Александра Снежная – Приватный танец для Командора (страница 75)

Благодаря связи между проктэррианцами не существует измен и разводов. При наличии совпадения набора генов у пары происходит импринтинг — запечатление партнера, дающее стойкую неразрывную нейронную и физиологическую связь. ДНК пары начинает меняться — подстраиваться под свою половинку. Мутация делает мужчину и женщину невероятно выносливыми, сильными, способными к быстрой регенерации и репродуктивности. Это чудо и безмерное счастье для проктэррианца — найти подходящую ему женщину… но если эта женщина еще и тар дэ… Все показатели усиливаются в сотни раз. Нет равного по силе мужчине, запечатленному с тар дэ, и выдержать эту силу может только та, которая ему ее подарила…

— Тар-дэ — сокровище. Это — мусор, — взяв мою руку, на которую был надет браслет, Райдэк постучал пальцем по ободу из блимиума. — Ничто в сравнении с той, на которую оно надето. Ты мое сокровище. И я чуть было тебя не потерял. Я даже отцу не сразу смог сказать о случившемся. После того как узнал, что ты с Шоном погибла, у меня состояние как у коматозника было: ходил, что-то делал и ничего не понимал…

А самое страшное, что я подвел отца и обидел Наю. Мои гены подходили нескольким девушкам, но я выбрал ее за кротость, мягкость и доброту. Полная противоположность мне… Когда я разорвал помолвку, разразился скандал. Он не перерос во что-то более серьезное только потому, что те дома, дочери которых так же имели подходящий мне набор генов, были заинтересованы в моей свободе. У них был шанс войти в первую ветвь правящего дома, а у меня уже не было никакого… И я сбежал. Посвятил себя науке и продвижению технологий проктэррианцев во Вселенной. Брался за самые сложные и длительные миссии конфедерации, лишь бы не возвращаться домой. Пока… Пока не встретил в ночном клубе тебя…

— Как ты там оказался? — мрачно поинтересовалась я.

— Случайность… — задумчиво усмехнулся Торн. — Яркая неоновая вывеска и название танца — "Мечта". Я зашел из праздного любопытства, а нашел ту, что считал потерянной для себя навсегда.

— Ты же не видел ни моего лица, ни фигуры, как ты мог меня узнать?

— У меня на тебя встал, — Райдэк как-то неубедительно покаянно пожал плечами, а потом и вовсе расплылся в наглой и довольной улыбке. — Шок… Это был настоящий шок, учитывая то, что я смирился со своей участью и отказался от роли главы правящего дома из-за невозможности продолжить свой род. И знаешь, пока я на тебя смотрел, мне было наплевать, что моя будущая жена — шлюха, продающая себя за деньги. На Проктэрре никто и никогда бы об этом не узнал. Я готов был осыпать тебя золотом с ног до головы, только бы ты согласилась со мной улететь, а ты взяла и сбежала… Что ты делала в клубе? Зачем танцевала для толпы голодных и озабоченных мужланов?

Я смотрела на Райдэка и понимала, что если сейчас расскажу ему о себе все, то увязну в этом мужчине, как мошка в сосновой смоле.

Навечно.

Хочу ли я этого? А спросит ли он меня, чего я действительно хочу, о чем мечтаю? Будет ли его интересовать хоть что-то кроме того, что я хочу его?

Да — хочу. Даже сейчас. Даже зная кто он и чем мне грозит наша связь, я смотрю на него и понимаю, что другого мужчину я бы и не могла себе выбрать. Только равного. Такого же твердолобого, хитрого и изворотливого, как я сама.

— Каждый расслабляется как может: ты летаешь на своем вояджере, строя из себя командора, а я танцую на пилоне, — бросила с вызовом в лицо Райдэка.

— А почему согласилась на приватный танец? — подозрительно прищурился он.

— Хотела посмотреть на того единственного мужчину, который аплодировал моему танцу, а не тому, как я раздвигала ноги.

— А с чего ты решила, что мне понравился танец? — хрипло рассмеялся Торн. — То, как ты раздвигала ноги, меня заинтересовало намного больше.

— Пошло, — скривилась я.

— Зато честно, — ухмыльнулся Райдэк. — А на интим ты зачем согласилась? — интонации командора стали вкрадчивыми и мягкими, словно он не говорил, а плел тонкую паутину, в которой я с каждой секундой запутывалась все сильнее.

— Понравился, — мое признание сбило дыхание мужчины, и он едва слышно спросил:

— Второй раз тоже понравился? — Торн облизал пересохшие губы, гипнотизируя меня цепким взглядом.

— Уесть тебя хотела, — почти не соврала я. — Ты меня дешевле своего скафандра оценил. Собиралась станцевать для тебя танец, возбудить и свалить, но сам помнишь, что дальше вышло.

— Помню… — Райдэк сглотнул, задышал чаще и резче, а затем произнес на выдохе: — Так как насчет продолжить? — голос командора низко пророкотал, и в потемневших глазах с новой силой вспыхнуло неприкрытое желание — голодное, прошибающее своей алчностью до мяса и костей. У меня поджилки задрожали. Больше от предвкушения и возбуждения, чем от страха окунуться с головой в это сумасшествие.

