Александра Снежная – Выстрел на поражение (страница 23)

Все мое оружие было официально зарегистрировано на Илвара и проблем с его транспортировкой никогда не возникало, поэтому я и пользовалась нуль-переходом, а не летала на Блактэйю спэйсером. До клуба всегда добиралась муниципальным транспортом, предварительно нацепив на себя на выходе из порта голограмму. Обычно мой Пит не привлекал внимания. Ну, едет себе пацан с надвинутой на глаза кепкой и беспроводными наушниками в ушах — кому такой интересен, таких повсюду тысячи. А сегодня меня угораздило залезть вместо флайера в монообниум*, потому что он добирается до «Zооmа» намного дольше и от его остановки до клуба еще метров пятьсот. Так я рассчитывала скоротать время до приезда Стэнфорда и немного поразмыслить над тактикой стрельбы во время спарринга с ним.

Парни, ехавшие на сиденьях позади меня, мне не понравились сразу. О таких у нас в отделе говорят: «Залетные». Тут и гадать не надо было, что им приглянулась моя сумка. Уж больно объемная. Если бы они знали, что в ней пушка, может, и смотреть на меня побоялись бы. А так — глаза блестят, зрачки расширены… чуваки явно под скрапсом или еще какой — то дрянью и на Блактэйе впервые, иначе знали бы, что здесь «гастроли» не проходят от слова «совсем». Слишком много повсюду камер слежения. Для обычных граждан — полная гарантия безопасности, а для меня — катастрофа. Если эти идиоты ко мне полезут — нас всех накроет патруль СМК, и тогда я засвечусь, как Сверхновая: через базу пробьют и мою пушку, и мой идентификационный чип. Вдобавок ко всему по сигналу на место происшествия прибудет еще и кто-нибудь знакомый, дай бог, чтобы не Кларк, и слухи обо мне поползут по всей конторе. А Стэнфорду, как непосредственному начальнику, доложат первому, что его подчиненная попала в переделку.

И вот пятой точкой чувствовала же, что не надо никуда ехать. Сигналы из космоса надо слушать.

Самое умное, что мне пришло в голову — это бежать.

Ну, за сколько я могу преодолеть пятисотметровую дистанцию от остановки монобиума до людного и залитого рекламными огнями Фрай Авеню? Я не спринтер, но уверена, что бегаю однозначно быстрее торчков. Позор, конечно, законнику убегать от преступников, но у меня сегодня выходной, а их все равно какой-нибудь патруль да и задержит, если опять за приключениями полезут.

Поэтому, как только открылись двери транспорта, я рванула из него, как угорелая, и что было очень предсказуемо — залетные дебилоиды ринулись за мной следом.

Кратчайшая дорога к авеню нырнула под мост монорельса, и эта стометровка являлась, пожалуй, единственным опасным и безлюдным местом, где меня можно было прижать к стенке. Видимо, почувствовав, что добыча сейчас ускользнет, кто-то из преследователей чем — то в меня бросил, попав в затылок. Вырубить не вырубили, но с ног сбили.

Потеряв равновесие, я полетела на землю, успев при падении сгруппироваться, перевернуться и схватиться за сумку. Стрелять и мазать. Да что ж так не везет. Через пять минут сюда заявится патруль и накроет нас всех. Выбора у меня не оставалось: вразумить гнавшихся за мной идиотов теперь мог только верный «Брайан».

— Ну чего, ссыкун, отдыхаем? — тяжело дыша после быстрого бега, первый из гнавшихся за мной парней уперся руками в колени и замер всего в паре метров.

Тут же к нему подтянулись и остальные, довольно скалясь и разглядывая меня с корыстным интересом.

— Сумку гони сюда, — двинулся вперед один из них. — Чего у тебя там? Бабло?

Кретины. И вот откуда такие берутся, а? Поди, наслушались сказок, что на Блактэйе одни богачи живут и с чемоданами кредитов по улицам ходят, вот и прилетели проверить.

Как же обидно было и за испорченный вечер, и за синяк на затылке, который обязательно к утру проявится. Я даже на них не злилась, а испытывала глухую досаду. И как только собралась выдернуть из сумки оружие, из-за спин догнавших меня придурков, как гром небесный, прозвучало:

— Чуваки, а что тут, собственно говоря, происходит?

На какое — то мгновение мне показалось, что у меня галлюцинации из-за того, что меня чем-то приложили по башке. Но когда залетные стали оборачиваться и из темноты выплыл Просто Бог, красноречиво намекая парням своим ростом и весом, что вот и пришла к ним та самая Вселенская «жопа» — могучая и ужасная — у меня нервно дернулся глаз.

Какого хрена? Он здесь откуда?

Где — то в самом конце квартала завыла сирена, не оставляя сомнений, что сюда уже движется патруль, и ушлепки, почуяв, что запахло жареным, ломанулись вперед, огибая сидящую на земле меня, как полосу препятствий.

Представляю, в каком шоке находился Стэнфорд, когда, вскочив на ноги, я подхватила сумку и побежала следом за теми, кто минуту назад собирался меня ограбить.

