Александра Седова – Тебя нельзя любить (страница 4)

После занятий на парковке меня ждал неприятный сюрприз. Какая-то тварь поцарапала кузов! Причём специально – ровной, глубокой, продольной царапиной. Узнаю, кто это – ноги переломаю!

Камеры видеонаблюдения на территории парковки зафиксировали акт вандализма, произведённый моей новой сестрой. Ох, как бы я хотел её наказать… Чёртовы мысли о жёстком грехопадении въедаются в голову и встают комом в горле. Мне хочется её связать, как в порно-роликах в категории «жёсткий секс», и трахнуть так, чтобы она молила о пощаде. Но придётся придумать что-то другое. Я мог бы пожаловаться отцу, но он наверняка просто оплатит ремонт, даже не вникнув в суть дела. К тому же, у нас с ним очень напряжённые отношения после одного инцидента, произошедшего два года назад. С тех пор наше общение сводится к банальной поддержке родственной связи: редкие поздравления с праздниками по телефону и ежегодная встреча на Новый год в его доме, где он собирает всех своих детей вместе.

– Полицию будем вызывать? – интересуется охранник.

– Нет, не нужно. Я сам разберусь, – отвечаю и прошу, чтобы запись с камеры скинули мне на почту.

Ата ещё поплатится за свой поступок! Вот только придумаю, как её наказать. Это должен быть очень изощрённый способ мести. Хочу, чтобы она страдала!

Возвращаюсь домой – её ещё нет. Супер! Беру топор в гараже и сношу замок, разхреначив половину двери. Завтра закажу новую. Вышвыриваю её шмотки из комнаты, среди которых натыкаюсь на нижнее бельё, аккуратно разложенное в ящике моего шкафа. Двумя пальцами растягиваю перед лицом тонкую белую нить полупрозрачных стрингов. И что этим можно прикрыть? Становится любопытно, какие ещё трусы она носит. Да тут целый набор похотливой шлюхи! Такое бельё надевают, когда собираются трахаться, разве нет? Одно порочнее и откровеннее другого! Хотя, нет. Вот же – нелепые розовые трусы с маленькими белыми цветочками. И точно такие же, только синие, красные… Да тут целый набор! Неосознанно прикладываю труселя к своему паху, чтобы определить размер. В сравнении с тем кружевом, которым набит ящик, эти трусы кажутся просто огромными.

– Тебе не подойдёт, цвет не твой, – звучит её голос со стороны двери.

Как током ударило. Нервно дёргаю руками и закидываю трусы обратно. Неловко вышло.

– Я не собирался их мерить! – отмазываюсь почему-то.

– Ага, я видела, – стоит в проходе, воинственно сложив руки под грудью. Смотрит так, словно я голый перед ней стою.

– Кто вообще носит такое уродство? – спрашиваю.

– Это трусы для месячных, идиот, – вздыхает так, словно я должен был сам догадаться.

– Для чего? Стоп! Молчи. Я ничего не хочу об этом знать! – закрываю лицо руками.

– Я не стану посвящать тебя в подробности, если ты немедленно уберёшься из моей комнаты!

– Ага, разбежался! Это моя комната. И мой дом. Если не нравится – бомжи в переходе всё ещё могут принять тебя в свою компанию, – по-хозяйски заваливаюсь в кровать, закинув руки под голову.

– Не вынуждай меня вытаскивать тебя силой! Я даю тебе две минуты. Время пошло!

– Как дойдёт – пусть позвонит. А то я волнуюсь, – отвечаю и поворачиваюсь к ней спиной, делая вид, что собираюсь спать.

– Ммрррр! – рычит со всей злости и недовольно топает к шкафу, собирает свои вещи в чемодан.

Боже, как же приятно ощущать себя победителем. Но я ещё не отомстил ей за тачку.

– В субботу в клубе устраивают вечеринку в честь Хэллоуина. Всем новеньким нужно там быть, – говорю и сажусь.

– До Хэллоуина ещё далеко! – смотрит на меня пристально, пытается проанализировать, стоит ли мне верить.

– Это такая традиция в честь первокурсников. Ежегодно, в первый выходной после начала учёбы, все новички должны прийти в маскарадных костюмах. Чем страшнее – тем лучше. Так ты пойдёшь? Или струсила?

– Конечно пойду! – яростно восклицает.

6

Алена

Пока Люцифер крепко спит, собираю всех плюшевых медведей в большой мешок и перетаскиваю к нему в комнату. А их так много, что вся его кровать и полы рядом оказываются завалены.

Освободив комнату, наткнулась на вполне приличную кровать, которую было не видно из-за огромного количества игрушек. Интересно, чем Матвей промышляет? Покоя не дают эти мысли! К примеру, он знатный сердцеед, а девушки обожают плюшевые игрушки. Вот он и устроил склад у себя дома, чтобы каждый раз не бегать в магазин. Ещё, конечно, есть вариант, что он просто занимается продажей – возможно, имеет интернет-магазин. Но вариант с запудриванием девушкам мозгов мне больше нравится. У меня как будто появился официальный повод его ненавидеть. Ведь таких бабников, а он наверняка бабник с его-то внешностью, принято ненавидеть.

