Александра Снежная – Приватный танец для Командора (страница 54)

В первую очередь мы отправляли на флагман тяжелых пациентов, а тех, кого боялись не довезти, забрасывали в медкапсулы стрэйнджеров, патрулировавших в закрепленных за ними квадратах.

Крам превратился в бесконечную череду спусков и подъемов, и от количества прошедших через наши руки женщин, мужчин, стариков и детей рябило в глазах. Это был какой-то страшный конвейер грязных, испуганных жителей Зондакара, кажется, уже даже не надеявшихся на спасение.

Иногда я ловила себя на мысли, что наблюдаю за происходящим, словно сторонний зритель, пришедший посмотреть чудовищный и невероятно зрелищный кинофильм. Как же по-разному все-таки вели себя разумные существа в условиях близкой гибели. Кто-то сходил с ума, кто-то истерил и впадал в панику, кто-то, упиваясь безнаказанностью, грабил или напивался до беспамятства, на халяву заливаясь спиртным из брошенных и разбитых магазинов.

Несколько раз на бригады спасателей нападали, пытаясь отобрать пиккеры, чтобы попасть на борт звездолетов. Глупая попытка, если учесть, что в каждом расчете были профессиональные стрелки, и командор ясно дал понять, что мародеров и бандитов следует пускать в расход без промедления.

Я не видела Райдэка больше крама, но голос его слышала каждые полчаса, когда просила отправить в нужный квадрат подкрепление из бригад пожарных, медиков и военных. Наорал он на меня за все время только раз, когда я вышла на связь на десять минут позже оговоренного получаса.

Мы задержались, потому что пролетая над одним из разломов, я заметила повисшую над пропастью девочку. Искореженный кусок металла каким-то чудом привалило разрушенными блоками, и упавший в разверзшуюся трещину ребенок уцепился за него в отчаянной попытке выжить.

Не знаю, сколько она так провисела, но спускаясь за ней на лонгдаке, я больше всего боялась, что у малышки закончатся силы и она сорвется вниз.

Девочка была похожа на затравленного зверька. Заостренное личико из желтовато-коричневого, как у всех Зондакрцев, стало почти черным из-за грязи, размазанной по нему слезами, а определить цвет волос, испачканных пеплом и пылью вообще не предоставлялось возможным. Но меня больше всего поразили ее глаза: огромные, невозможно насыщенного зеленого цвета — такие красивые, яркие, живые. Выбивающиеся из картины окружающей нас черно-серой разрухи.

— Иди ко мне, — обхватив девочку, я рассчитывала, что она вцепится в меня как пиявка, но малышка почему-то не торопилась бросаться в мои объятия, лишь бормотала что-то бессвязное на своем языке.

— Не бойся, — думая, что ей просто страшно отпустить опору, спасшую ее от гибели, улыбнулась я. — Я удержу тебя.

— Баску, баску, — повторяла девочка, наклоняя голову и заливаясь слезами.

Проследив за ее взглядом, я наконец сообразила, в чем дело. Баску оказался каким-то животным, таким же лохматым, грязным и испуганным, как девчонка. Был ли он ее питомцем, или крошка просто пожалела его, потому что пока висела, он был единственной родственной душой, рядом с которой ей было не так страшно — я не знала. Да, в общем-то, и знать не хотела, когда, не раздумывая, просила Стэна опустить страховку чуть ниже, чтобы забрать существо и всунуть его в руки уже пристегнутой ко мне девочке.

Приказом командора на борт запрещалось поднимать животных. Я это понимала. Все правильно. Там и для всех уцелевших зондакарцев не было места. Но конкретно в этом случае я надеялась упросить Райдэка сделать исключение, а потому, когда вышла с ним на связь, совершенно не ожидала, что он сначала обложит меня отборными ругательствами, а потом потребует вернуться на вояджер.

Собственно говоря, мы и так собирались подняться на флагман, во-первых, потому что стрэйнджер был забит беженцами до отказа и, пересаживая их на платформы, мы потеряли бы уйму времени, а во-вторых, у нас истощился заряд батарей и запас топлива.

Вернувшись в док, я не успела сделать даже нескольких шагов к заправочному агрегату, как в помещение влетел Райдэк, приказав мне следовать за ним. Спорить и пререкаться у меня не было ни сил, ни желания. Махнув своим парням рукой, чтобы заправлялись и ждали моего возвращения, я поплелась за командором следом, надеясь, что он не задержит меня надолго.

— Сядьте, — ударив ногой по металлической тумбе, припечатал меня взглядом мужчина, как только мы оказались в небольшом техническом колодце.

Ноги гудели от усталости, и только поэтому я послушалась и подняла голову, обреченно ожидая, что на этот раз мне собирается предъявить командор.

Он меня удивил. Нет, не так — убил наповал, когда, всунув в руки сейк-капсулу с кофе и сверток с сухим пайком, прорычал:

— Ешьте.