А он все смотрел… Как остановившийся у края пропасти безумец. Сдирая с меня взглядом кожу, выворачивая наизнанку душу, пробираясь к самому сердцу в ожидании его отклика. Так, словно от моего ответа зависела вся его жизнь.

Наверное, в какой-то мере оно так и было, а может, мне так казалось, потому что в этот момент я могла думать только о том, как сильно я хочу этого мужчину.

Столько лет в моей памяти жил совершенно другой образ. Мой первый сексуальный партнер был невероятно чуток и нежен со мной. Только благодаря ему близость между мужчиной и женщиной стала для меня волшебным таинством, а не тупым перепихом. Сколько холодных и одиноких ночей я, закрывая глаза, вспоминала обжигающую нежность его поцелуев на своей коже, ласковую заботу рук и негу сильного тела…

Куски разбитой картинки постепенно складывались в одно целое, и мне так хотелось увидеть, что же на ней нарисовано? Кто он — тот, о ком я грезила все эти годы? Какими будут мои ощущения сейчас, когда я знаю о нем всю правду?

Глубоко вздохнув, я ухватилась руками за край одежды и, глядя Райдэку прямо в глаза, стащила с себя футболку.

Его футболка отлетела в сторону почти одновременно с моей. Тяжело дыша, мы поедали друг друга взглядами, продолжая срывать с себя одежду, пока наши тела не осталось такими же обнаженными, как и наши души.

Воздух накалился; вобрав в себя яростную пульсацию наших дыханий, он вибрировал, отдаваясь барабанной дробью в ушах и сердце.

Шаг навстречу друг другу и… реальность остается за спиной, а впереди — только пьяный дурман неистовых поцелуев и лихорадка горячих рук.

Как называется та черта, переступая которую ты остаешься один на один со своими инстинктами — голый, безоружный, беззащитный? И они снимают с тебя слой за слоем кожу приличия и фальшивой святости, обдирая до основ — животных, первобытных, изначальных…

Летят к черту запреты и самоконтроль, стираются границы, догмы и принципы.

Двое сумасшедших в одной постели — это безумие в чистом виде. Шизофрения, которую можно услышать, потрогать ругами и провалиться в нее с головой. Нет запретов, нет приличествующего нормальным людям чувства меры и стыда. Есть только жажда обладания. Ненасытный голод. Полное погружение — 5D.

Мы стонали, катаясь по огромной кровати, как два голодных зверя. Чтобы ни делал Райдэк и чем бы ни отвечала ему я — этого было мало. Мало воздуха вокруг, ставшего внезапно липким и влажным; мало площади соприкосновения наших горящих огнем тел; мало рук — настойчивых, нетерпеливых, умелых… Повсюду… На моем лице, плечах, груди, бедрах. Мало его поцелуев — диких, жадных, болезненно-сладких.

Я билась в экстазе, впитывая в себя, словно губка, взрывоопасную энергетику Торна, такую острую и ненасытную, что она становилась похожей на внезапную остановку сердца. Казалось, оторви нас друг от друга — и мы просто сдохнем, как выброшенные на берег рыбы.

Никогда не думала, что язык мужчины, рисующий на моей пылающей коже влажные узоры, способен доставить столько наслаждения одним своим легким прикосновением. Грудь, шея, губы и снова грудь… Торн пробовал меня на вкус, как изысканное блюдо, закрывал глаза, издавая низкие гортанные звуки, от которых у меня совершенно сносило голову. Я хотела большего. Его в себе. Той самой квинтэссенции наполненности — мужского начала, одним скользящим движением превращающим меня в слабую женщину. Древнего, как сама Вселенная, слияния, делающего всех нас такими сильными и слабыми одновременно. Инь и янь…

Тишина обрушилась непроницаемым куполом, когда Торн приподнялся надо мной, и в его глазах я увидела отражение своего безумия.

— Иди ко мне, — прошептала, поднимая бедра и раскрываясь ему навстречу.

Мир разбитыми осколками полетел к черту, и мы падали… Друг в друга. С неотвратимой неизбежностью. Теряя разум, контроль и связь с реальностью. Зачем она нужна, если мужчина, яростно двигающийся внутри меня, внезапно становится центром Вселенной, яркой звездой, на свет которой ты летишь с безрассудной скоростью, понимая, что ее гравитация рано или поздно просто поглотит тебя.

Плевать…

Невозможно остановиться, когда желание срастись с мужчиной в один неразрывный организм, просочиться в кровь, стать сухожилиями, вросшими в его мышцы, уже больше, чем просто необходимость — это зависимость, как у наркоманов, подсевших на тяжелый скрапс.

Нет ничего прекраснее в момент будоражащей близости касаться его лица. Трогать плечи. Чувствовать перекатывающуюся под теплой кожей энергию мужчины и вдыхать его запах. Терпкий. Сводящий с ума. Мне хотелось влезь в него целиком. Прирасти к костям и заполнить собой каждую его клетку.