Рано утром, наслаждаясь бодрящим кофе с чудесным карамельным ароматом, слышу яростные вопли сводного братца, доносящиеся со второго этажа.

– Проснулось красно солнышко, – улыбаюсь, представляя его покрасневшее от злости лицо с раздувшимися на висках и на шее венами. И пока он не успел выместить на мне свою злость за переезд его плюшевых друзей, я быстро убегаю из дома. По пути взгляд цепляется за ключи от его тачки, висящие на ключнице у входной двери. Одна секунда – и новая чертинка отражается злобной ухмылкой на моем лице. Беру ключи, одним резким движением закидываю их на шкаф для верхней одежды. Слышу, как они прокатились по деревянной поверхности и упали вниз, в щель между стеной и задней стенкой шкафа. Не рассчитала силу. Если со шкафа можно было достать ключи, подставив стремянку, то достать их оттуда, где они сейчас, будет проблематично, потому что этот массивный деревянный гигант, на вид, весит килограмм 300, и его просто так не сдвинуть.

Быстрые шаги по лестнице и матерные вопли заставляют немедленно бросить багаж из угрызений совести и бежать со всех ног из дома.

Мои опасения при поступлении в Гарвард о том, что здесь мне не с кем будет общаться, не подтвердились. С первого дня я подружилась с Камиллой – русской девушкой, как и я, первокурсницей школы бизнеса. Да и мои страхи относительно общежития тоже развеялись. Многие наоборот стремятся жить на территории университета – в специальных домах, разделённых по интересам, вместе с преподавателями или хотя бы в Кембридже (город для студентов и учителей) на территории Бостона. Но не всем хватает места, поэтому многие ищут жильё в самом Бостоне. Надо бы попросить любимую мамочку поискать для меня квартиру поближе к университету.

– Какой красивый платок! – восторженно улыбается Камилла, выхватив из моего шкафчика небольшой тонкий платок голубого цвета, который мне подарил Лёня перед расставанием, предварительно щедро орошив его своими духами. Теперь это мой талисман. Я всегда и всюду ношу этот платок с собой.

– Это Диор? – с сомнением вертит в руках платок и прикладывает к носу, чтобы понюхать.

– Нет, это китайская подделка, – вырываю платок из её рук и возвращаюсь к шкафчику. – Мой парень подарил.

– Подделка? – глаза моей новой подруги округлились. Ну вот, сейчас буду выслушивать о недопустимости приобретения пиратских копий. Не буду же я ей объяснять, что мне и не нужны дорогие подарки. Главное ведь не стоимость подарка, а то, кто и с каким посылом его подарил.

– У меня серьги тоже паль! – смеётся Камилла, оттянув серёжку из белого золота вместе с мочкой уха. – Сказала отцу, что купила оригинал, а на самом деле спустила все деньги на парня, с которым тусила всё лето.

– Ого, – а Камилла нравится мне всё больше. – И чем занимается твой парень?

– Понятия не имею. Мы расстались за неделю до начала учёбы, – хмыкнула Камилла, словно ничего важного не произошло в её жизни. Ну не знаю… Если бы Лёня меня бросил, я бы не смогла так спокойно об этом говорить.

– Хай, – мою подругу бесцеремонно сдвигает в сторону третьекурсница Диана, с которой я познакомилась вчера. Эта девушка мне не нравится – чисто на энергетическом уровне отталкивает. У неё завышенное мнение о себе, невидимая корона и необоснованный нарциссизм. И как я поняла из прошлой беседы, она является девушкой моего сводного брата, но на данный момент они немного поссорились из-за какой-то ерунды. Я хорошо вижу, как остальные девчонки с восторгом смотрят на Диану: не все могут похвастаться столь хорошими внешними данными и столь высокими достижениями в спорте. Но у меня эта девушка вызывает только раздражение.

– Ну, я пойду. Встретимся на паре, – удручённо прощается со мной Камилла и спешит подальше от Дианы, бросив меня с ней наедине, вероятно, решив, что мы с ней почти подруги.

– О, Аля, я смотрю, ты уже хорошо освоилась, – широко улыбаясь, Диана демонстрирует два ряда белоснежных зубов.

Меня немного раздражает то, что моё имя кажется некоторым студентам сложным, и они решают сократить его до первых трёх букв.

– Отлично, Ди, я здесь уже почти как дома, – улыбаюсь в ответ с очевидным сарказмом, делая ударение на сокращённом варианте её имени.

Но девушка, похоже, не знает, что такое сарказм. Да и сокращение имени её ни капли не покоробило.

Диана берёт меня за руку и притягивает к себе – так близко, что мы с ней вдвоём буквально торчим в моем шкафчике, прижавшись головами. Я чувствую тонкий цветочный аромат её духов.

– Аля, ты должна мне помочь! – жадно шепчет девушка, чуть ли не касаясь моей щеки губами. – Помоги мне помириться с Мэтом. Я хочу сделать ему сюрприз, но не знаю, что придумать. Ты же его сестра, ты наверняка знаешь, что ему нравится.