Александра Сашнева – Наркоза не будет! (страница 79)

— Черт! — выругалась она, досадливо глядя на бесполезную мобилу.

С затаившимся дыханием, она лихорадочно соображала, как поступить. Решила, что выскочит на нужной станции, по возможности так, чтобы хвост не успел за ней. А если он все-таки успеет, то она просто пройдет мимо Чижика, пусть сам решает, как поступить.

Поезд остановился. Она досидела до последнего.

— …двери закрываются.

Коша выскочила на платформу. Двери хлопнули за спиной. Она торопливо пошла посередине. Поезд тронулся. Никак не могла обойти широкую тетку. Оглянулась. Хвост висел. Увидела Чижика у стены. Демонстративно направилась мимо него.

Чижик понял.

— Быстро уходим! — бросил он, когда девушка поравнялась с ним, и торопливо пошел рядом. — Иди за мной!

Они переходили из вагона в вагон, со станции на станцию. Локти, груди, ягодицы, черная резина поручней на эскалаторах, дурацкие авоськи постоянно бьющие по коленям. Коша хвостом перебегала за Чижиком, стараясь не обременять собой и без того хлопотную ситуацию. После нескольких перебежек они оказались в полупустом последнем вагоне. Парня не было.

Коша с облегчением вздохнула.

Вагон мотал людей из стороны в сторону. Они все с отсутствующими лицами смотрели прямо перед собой. Ее поразило ощущение какого-то вдруг окружившего только их двоих одиночества.

— Я думал о тебе все время. — шепнул Чижик.

Он наклонился и осторожно прикоснулся щекой к растрепанным Кошиным волосам.

Она улыбнулась и спросила:

— Мы убежали?

— Не знаю, — Чижик дернул бровями. — Может быть. Хотя он может ехать в соседнем вагоне.

Коша вдруг вспомнила, как это бывает в кино и сказала:

— Чижик! А если нам пойти в разные стороны, он ведь не разделится! Это глупо, что мы идем вместе, в кино всегда уходят в разные стороны!

Чижик поморщился:

— Не говори глупостей!

— Разве это глупость?

— Я не могу тебя оставить… Ты не справишься одна. Не грусти! Отобьемся. Только не отставай.

Он прижал ее к Лох-Несскому чудовищу.

— Чижик!

— Да?

— У Лох-Несского чудовища очень теплая шкурка… — грустно сказала Коша. — И еще… Я не знаю, что ты делаешь — плохое это или хорошее. Но мне все равно. Я хочу, чтобы ты был… Чижик… Я видела черную кошку.

Чижик прикоснулся губами к Кошиному уху.

— Глупости. Возьми у меня ПМ. - сказал он еле слышно.

Она пролезла рукой к нему за пазуху, вытащила пистолет и незаметно сунула к себе за брючный пояс, прикрыв сверху балахоном, порадовавшись тому, что одела правильную одежду.

Со стороны они выглядели обычной влюбленной парочкой.

— Чижик. Я его там видела!

— Где? — переспросил Чижик, но тут же догадался. — А… Плохо.

Она не стала спрашивать почему, дорожа объятиями Несси.

— Чижик! Ну скажи мне про твою девушку! Ты же обещал!

— Я не хотел тебе говорить, потому что он тоже появлялся у нее в зеркале. Тоже сначала паук, потом он. Или сразу он. Из-за спины. Я не понимал. Думал — это просто игра воображения. Сумерки. И так далее. Однажды она разбила стекло, порезала все вены. Все кончилось очень плохо. Когда, я пришел к ней. Ее уже не было. Только пустое тело. Я не хотел тебя пугать, поэтому ничего не сказал. И я остался у тебя ночью на всякий случай, чтобы если что, помочь тебе.

— А теперь?

— А теперь я хочу, чтобы ты знала, что это опасно.

— Хм… Вот как, — Коша с облегчением вздохнула.

— Я говорил тебе. Не думай обо мне плохо… — Чижик снова улыбнулся ей. И в глубине его лучистых глаз промелькнула усталость долгой ответственности.

— Да. Прости, — сказала Коша. — Я виновата. Я запятнала себя подозрениями.

