Александра Снежная – Приватный танец для Командора (страница 94)
— Какая же ты красивая, — касаясь подушечками пальцев моих губ, а потом невесомо проводя ими по рассыпавшимся по плечам локонам, выдохнул Райдэк. — Боюсь до тебя дотронуться, чтобы что-то не испортить.
Теряем бдительность, командор. Это ты меня сзади еще не видел.
— Ты тоже ничего, — я лукавила: темно-серый, цвета дома Райдэк, приталенный сюртук в сочетании с серебристым жилетом смотрелся на мужчине роскошно, а шелковый шейный платок, завязанный вместо галстука, вообще превращал Торна в какого-то аристократа прошлых тысячелетий.
Вселенная, до чего же искушающе хорош был этот проктэррианец… Смотрела бы и смотрела… А вот расслабляться нельзя. Мозги собрала в кучу, и вперед.
— Тогда пойдем? — посчитал мое выжидающее молчание призывом к действию Райдэк, и я, взяв его под руку, пошла следом, наслаждаясь теплом мужского тела, крепостью мышц и запахом его одеколона.
Наверное, с таким же удовольствием я пошла бы с ним в какой-нибудь ресторан Тангирры, или в театр на Фаэртоне, а могла бы просто сидеть в уличной кафешке на любой цивилизованной планете и, попивая кофе, рассказывать о своих приключениях. Ключевая фраза — "могла бы". Жаль, что все так, как есть…
Мы с Райдэком спустились в цокольный этаж, и на какое-то мгновение я даже подумала, что он собирается повести меня любоваться красотами подводного мира Проктэрры. Но Торн, свернув в противоположную смотровой площадке сторону, завел меня в небольшую комнату с установленным в самом ее центре огромным металлическим кольцом.
Гладкая поверхность устройства была испещрена символами, смысл которых я теперь отлично понимала, но, прикинувшись топливным шлангом, наивно спросила у Торна:
— Что это за устройство?
— Телепорт, — великодушно признался он, даже не догадываясь, какой козырь дает мне в руки.
— Я не вижу ни телепортационных датчиков, ни гравитационных усилителей, ни магнитных генераторов…
— Это последний образец нашего квантового телепорта, — похвастался Райдэк. — Аппаратура находится внутри кольца. Все, что нужно для перехода — это задать координаты и код принимающего устройства, — командор нажал на утопленную в поверхности телепорта кнопку, после чего в воздухе возник прозрачный голубой экран, на котором Торн стал набирать нужные координаты и код.
Внутри кольца сначала появилось серебристое свечение, а затем закрутилась сверкающая воронка квантового поля.
— Та штуковина, которая была у тебя в руках на Зондакаре, тоже создавала такой переход? — кивнула в сторону телепорта. — А где же был ретранслятор?
Райдэк легонько постучал пальцем по своему лбу, заразительно мне улыбнувшись:
— А ретранслятор у меня здесь. Вместе с переговорным устройством.
— По-моему, оттого, что в ваших мозгах слишком много лишнего, все ваши беды, — мой стэнт-локатор в сравнении с тем, чем напичкали свои головы проктэррианцы, казался детской игрушкой. — А в заднице, как у гормунскула, у вас случайно чипа нет?
— Нет, — весело рассмеялся Торн, потянув меня за собой в телепортационный круг, чтобы через секунду вывести в совершенно другом помещении.
И все же, увиденное меня удивило. Нет, не сам переход, не резиденция тан ориса, не количество приглашенных гостей…
Я шла под руку с Торном по сверкающему, словно драгоценный камень, залу, имея в голове четкий план, но он рассыпался на атомы в ту же секунду, когда мужчина, закрывавший своей спиной собеседников тан ориса, отошел в сторону, и я сразу же узнала в них консула Элонги и его ботаника-сына.
Заметив нас с Торном, Дэкс посмотрел на меня как на пустое место, и вдруг, в последовательности лоб — нос — ухо, почесал одно за другим. Лакс, не верю. Это был один из наших с Хоком тайных сигналов. Неужели?.. Вселенная, неужели мои парни что-то придумали?
— Здравствуй, дочка, — глядя мне в глаза, отец Торна произнес это так тепло и искренне, что от стыда за то, что я собиралась вытворить в его дворце, захотелось вывалиться из платья. Хотя там и вываливаться в принципе было не из чего.
— Рад снова вас видеть, командор, — консул склонил перед Райдэком голову, выражая жестом свое глубокое почтение. — Спасибо за то, что дали моему сыну допуск на планету, организовали экскурсию в палеонтологический музей и разрешили побывать на раскопках.
— Не стоит благодарности, — сдержано улыбнулся Торн. — Это самое малое, что я мог сделать как гостеприимный хозяин. Разрешите представить вам мою невесту — Агни Паркер, — закончив с любезностями, посмотрел на меня он.
Оу, как же я могла забыть? Так вот же кто я — невеста. А что невеста на помолвку согласия не давала — это в сущности такие мелочи.
— Очень приятно, — будто видел меня впервые, произнес мужчина, а затем вежливо представился: — Рэдгар Ронгин — Консул Элонги. А это мой сын Дэкс.