На Фрай Авеню я их, собственно говоря, и догнала, вот только дальше наши пути разошлись, как в космосе рейдеры: дебилоиды побежали куда-то налево, а я быстро спустилась по лестнице в подземный переход и дальше пошла спокойным ровным шагом, не привлекая к себе внимания.

Выйдя на другой стороне улицы, я влилась в поток прохожих, и когда до комплекса «Лотос» оставалось заветных двадцать метров, мне на плечо резко опустилась чья-то тяжелая ладонь.

Боже, спасибо, что развернувшись, я не заехала коленкой остановившему меня Стэнфорду между ног. А то первое желание было именно таким.

— Я не понял, что это было? — буравя меня недобрым взглядом, рявкнул он, и мне ужасно захотелось сию же минуту самозакататься в асфальт.

Вместо внятного оправдания я брякнула откровенную глупость:

— А ты что здесь делаешь?

Брови Просто Бога хмуро сошлись на переносице, и взгляд тоже не обещал ничего хорошего.

— Там находится площадка для флайкортов, — Стэнфорд сделал кивок головой на противоположную сторону улицы, и я вспомнила, что в той стороне, в метрах двухстах за остановкой монообниума действительно есть посадочное поле для флайкортов, на которую босс, видимо, припарковал арендованный транспорт. — Я вышел со стоянки и увидел, как ты вылетел из монообниума, а за тобой погнались какие-то парни. Твои знакомые?

— Да нет, первый раз их вижу, — мотнула головой я.

Стэнфорд хищно прищурился и как-то угрожающе поинтересовался:

— У тебя проблемы с законом? Почему ты убежал?

Да. У меня проблемы. Только не с законом, а с одним чересчур дотошным мужиком. Я даже не представляла, что умею врать настолько быстро и убедительно, что в придуманное верилось самой.

— Я пушку отцовскую без спроса взял. Если бы патрульные проверили и сообщили родителям — мне конец. Да и в клуб больше никогда бы не пустили.

Стэнфорд перестал хмуриться, и вдруг врезал мне подзатыльник, попав по синяку.

— Охренел? — захлебнулась от боли и возмущения я. — За что?

— За то, что чужие вещи без разрешения берешь. Еще раз так сделаешь — уши надеру.

Нет слов. Вот тебе и сон в руку.

— А обязательно все время драться? — потерла больное место я, поминая про себя Стэнфорда крепким словцом.

— Радуйся, что я ремень не снял, — «успокоил» меня он.

Да я радовалась. Не то слово. Вот ремнем меня еще ни разу не охаживали. Живо себе представила, как Стэнфорд с толком и расстановкой «полирует» ремнем мою задницу, и как-то сразу перехотела идти играть с ним в клуб.

— Ну и методы у тебя. — на всякий случай отходя от него подальше, возмутилась я.

— Нормальные методы, — фыркнул Стэнфорд. — Мужские. Мы с братом, когда из банды в приют попали, частенько огребали. Зато мозги сразу на место становились. Наставником у нас там мужик был, суровый, но справедливый. Бывший военный. Если бы не он, кто знает, что из нас со Свэном вышло бы.

Я притихла, с интересом слушая приоткрывшуюся тайну прошлого Стэнфорда.

— Ты сирота? — тихо спросила у него.

— Мама умерла, когда нам с братом было одиннадцать, — с явной неохотой сообщил Стэнфорд, — А отца я вообще не помню. Понятия не имею, кем он был. Мать нам о нем не рассказывала.

— Мне жаль, — вздохнула я.

Стэнфорд вдруг насмешливо прищурился и дружески хлопнул меня по спине.

Да что ж у него за привычка такая — руки распускать? Хорошо хоть не опять по затылку.

— Так что цени своих родителей, Пит. Цени и слушайся, — важно изрек мужчина, подталкивая меня к входу в клуб. — Если они тебе морали читают, то только из добрых побуждений. Ты, кстати, чего волосы себе такие длинные отрастил? Неформал типа?

Я обмерла. У аватара Пита волосы были короткими, а мои собственные — доходили до плеч. Пока я бегала от желающих меня ограбить придурков, аккуратный пучок распустился, и Стэнфорд, когда влепил мне оплеуху, это почувствовал.

— А если мне нравится такая прическа? — с вызовом бросила я. — Скажешь, что я не мужик?

— Да нет. Почему? — Стэнфорд пожал плечами и улыбнулся: — У нас Эмбер с такой же прической все время ходит. Считает, что это красиво. Хотя ему действительно идет.

— Кто такой Эмбер? — спросила я.

— Друг, напарник, брат… — тепло улыбнулся мужчина. — Нас в команде Сал пятеро было. Дрэйкерский экипаж — это почти семья. И хотя мы уже не дрэйкеры, но работаем по — прежнему вместе и друг другу как родные.

Стэнфорд внезапно стал рассказывать о своей работе и друзьях, а я, слушая его, затаив дыхание, понимала, что начинаю завидовать тем, кого Просто Бог причислил к «своим». Этот человек был надежным, как нерушимая скала. Без экивоков преданный верным друзьям, принципам и убеждениям. У такого слова никогда не расходились с делом, и подлости в нем не было ни грамма. Динозавр ископаемый просто какой-то. Неужели такие мужики еще существуют?