Александра Шервинская – Таверна «Лапы и хвост» (страница 8)

– Я поняла, – кивнула я, ошалев от обилия незнакомых наименований живности. – Номты тоже не люди.

– Ори умная, – похвалил меня Ууаооых, – номты тоже не люди. Зачем им дом? У них есть нора.

Я подумала, что крыша над головой мне действительно не помешает, пусть это и будет какая-нибудь заброшенная сараюшка. Может, тут до города топать и топать, не жить же всё это время на деревьях. Всё-таки я не белка и не птица, мне в листве не слишком комфортно. А так обживусь немного, разузнаю хоть что-то об окружающем мире, а там и в сторону города податься можно будет. Глядишь, этот обезьян мне ещё что путное подскажет?

– Это правильно, – я осторожно коснулась лапы, покрытой короткой, но достаточно густой жёсткой шерстью тёмно-коричневого цвета. – Ты можешь показать мне этот дом?

– Угу, – обезьян явно собирался сказать что-то ещё, но неожиданно его большие, но очень аккуратные уши, прижатые к голове, настороженно зашевелились, – сейчас могу.

Я совсем было уже хотела начать слезать с дерева, но Ууаооых лёгким движением лапы прижал меня к стволу. Возмущаться его самоуправством я не стала, так как даже мне было понятно, что абориген намного лучше ориентируется в местной расстановке сил. Раз не пустил вниз, значит, так правильно. Почему-то я была абсолютно уверена, что жутковатого вида обезьян не причинит мне никакого вреда.

Между тем мой новый друг выцарапался из листвы целиком, и я в очередной раз убедилась, что первое впечатление оказалось верным: передо мной был этакий Кинг-Конг в масштабе один к трём. Здоровенный, метра два ростом, заросший короткой шерстью, с мощными лапами и массивным, но явно ужасно сильным телом. Да уж, с таким лучше дружить, а то затопчет мимоходом и даже не заметит.

Строго посмотрев на меня и убедившись, что я не собираюсь убегать, он ловко свесился с толстой ветки и внимательно осмотрел окрестные заросли. Из густого подлеска раздалось недовольное рычание, и я порадовалась, что не стала спускаться. Иначе тут моё пребывание в этом мире бесславно и закончилось бы.

Ууаооых закончил обозревать местность, уселся на ветку рядом со мной и, задумчиво глядя на виднеющееся сквозь густые кроны небо, сказал:

– Коргуты, угу… Ждут Ори. Голодные.

– А есть какой-нибудь другой путь? – вслушиваясь в многообещающее рычание внизу, спросила я. – Чтобы не мимо этих коргутов?

– Угу, – философски забрасывая в рот какую-то бабочку, опрометчиво присевшую на лист дерева, ответил Ууаооых, – по деревьям. Быстро. Весело.

И, видимо, чтобы продемонстрировать мне все преимущества надземного передвижения, обезьян лихо перемахнул на соседнюю ветку, потом ещё на одну, перевернулся в воздухе и, хватаясь сильными лапами то за стволы, то за ветки, а то и за лианы, промчался передо мной раз пять.

– Круто! – не могла не признать я и, увидев непонимающе-обиженный взгляд, пояснила. – Ты молодец! Очень быстро и красиво! Я так не смогу.

– Ори человек, – с восхитительным пренебрежением прокомментировал он мои слова. – Ууаооых поможет. Он лучше человека.

Подавив желание оспорить эту точку зрения, я молча улыбнулась, понимая, что критики нежная натура моего знакомого может и не выдержать. А мне без его помощи до вожделенного «хорошего дома» никогда не добраться. Хотя бы потому что я не имею ни малейшего представления о том, где он находится.

– Садись, – радушно предложил обезьян, показывая куда-то себе за спину, – быстро, весело. У Ори будет дом, угу.

– А как садиться? – растерялась я, так как езда на обезьянах до сегодняшнего безумного дня не входила в число моих любимых занятий.

– Спина, – не очень понятно пояснил Ууаооых, – садись и держись. Крепко.

– Я не удержусь, – попробовала отказаться я, – я не умею…

Обезьян вздохнул точно так же, как это делал наш преподаватель по математическому анализу, глядя на наши кривые решения элементарных – с его точки зрения, разумеется – задач. Как бы и прибить очень хочется, и в тюрьму из-за таких дур не охота. Во всяком случае, интонации были абсолютно идентичные, один в один.

Ууаооых перепрыгнул ко мне поближе и присел, подставляя мощные плечи и такую же шею.

