной. Проваливаюсь в сон пытаясь не думать, забыть, но даже во сне хочу быть с ней, только с ней одной и больше ни с кем.

С утра меня разбудил аромат сырников. Сел на кровать, рядом стояла тарелка с ними, кофе и минеральная вода.

— Доброе утро любимый!

Сел на кровати, в спальню вошла Люда с полотенцем на голове.

— У нас сегодня Узи!

Вот же черт, а еще сегодня Ветер освобождается.

— Я помню, я отвезу!

Люда меняется в лице.

— Отвезешь и все?

— Не так выразился, я буду на УЗИ!

Она садится на кровать, достает косметичку и вытащив крем намазывает лицо, видно, как дрожат ее руки.

— Все в порядке? — интересуюсь я.

— Да, не считая того, что ты так относишься к УЗИ все в порядке!

Я откусываю сырник, башка после вчерашнего нещадно болит, вот только с утра я не хотел выяснения отношений.

— Что я не так сделал?

— Все хорошо!

— Люда бл. ь!

Она смотрит на меня.

— У тебя кто в последних вызовах? Напомнить?

Я отпиваю кофе.

— Ты лазила в мой телефон? Сама говорила, это низко, и ты никогда до такого не опустишься!

Руки Люды затряслись еще сильнее.

— Говорила Ник, ты тоже много чего говорил! Вы опять общались еще и по видео! Она там до трусов смотрю раздевается!

Я молчал. Да и что было сказать, нечего, Люда говорила всю правду. Она действительно вчера сидела в одних трусах, а я пялился, как мальчишка и сходил с ума мечтая и сгорая от дикого желания быть в ней.

— Прекрасно! Утро началось!

Она встала и тут же села, схватившись за живот. Я соскочил с кровати и сел подле, меня всего трясло видя, как Люда морщится от боли.

— Что? Где болит? Скажи мне!

Люда поморщилась.

— Все хорошо, Ник, такое иногда бывает!

— Что значит бывает? Почему ты мне не говоришь когда болит?

— Все нормально! Я просто перенервничала, не бери в голову!

Я смотрел на нее, моя ладонь легла на живот, я вновь ощущал себя гондоном. Опять заставил ее нервничать, а она молчит постоянно, другая точно бы мне сковородой голову бы пробила.

— Не надо нервничать, я прошу тебя, мне кроме тебя никто не нужен! Она просто поздравила меня с днем рождения!

Сажусь рядом и прижимаю ее к себе.

— Два раза?

Я выдыхаю.

— Это все несерьезно, она знает прекрасно о вас! О тебе и о ребенке!

Люда встала, держась за живот.

— Я понимаю, но легче мне не становится, ты, как напьешься начинаешь ей писать и звонить! Мне какого? Ты не думал?

Я молчал. Она так на меня смотрела, не плакала, не истерила, просто все держала в себе всегда, абсолютно все.

— Думал!

— И?

— Я виноват! Очень виноват, прости меня!

Встаю, беру сигареты и иду вниз. Беру по пути телефон, смотрю она в сети. Черт… Я столько вчера наговорил, что же я делаю то. Смотрю что-то печатает. А у меня Люда перед глазами, как за живот схватилась.

«— Привет!»

«— Привет!»

«— Помнишь хоть что-нибудь?»

Я смотрю на телефон. Помню ли я? Я все помню. Особенно грудь ее, которую я еще не так давно мял и целовал. Глазки ее красивые помню, с какой обидой на меня смотрели, что, как мудак поступил. Вздыхаю, и выпускаю дым из легких, вместе со всем отчаянием. Так правда нельзя. Надо точку поставить.

«— Нет, смутно, вроде мы ржали с тобой!»

Отправляю и присаживаюсь на корточки. Сердце так бешено бьется. Больно. Да я тоже человек и мне больно. Больно, что опять так с ней поступил, она хорошая девочка. Она моя маленькая любимая девочка.

«— Понятно! Не пиши мне больше никогда ублюдок!»

«— Да и больно надо, дура!»

Сука, мне, как волку выть хочется. Зачем это все? В грудной клетке все сдавило, я без нее не хочу. Я не знаю, как я вновь выдержу.

— Мы едем милый?

Встаю и оборачиваюсь, позади стоит Люда и улыбаясь смотрит на меня. Ее руки тянутся ко мне, я тут же обнимаю ее. Смотрю в ее глаза, вроде такие родные, но в то же время такие чужие, хоть и мать моего ребенка, а родным человеком мне так и не стала. Родные те зеленые глаза, по ту сторону экрана. Такие сияющие и любимые, по которым я так безумно скучал.

— Я люблю тебя любимый, самый лучший муж и папа! Я тебе на стенку кстати прислала вчера поздравления, видел?

— Нет еще!

Люде неприятно, но она пытается не подавать виду.

— Я пойду машину заводить!

Чуть ли не бегом иду к калитке, так себя нельзя вести, и я хорошо это знаю, но ничего не могу с собой поделать. Я сбегаю от нее. Бегу и она это замечает и понимает. Сажусь в машину и нервно откидываюсь на сидении, да за что мне все это. Меня аж воротит, я словно здесь, но на самом деле меня здесь нет, все мои мысли давно в Питере, где Марьяна, девочка с большими глазами и моим любимым именем. В машину садится Люда, не смотрит в мою сторону, а я и без слов все понимаю. Трогаюсь с места, кидаю взгляд в ее сторону.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍-Пристегнись пожалуйста!

Люда пристегивается, и молча смотрит в окно, а мне сейчас на руку ее молчание, я даже не знаю, что ей сказать, я опять оступился, и кажется опять потерял того человека кто мне так нужен. До безумия нужен…Марьяна. Моя Марьяна…

[МАРЬЯНА]

Говорить, что мне в очередной раз вырвали сердце, было глупо. Да, я подыхала от этой боли и разговаривая со своей подругой Настей, едва сдерживала слезы.

— Зачем опять? — вздохнула она. — Я же просила тебя!