Александра Селиванова – Телохранитель королевы (страница 4)
Поверь, красавица, я мог бы сказать не меньше…
Глава 3.1.
Тяжёлый день перешёл в не менее тяжёлую ночь. Я надеялся отдохнуть во сне, но душа была слишком встревожена. Все мои страхи и кошмары, надежды и мечты – всё сплелось воедино… И не дало мне даже шанса отдохнуть.
***
Светло-зеленые глаза в ночном полумраке казались темнее и ещё пронзительнее, чем обычно. Мне казалось, что я тону в них, и был этому рад. Золотые волосы казались шелковистыми, приятно путались в пальцах.
– Откуда ты такой взялся? – мягко, но жадно спросила девушка.
Я улыбнулся, зная, что ответ ей не нужен. Моя судьба…
Я потянулся пальцами к её плечу, но моя королева меня опередила. Ее лицо оказалось совсем рядом с моим, так, что я на миг задохнулся от чувств.
– Ты ведь мой? – её взгляд требовал ответа.
– Неужели ты думаешь, что может быть иначе? – я улыбался, склонив голову набок. Мы оба знали, что других вариантов быть не могло.
Её губы оказались не менее требовательными, чем взгляд. Мысли испарились, осталось только тепло ее кожи. И хотя я считался лучшим наемником, непревзойденным воином и одним из опаснейших людей… Сейчас я был готов пасть перед ней на колени и сделать всё, что она скажет.
Когда одна ее рука взъерошила мне волосы, а другая царапнула живот, мне показалось, что я вспыхнул от огня в крови. Кто-то из нас застонал – я не знал, кто.
Её губы спустились на шею, коснулись плеча. Я потянул шнуровку на ее платье; в глазах у меня искрило, и я едва мог дышать от разрывающих меня мыслей и желаний – очень далёких от приличных.
Когда она укусила меня за шею, мой мир разлетелся на осколки.
***
Я распахнул глаза, задыхаясь. Зло прошипев что-то, я сел, на кровати и огляделся, пытаясь собрать разбегающиеся мысли. Одеяло валялось на полу, рубаха, в которой я заснул, – поверх. Я растерянно хмыкнул – вот уж не ожидал от себя такого.
Распахнутое окно не приносило облегчения. Сладковатые весенние ароматы только усугубляли проблему, напоминая о том, что я только что творил во сне.
Я не имел права даже думать о чем-то подобном, я не должен был мечтать о своей королеве! По статусу я был никем. Я не имел на неё права.
И потому ненавидел подобные сны – всегда яркие, лишающие разума и дыхания, оставляющие после себя неуёмное пламя в теле.
В реальности я никогда не касался её так. И никогда не целовал. И этого никогда не будет. Наемнику не место на королевском троне, а быть с ней тайно, без надежды на настоящее счастья… Нет уж. Лучше сгорать каждую ночь, чем заставить её проронить из-за себя хоть одну слезу.
И это всё если я запал в её сердце… В чем я был вовсе не уверен.
Я захлопнул окно и принялся ходить по комнате. Мне нужно было время на то, чтобы взять себя под контроль.
Лишь спустя полчаса я счёл, что достаточно остыл для того, чтобы вновь попробовать лечь спать. Едва моя голова коснулась подушки, я провалился в сон. Но стало ещё хуже…
Глава 3.2.
Я снова был мальчишкой 12 лет. Я бежал по незнакомому лесу, надеясь, что удаляюсь от того места, которое хотел бы забыть навечно.
Впереди показались огни, и я замер. Я утратил всё. Пожалуй, мне нужно было скрыться, затаиться так, чтобы никто не узнал. Разум завопил, что люди могли понять, кто я, по цвету волос и глаз. Необязательно, конечно, – очень немногие знали меня, и, кажется, никого из них уже не было в живых. Но после всего того, что случилось, мне хотелось безопасности.
Я упал на колени, взывая к силе, подаренной мне буквально пару часов назад. Мне нужно было измениться…
Глаза, глаза… Какие глаза я видел? Голубые – не нравятся, зелёные – как у отца, не подойдёт, карие тоже не нравятся, черные – слишком жутко…
Идея мелькнула быстро. Спустя пару минут я уже знал, что мой новый цвет глаз – жёлто-рыжий, янтарный.
Хватит ли мне этого для того, чтобы спрятаться? Я сомневался. Волосы мне обрезали, небрежно, грубо и совсем не похоже на меня, но я хотел поменять и их цвет тоже. Снежно-белый всплыл в голове сам собой.
Узнают ли меня в запуганном беловолосом пареньке? Я надеялся, что нет. Провел рукой по лицу; на ладони осталась кровь, раны ещё не затянулись. Раны… Которые потом наверняка превратятся в шрамы. Руки двигались быстрее, чем мысли. Я оторвал кусок рубашки и завязал лицо, оставив открытыми только глаза и лоб. Ткань, конечно, была далека от чистой, тоже заляпана кровью и грязью, но она скроет мое лицо.