– Руками держись, – проинструктировал он меня и утешил, – внизу трава и ветки. Не больно. На камень больно, а на ветки нет. Но коргуты. Много. Ори лучше не падать, угу.

Я кое-как забралась обезьяну на шею, обхватила его руками, постаравшись вцепиться в короткую шерсть как можно крепче. К коргутам не хотелось, а хотелось под крышу и пить. На какое-то время жажда отступила, а сейчас, когда я слегка успокоилась, навалилась с новой силой.

– А водички у тебя… – начала я, но продолжить фразу не смогла, так как Ууаооых резво сорвался с места, и единственной мыслью, которая у меня осталась, стало желание удержаться на спине моего своеобразного транспортного средства.

Кроны деревьев и густые переплетения лиан слились в сплошную ярко-зелёную полосу, и я зажмурилась, опасаясь от головокружения выпустить и без того достаточно короткую шерсть. Надо отдать должное моему «скакуну»: одной рукой он хватался за ветки, мощными рывками отправляя своё тело вперёд, а второй, когда она не была задействована, бережно придерживал меня.

К счастью, завершился наш безумный полёт достаточно быстро, хотя я и не сразу смогла разогнуть словно сведённые судорогой пальцы.

– Дом Ори здесь, – сказал даже не запыхавшийся обезьян, осторожно отдирая меня от своей крупногабаритной тушки и опуская на землю.

Глава 6

Мэтью

После столь неоднозначного визита матушка пребывала в крайне задумчивом состоянии и в связи с этим известие о том, что я убываю домой, восприняла достаточно спокойно. Я же, решив не ждать, пока она опомнится и стребует с меня какое-нибудь очередное обещание, немного погулял по парку, вздремнул в беседке и с чувством хорошо выполненного сыновнего долга направился к себе. Присутственный день в министерстве у меня был только завтра, поэтому я вполне мог заняться своими личными делами. Не скажу, что их у меня было так уж много, но совсем уж бездельником я себя не назвал бы.

Тем более что в ближайшее время должна была состояться ежегодная регата, в которой я – опять же традиционно – принимал участие на своей «Серпентее». Это была лёгкая, юркая, но на удивление устойчивая одноместная яхта, верой и правдой служившая мне уже не один год. Не скажу, что я сделал её своими руками, но то, что мной был изучен каждый квадратный дюйм этого судна – за это могу поручиться. В отличие от многих аристократов, нанимавших для гонок специальных людей, профессиональных моряков, а то и бывших пиратов, я предпочитал участвовать лично.

Бьющий в лицо солёный ветер, обжигающие солнечные лучи, волны и бесконечный синий простор вокруг – что может быть прекраснее? Наверное, именно в эти часы я чувствовал себя максимально свободным. Но всерьёз посвятить свою жизнь водной стихии? Нет, это не для меня: как только море станет не отдушиной, а обязательной частью жизни, оно тут же потеряет для меня большую часть своей привлекательности. Так и будет, я себя знаю. Поэтому я решил удовлетвориться ежегодными гонками.

Насколько я помнил, в этом году регата стартует у нас, в Гратенсторе, идёт вдоль побережья, огибает Ривенгольский лес, минует устье Ривны – реки, делящей на две части знаменитые дебри – и уходит к границе со степным Равенгардом. Вполне себе достойная дистанция: не сказать, чтобы простая, но и не убийственно сложная, особенно если повезёт с погодой. Впрочем, летом, как правило, не бывает ни сильных бурь, ни штормов.

Решив завтра же наведаться и напомнить техникам о необходимости ещё раз на всякий случай проверить состояние яхты, я сгрёб с подноса сложенную туда Бенедиктом почту и, удобно устроившись в кресле с бокалом неплохого вина, начал изучать послания.

Как обычно, внимания заслуживала хорошо если десятая часть. Два письма были из министерства: в них мне напоминали о необходимости присутствовать на очередном заседании комиссий и мягко укоряли за то, что я до сих пор не выступил ни с какой полезной инициативой. Интересно, а какого предложения они от меня ждут? Неисследованных территорий уже практически не осталось, а в те, которые ещё не подгрёб под себя человек, лучше от греха вообще не соваться. Инициировать очередную исследовательскую экспедицию в Ривенгольский лес? А зачем? Это пусть у министерства, отвечающего за животный и растительный мир, голова болит. Предложить археологические раскопки в бескрайних Равенгардских степях? Так у кочевников своих копателей – каждый второй. Так что нету у меня никаких полезных предложений, хотя придумывать что-то нужно, я же всё-таки жалование получаю, и немаленькое. Ладно, что-нибудь соображу!

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.