— Консул Элонги? — подыгрывая Ронгину, вопрошающе посмотрела на Торна. — Разве Проктэрра не закрытая планета?
— Помнишь, я тебе говорил, что мы пускаем на Проктэрру избранных? — обратился ко мне Райдэк. — Рэдгар — один из них.
— У нас давнее сотрудничество с Элонгой, — плавно вступил в диалог Кайл.
— Мы больше полувека покупаем на Проктэрре воздухоочистные станции, — подключился к нему консул. — К сожалению, атмосферный слой нашей планеты содержит слишком много примесей ядовитых газов, очень опасных для жизни. Проктэррианцы изобрели технологию, позволяющую очищать воздух и перерабатывать вредные газы в топливо. Мы покупаем на Проктэрре оборудование, а топливом, получаемым на нем, торгуем с другими планетами.
— Выгодное сотрудничество, — улыбнулась я, теперь понимая, почему о своих связях с проктэррианцами их деловые партнеры умалчивают. На кону, как правило, стоят очень большие деньги и стратегически важные интересы планеты. Никто в здравом уме не станет рисковать своим благополучием. — Так вы здесь по делам?
Мужчины многозначительно переглянулись и Рэдгар согласно кивнул:
— Да, мы хотим приобрести еще несколько разновидностей оборудования.
— А сына Вы с юных лет привлекаете к семейному бизнесу?
— Нет, Дэкс — палеонтолог. — Ронгин обнял сына за плечи, и лицо мужчины осветилось гордостью и счастьем.
Понимаю его. Очкарик славный парень и отцу есть кем гордиться.
— Я мечтал попасть на Проктэрру с детства, — неожиданно прорезался у тихони Дэкса голос. — Это же одна из древнейших планет во Вселенной. Удивительно, в каком состоянии здесь сохранились фессилии прежних геологических периодов. А наличие окаменелостей ящеротазовых говорит о том, что целый ряд планет пошел по одному и тому же циклу развития.
— Фессилии — это что? — изображая максимум заинтересованности, полюбопытствовала я, и севший на своего любимого коня Дэкс затараторил со скоростью зенитной установки, засыпая меня все новыми и новыми непонятными терминами.
Как же внимательно я слушала. Так, словно всю жизнь мечтала узнать, как эволюционировала репродуктивная система у обитателей палеозоя и чем отличается трилобит от аммонита. А Дэкс, не замечая ничего вокруг, отвечал на мои вопросы, возбужденно жестикулируя руками, то и дело поправляя пальцем съезжающие с носа очки.
— Мой сын может говорить о своих научных изысканиях часами, а в лице вашей невесты он, похоже, нашел благодарного слушателя, — умилился Ронгин. — Может, мы могли бы подписать нашу договоренность, пока они беседуют? — ненавязчиво предложил Кайлу и Торну консул. — Раз уж мы все в сборе…
Торн недовольно нахмурился, явно не желая оставлять меня без присмотра, но улыбнувшийся ему Кайл, добродушно посмотрев на нас с Дэксом, резонно заметил:
— За ними присмотрят мои фрэйсеры. Подписание договоров не займет много времени, сын. Консул уезжает рано утром и документы уже все подготовлены.
— Я скоро, — целуя меня в висок, обронил Райдэк.
— Да-да, — рассеянно отмахнулась от него я, делая вид, что всецело поглощена рассказом Дэкса. — Так что вы говорили про псилофиты?
Спустя минуту, мужчины в сопровождении охраны покинули зал, и моя недолгая радость сменилась отчаянием, как только вокруг нас с Дэксом плотным кольцом встали двухметровые амбалы.
Энтузиазм очкарика заметно поубавился, говорил он теперь вяло и медленно. Во-первых, конвой стоял слишком близко, а во-вторых, охранники еще и нагло прислушивались к нашему разговору. В глазах парня промелькнула досада, и он снова почесал лоб, нос и ухо.
Да знаю я, что поговорить нужно без свидетелей. Думаю я, думаю.
— Танцевать умеешь? — скороговоркой произнесла я.
Дэкс вытаращился на меня, и его глаза, увеличенные диоптриями, стали в два раза больше.
— Пять лет бальных танцев…
Моя ж ты радость. Как же я люблю этого парня.
— Пошли, — схватив Дэкса за руку, я собралась выйти с ним на центр зала, но была тут же остановлена мрачным мордоворотом, преградившим нам путь.
Зря это он. Нельзя тормозить бешеную Сал на взлете. Для жизни опасно. И причем — не моей.
Отступив на шаг, я лучезарно улыбнулась мужчине, а потом легким движением руки сдернула с себя шаль, бросив ее прямо ему в руки.
Господи, как он на меня смотрел. Как на ожившую мумию. Лицо вытянулось, челюсть отвисла… Впрочем, не у него одного. Поставленные охранять нас с Дэксом фрэйсеры медленно "выпадали в осадок". Как же у них тут все запущено. Оказывается, чтобы дезориентировать здоровенного проктэррианца, и оружия-то не надо — просто надеть платье со "скромным" вырезом на спине, вернее, во всю спину и заканчивающимся в районе копчика.