Затаиться и выжить – это всё, чего я хотел.
Я побежал дальше, к огням.
Огнями оказалась деревня – издалека я заметил свет в окнах домов. Жители толпились тут и там, поглядывая в сторону горных пожаров. Явно гадали, не доберется ли беда и до них.
Ближайший ко мне дом был большим, добротным, с резными украшениями и красиво раскрашенным. На пороге его стоял мужчина ростом, пожалуй, повыше моего отца – далеко не карлика. Но, несмотря на внушительные размеры, его лицо, наполовину скрытое кудрявой бородой, показалось мне добрым. Подходить было страшно, но… мне нужны были люди. Один я не выживу.
– Я…я…я х…х…хотел бы…
Впервые в жизни я стал заикаться, да и голос у меня очень охрип. С другой стороны, было бы странно, если бы он не изменился после нескольких дней криков.
Я мотнул головой, собираясь с мыслями, но на глазах вдруг выступили слезы.
– Эй, малец, – мужчина присел передо мной на корточки, сразу оказавшись ниже. – Ты оттуда?
Он махнул головой в сторону пожаров. Я не смог проследить за его взглядом, но точно знал, что он видит. Я резко кивнул. Страх отступал, но слезы бежали всё сильнее. Порезы и ожоги защипало.
– Некуда идти? – мягко продолжил незнакомец.
Я заметил за его спиной дородную женщину, глядящую на меня с искренним сочувствием.
От этой жалости стало ещё больнее. Я вспомнил последний взгляд матери и её прощальную улыбку. И то, как жестоко её убили. Она была жива всё то время, что её рвали на части собаки, но не позволяла себе криков.
В отличие от меня. Слабак. Мальчишка…
Я упал на колени. Отчаяние заполнило всё моё существо. Я молил всех богов, чтобы мои родители вновь были живы, и всё равно знал, что больше их не увижу.
Кажется, там, на краю деревни, я навеки простился с детством.
Лишь когда поток моих слез начал иссякать, мужчина, к которому я подошел, протянул мне руку:
– Пойдем, малец. Отмоешься, поешь, поспишь, а дальше решим, как жить будем.
Я был благодарен за сострадание. И за возможность вернуть себе более человеческий, не столь дикий облик. Но слов не было, и я лишь кивнул.
А потом… Мужчина попытался коснуться моего плеча. Видимо, то, что случилось со мной, не прошло даром. Одна только мысль, что кто-то дотронется до меня, вогнала меня в дикий ужас. Я сам не понял, когда успел отпрянуть на несколько шагов.
Мужчина на секунду замер, а затем медленно поднял руки.
– Хорошо, не бойся, парень. Я тебя не трону. Я только хочу помочь. Пойдешь со мной?
Разумом я понимал, что здесь никто не причинит мне вреда. Мне действительно хотели помочь. А паника… Что ж, я был воспитан так, чтобы держать под контролем свои эмоции. Несколько вздохов – и я уже мог трезво смотреть на вещи.
Я медленно кивнул и последовал в дом.
Отмывшись, я понял, что не зря у меня болело всё тело. На моей коже едва можно было найти живое место – даже всё лицо было изувечено. Кажется, вскоре я стал бы одним сплошным шрамом.
Невольно я кинул взгляд на свое отражение в зеркале. И не узнал себя. Исхудавший жилистый мальчишка, с седыми волосами и диковатым янтарным взглядом. Это был не я…
Зеркало разлетелось на куски.
Глава 3.3.
Я резко открыл глаза. Сон был столь живым, что пару мгновений я недоумевал, куда я переместился из того деревенского дома. Лишь потом истерзанный разум подсказал мне, что с тех дней прошло уже много лет.
Я вновь встал с кровати, тихо рыкнув. Щеки были мокрыми.
Я рассерженно пнул по-прежнему лежащее на полу одеяло, но легче, конечно, не стало. Все эти 14 лет я видел те дни во снах. То, кем я стал и как выживал.
Слава преисподней, что хотя бы сегодня обошлось без самых ненавистных моих кошмаров…
Я распахнул окно, уселся на подоконник, свесив ноги наружу. От бессилия хотелось кричать, но я молча сжимал зубы. Я был действительно силен во всем, кроме себя самого. Не мог справиться с собственными воспоминаниями.
Я навестил тех людей, кто приютил меня в ту ночь, спустя лет 8. К моему изумлению, они узнали меня и приняли очень тепло. Мое желание отблагодарить их и отдать часть накопленных денег разбилось об их желание меня накормить и уложить спать поудобнее.
Я бы с удовольствием навестил их снова, но какая-то зараза скосила почти всю их деревню. Я видел лишь их могилы…