Лакс, я больше крама провела внизу без отдыха и еды, и то, что сейчас сделал Райдэк, это было так… У меня не было слов, только ком в горле и растерянное "Спасибо".

— Командор, я хотела…

— Ешьте, или я сам вас накормлю.

Я отпила кофе и принялась за еду, косо поглядывая на не сводящего с меня глаз Райдэка.

— Вы задержались с выходом на связь на десять минут, капитан Паркер. Еще один такой прокол — вы вернетесь в рубку и будете сидеть там до конца операции, — в своей излюбленной диктаторской манере поставил меня перед фактом он.

— Командор, я не шопингом там внизу занимаюсь, — не желая ссориться, заметила я. — А задержалась, потому что ребенка из пропасти доставала.

— Меня это не интересует, — гаркнул Райдэк. — Мы договорились. Если не можете сдерживать своих обещаний, не считаю нужным выполнять свои.

Лакс. Абсурд какой-то. Он строит меня так же, как это делал дед. И фразы те же — как под копирку. Они что, вместе где-то курс мозговыносительства изучали?

— Я вас попросить хотела, — меняя тему, как проделывала этот фокус сотни раз со стариной Эрни, улыбнулась я.

— О чем? — приподняв бровь, сердито буркнул Райдэк, но уже без прежнего воинственного запала.

Ну надо же. И с этим работает. Запомню.

— Не уверена, что правильно произнесу его название, но похоже, что лохматый лопоухий чудик называется баску.

— Какой еще "чудик"? — вытаращился на меня командор.

— Мы вытащили из разлома ребенка вместе с домашним питомцем. Родители девочки, судя по всему, погибли. А это существо — все, что у нее осталось. Я знаю, вы приказали не брать на борт животных. Но может, разрешите в виде исключения?

Командор странно на меня посмотрел, а потом, невесело усмехнувшись, кивнул:

— Хорошо. Я прикажу не трогать вашего чудика.

— Он не мой, но все равно — спасибо. Вы куда-то собрались? — озадачилась, внезапно заметив, что на Райдэке вместо черной униформы надет тот самый наноскафандр, в котором я его видела последний раз в клубе Зарты.

— С чего вы взяли? — прищурился мужчина, и я, сообразив, что едва не прокололась, пожала плечами:

— Вы сняли форму, вот я и подумала…

— Я хочу спуститься в шахты вместе с военными и бригадой техников, чтобы наладить работу кладеродиггеров. Это даст нам еще немного времени…

— Вы спятили? — вырвалось у меня. — Зондакар трясет каждый час. Вас может завалить в шахте. Это опасно.

— Не опаснее той работы, что выполняете вы, — теперь командор широко улыбался и смотрел мне прямо в глаза. — Вы волнуетесь за меня?

Глупый вопрос, точного ответа на который я не знала, но понимая, что Райдэк ввязывается в откровенно опасное предприятие, почему-то испытывала тревогу.

— Я серьезно, — не желая вступать в крайне неудобную для меня полемику, вернула командору тревожный взгляд. — Вы командующий миссией. У вас тысячи подчиненных. Зачем нужно самому спускаться в шахты и подвергать себя такому серьезному риску?

— Затем, что только у меня есть нужное оборудование и знания, способные что-то изменить в данной ситуации.

Это было так похоже на… меня. Вселенная, будь у меня те же возможности и технологии, что у Райдэка, я бы тоже попыталась сделать все возможное и невозможное.

— Вам правда по силам остановить смещение ядра? — я даже теоретически не представляла, как это можно осуществить.

— Надеюсь, что смогу, — уклончиво ответил он. — Не думаю, правда, что надолго, но этого времени хватит, чтобы укомплектовать корабли беженцами под завязку.

Судя по тому, что я видела на вояджере, и по его пространственному перемещению во Вселенной, технических сюрпризов у Райдэка за пазухой было много, вот только они не уменьшали рисков командора, и моих опасений по этому поводу тоже.

— Вы точно знаете, что собираетесь делать, или это чистой воды экспромт?

— И все же вы волнуетесь за меня, — низко проговорил Райдэк, опалив мое лицо жарким и откровенным взглядом.

— Меня волнует вопрос, кто будет управлять операцией и вояджером, — не поддаваясь на откровенную провокацию, парировала я. — Не собираетесь же вы вручать карт-бланш Гилберту?

Райдэк усмехнулся, окатив меня снисходительной иронией, читавшейся в каждой черточке его лица.

— Чем он вас не устраивает? Как вы совершенно верно заметили, флагманом управляют мои люди, и главная аппаратная находится где-то в другом месте… А генерал Гилберт, как и остальные офицеры штаба, сейчас прекрасно справляются с работой координаторов. Не вижу смысла им мешать.

О, как? Райдэк раскрывал передо мной все свои карты? С чего бы это? Нет, то, что мы послушные фигурки в его руках — я и раньше догадывалась, но собственному эго все же немного льстило, что командор сделал меня первым помощником, а осознавать, что это тоже лишь фикция, было неприятно.