На конечной станции Чижик выпихнул Кошу из вагона.

— Иди вперед! Быстро!

Он оглянулся — из соседнего вагона выбежал малыш. Парень уже давно не скрывался. Он бегом бежал по платформе, решительно расталкивая негустую толпу. Коша с Чижиком рванули вверх по эскалатору.

— А зачем ему это?

— Не знаю… Это я и хочу узнать, прежде чем разделаться.

На улице Чижик устремился к корпусу заброшенного завода.

Сквозь пролом в бетонном заборе они проникли на заросшую высоким бурьяном территорию. Раздался выстрел.

— Черт! — крикнул Чижик. — Доставай ствол!

Он остановился и выстрелил в преследователя, лицо которого показалось из-за измазанного битумом бака.

Коша передернула затвор и вдруг успокоилась. Она подняла вытянутую руку, прижав плечо к щеке, и, когда обрез мушки совпал с обрезом прицела, плавно потянула пальцем курок. Лицо спряталось за баком.

Чижик пропустил Кошу вперед, в темноту дверного проема, выстрелил и кинулся следом. Пустота завода словно обрадовалась звуку шагов и выстрелов и принялась с хохотом повторять. Отстреливаясь, они побежали по лестнице. На последнем этаже попали в длинный темный коридор. Под ногами скользко хрустели стекла. Отстреливались, прячась за раскрытые железные двери.

Пространство наклонилось, сгустилось в плотный темный ком, и Коша упала. Чижик остановился, чтобы прикрыть, и тут же поймал пулю в шею. Его отшвырнуло к стене. Коша поднялась с пола с окровавленным коленом, понимая, что произошло что-то непоправимое.

— Чижик! — отчаянно крикнула она, видя его сползающим по стене.

Маленький гаденыш приближался со злой улыбкой. Коша выдавила спуск. Тихий щелчок — кончились патроны. Она бросила пистолет на пол и инстинктивно схватила обломок арматуры, надеясь воспользоваться уроками Рони.

По белому лицу, и по шее Чижика широкой струей текла кровь. На губах пузырилась алая пена. Горло. Гаденыш прострелил ему горло.

Гадкий малыш отшвырнул пушку — тоже кончились патроны.

Чижик вяло шевельнул пальцами.

Коша выставила прут вперед. Малыш усмехнулся и сделал шаг навстречу. Коша поняла, что прут это большая глупость и разжала пальцы — железяка брякнула на пол. Первую атаку она отбила достойно — малыш отлетел до самой стены.

— Ух ты!? — сказал он удивленно и в его движениях появилась собранность.

Второй раз ей не удалось так легко отделаться. Гаденыш успел вцепиться в одежду. От досады она принялась нещадно лупить его по морде — разбила нос. Малыш разозлился и свободной рукой крепко поддал в солнечное сплетение. Легкие сжались и перестали дышать. Коша повисла тряпочкой. Гад припер ее к стене и начал душить, прижимая горло предплечьем. Почему-то она никак не могла отвести взгляда от его разбитого носа, из которого текли два черных ручья.

Ослепительная вспышка.

Рука гаденыша ослабла. Он обмяк и шагнул куда-то вперед мимо Коши.

Пистолет выпал из руки Чижика. Мгновенный теплый взгляд блеснул из-под полуприкрытых век и потух. Наступила беспросветная одинокая тишина. Пустота завода все еще утробно стонала, истерзанная звуками выстрелов. Коша сделала шаг — стекло оглушительно хрустнуло под подошвой.

— Чижик! — позвала девушка, но было поздно.

Раненый перестал дышать. Его лицо стало лицом абсолютно чужой восковой куклы. Коша тронула бледную кожу над сонной артерией — пульса не было. Она отвернулась. Невыносимая грусть стиснула тугим кольцом горло. Коша отгоняла чувства, боясь, что не вынесет их. Встала, огляделась — малыш тоже был готов.

Несколько минут она соображала, как поступить, не в силах отвести глаз от Чижика. Она старалась убедить себя глазами, что все поздно и никто уже ему не поможет. Плотный глухой туман отделил ее от остального мира.