Александра Пушкина – Пепельные следы (страница 4)

Это глупое предположение вызвало у Сюз только улыбку. Если бы она могла, то давно бы уже сбежала с Томасом. Отец бы точно понял и простил. Но… Эти «но» вились над сегодняшним застольем, словно надоедливые комары.

Раздались хлопок и звон. Сюзанн увидела, что бледная от злости мачеха сидит с занесенной над полом рукой: видимо, она нарочно уронила одну из тарелок. Выученная Русвита тут же зашаркала к стулу хозяйки, чтобы убрать и заменить разбившуюся посуду. А за столом воцарилась гробовая тишина. Выждав с полминуты, мачеха обвела девушек ледяным взглядом.

– Не в такой обстановке я рассчитывала поведать вам радостную весть, но что поделать. Слово должно быть сказано. В свой охотничий замок, что в миле от Иенталя по южной дороге, после долгого перерыва возвращается его величество со всем двором. У вашего отца, – при этих словах Сюзанн почувствовала раздражение. Это ее отец! И он никогда не станет отцом этих неприятных девиц! – прибавится хлопот. Но это положительно скажется на его жаловании, а у вас появится возможность быть представленными самим королевским особам. В первую очередь я должна побеспокоиться о будущем Анастасии. Она уже пересидела в девичестве и рискует растратить свои таланты в захолустье, где нет ни одной приличной партии. Однако и Беатрикс, и Сюзанн в свое время смогут попытать удачу в поиске высокородных женихов.

Никаких особенных талантов за Анастасией, с ненавистью ковыряющей еду, Сюзанн не помнила, да и искать жениха при дворе вовсе не собиралась. Но злить дракона тоже больше не было желания. Девушка вдруг отчетливо осознала, что теперь отец еще реже станет появляться дома, и от этого мир вокруг, и без того тонущий в ранних осенних сумерках, подернулся серой завесой грусти.

Ни в тот день, ни на следующий господин Иллерстром дома не объявился. Сюзанн не находила себе места. Пусть она и была малюткой во времена славного короля Горста Свирепого, память сохранила те дни, когда охотничьи рога в окрестностях Иенталя слышались куда чаще, чем теперь. И даже тогда, устраивая многодневные охоты для королевской свиты и знатных особ и оберегая их угодья, отец никогда не задерживался во дворце на ночь, а тем более на несколько дней. Бывало, он пропадал в лесу, когда по долгу службы сопровождал короля или устраивал облавы на вильдеров. Но по городу еще не проезжали глашатаи, что всегда предупреждали жителей о королевском выезде, не трубили, знаменуя охоту, горнисты, не рычали и не тявкали своры королевских борзых. А отца не было. Как не было и весточки от него.

Сюзанн пыталась узнать что-нибудь у знакомых егерей, но те лишь недоуменно пожимали плечами, высказывая предположения, которые девушка уже и сама успела обдумать. Королевский лесничий как в воду канул.

Лишь на третий день в предутреннем сумраке послышался шум подъехавшей к дому повозки. Сюзанн, чутко спавшая в надежде не пропустить возвращение отца, выскочила в коридор к своему наблюдательному пункту как раз вовремя, чтобы увидеть отъезжающую повозку. А еще, как Агата уводит вышедшего из нее, закутанного в плащ человека куда-то в служебную пристройку. Сердце екнуло в груди, подсказывая верное решение, и девушка опрометью бросилась вслед.

Но в комнатах для слуг и на кухне оказалось пусто. Спала где-то в Иентале отпущенная к родным на ночь Русвита, никто из семейства Иллерстромов как будто не спускался из своих комнат. Откуда-то тревожно поскуливала Кнаббер, верная отцовская борзая, и даже рыжий упитанный кот, любимец экономки, ушел по своим ночным делам. Лишь утренний туман заползал в приоткрытую дверь. Тогда Сюз метнулась к отцовской спальне: дверь распахнута настежь, а внутри ни души, но все перевернуто, словно кто-то в спешке собирался. Из темной комнаты Агаты не доносилось ни звука, будто ее хозяйка спала мирным сном и вовсе не выходила во двор встречать странную повозку и прибывшего в ней человека.

Сюзанн хотелось запалить все свечи, громко закричать и разбудить весь дом, лишь бы только ей ответили на вопросы, но внизу послышались тяжелые шаги, и она бросилась на шум. Отец! Это наверняка он!

Но девушка снова опоздала. В пустом холле дремали размытые сумраком тени, во дворе косматой куделью стелился никем не потревоженный туман. Жухлый ковер осенних листьев оставался нетронутым, и ни одна собака не подняла голос, чтобы поприветствовать знакомый запах или пригрозить чужаку.

Глава 3

Тропа из хлебных крошек

– Тебе это приснилось, – голосом, не терпящим возражений, отрезала Агата.

Анастасия с видимым удовольствием наблюдала за их беседой из угла, где чинно, как и положено девушке ее положения, занималась рукоделием. Беатрикс откровенно скучала, кое-как втыкая иглу в ткань. Но Сюзанн не было дела до сводных сестер: ее волновал лишь пропавший отец.

– Я знаю, когда сплю, а когда нет! – запальчиво ответила она.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.