Александра Пушкина – Ледяная колдунья (страница 35)

– Её ударило взрывной волной, и теперь она без сознания. Нужны твои познания медика.

– Конечно, милорд. Давайте отнесём её в комнату.

Аня пошла было следом, но дверь закрылась у неё перед носом. Наверное, у постели Тофы никто не желал видеть чужестранку. Да и не до гостеприимства сейчас троим обитателям дома рутария.

Ну вот, опять она одна. И что теперь? Пойти в свою комнату? Вернуться на площадь и попробовать отыскать Нарсу? А собственно, где её комната? Вроде там, за углом.

Впереди мелькнул огонёк масляной лампы. Аня успела разглядеть собранные в пучок светлые волосы и одежду горничной. Эффи?

– Эффи?! Извините, вы не подскажете, как пройти в мою комнату?

Горничная остановилась и махнула рукой, будто приглашая. Ну что ж, теперь можно следовать за ней.

Коридор тянулся как жвачка. С одной стороны стояли ряды совершенно одинаковых дверей. С другой – лунный свет из стрельчатых окон пятнами ложился на ковровую дорожку. Впереди маячил огонёк лампы Эффи, которую Аня почему-то не могла догнать, как ни ускоряла шаг.

Стало зябко. Почему они до сих пор не пришли? Днём их с Нарсу проводили в комнату за считаные минуты. А теперь коридор бесконечен, как в дурном сне.

– Эффи?! Куда мы идём?

Нет ответа. Горничная будто очень спешит. В гулкой тишине быстро цокают каблуки её туфель. Догнать её никак не получается, но и исчезать из виду Эффи не собирается. К цоканью каблуков прибавляются глухие удары собственного сердца и сбивчивое дыхание.

Может, это правда сон… или… или там, у тюрьмы, она потеряла сознание и теперь бредит?

– Эффи, подождите!

Звук собственного голоса отражается от стен, залитых мертвенным светом луны. Горничная впереди не оборачивается, и кажется, что это к лучшему.

Мелькнула судорожная мысль о возвращении.

Аня пытается развернуться и пойти назад – в темноту. Но теперь становится ещё страшнее. Ведь там, с лампой в руках, совсем не Эффи. И оно за спиной. А впереди – темнота, которую рассеивает лишь холодный лунный свет. Тяжёлый ком придавил желудок, дышать совсем трудно. Сразу потеют ладони, и начинает щипать глаза.

«Мамочки… Мама! Помогите!»

Чья-то холодная ладонь легла ей на руку, и время лопнуло, перестав тянуться как мягкая резина. Аня с визгом отскочила к стене.

– Не бойтесь, это я, – Эффи стояла рядом. Та самая Эффи, которая прислуживала им с Нарсу днём. Она тепло улыбалась, хотя в глазах была тревога. В руках у неё тоже горела тёплая лампа, но её свет разгонял окружающую темноту. – Идёмте. Уже не страшно.

Аня не без содрогания обернулась туда, где ещё минуту назад виднелся огонёк. Оказалось, что бесконечный коридор исчез. Вместо него висело большое зеркало во всю стену. Похоже, отражение Эффи, в отличие от оригинала, злится. Или это игра света и тени?

– Эффи… что… что это было?

Они обогнули коридор, и горничная услужливо распахнула дверь в Анину комнату.

– Мне сейчас придётся уйти, – извиняясь, произнесла Эффи. – Леди Тофе нужна моя помощь. Но то, что случилось… это моя вина, что я оставила вас одну в такой час. Слишком волновалась. Простите, леди Анна.

– Ничего… вы же меня спасли… но за кем я шла?

– За мной. Вернее, за той моей половиной, которая давно отравлена чужими страданиями и страхом. Видите ли, я – часть дома господина рутария. Не вполне человек, хотя за столько веков уже почти стала им. Про ту часть дома знают все его обитатели, а вас не предупредили – не думали, что вы останетесь одна в неурочный час и в этой части коридора. Простите, больше я пока ничего сказать не могу. Мне нужно вернуться к молодым господам. Прошу вас, оставайтесь в комнате, и всё будет хорошо.

Аня растерянно кивнула. Конечно, лучше бы Эффи осталась, но ей нужно к раненой Тофе.

В комнате ярко светили газовые лампы, и страх понемногу отступил. Осталось только нервное напряжение после пережитого. Взрыв и жуткое открытие в доме Тоффина – пожалуй, многовато для одной обычной семиклассницы.

И что теперь? Аня села на кровать и огляделась. Сейчас как никогда остро не хватало смартфона, компьютера или книги. Тогда бы она нашла, чем себя занять. Почитать, сыграть во что-нибудь, написать друзьям или позвонить… Зеркало!

Она достала из кармана подаренное Сашкой зеркало. Вот же! Есть кому рассказать о своих злоключениях. Не Машка, конечно, да ещё и грубиян, но тоже одноклассник. Аня прижала к зеркалу ладонь, и по стеклу зазмеились знакомые ледяные узоры.

– Эмм… Саша… Саша… Саша…

Мелькнуло какое-то изображение – и пропало. И что? Не работает, что ли? Не магия, а китайский смартфон какой-то!

– Что, не работает?

Аня дёрнулась и свалилась с кровати. Сверху вниз на неё смотрела ухмыляющаяся рожица Нарсу.

– Я же говорила: магия – непредсказуемая штука. Хмм… а приятно чувствовать себя выше переростка.

– Не пугай меня! – Аня картинно схватилась за сердце, которое и впрямь заходилось в груди. – Мне и так впечатлений на сегодня достаточно!

– Тюрьма? – хитро сощурилась белькара. – Тоффинята постарались?

– Нет, но… мы там были. – А что? Нарсу прошла с ней немалый путь. Она хороший друг. Имеет право знать. – Ребята хотели освободить своих… ну, тех, кого схватили вместе с нами. Я осталась на улице, а они полезли внутрь. Потом этот взрыв. Фир сказал, что это не они, и я им верю – они же сами пострадали. Тофа вообще была без сознания.

– А остальные? Те моряки…

Аня снова села на кровать, а Нарсу устроилась рядом.

– Их там не было. Фир так сказал.

– Пахнет ловушкой… или наглой ложью.

– Зачем им обманывать? – Нарсу пожала плечами, видимо, не собираясь спорить, и Аня продолжила: – Потом мы побежали сюда, и Эффи стала лечить Тофу, а я ушла. И… Нарсу, а как ты попала в дом? Там же дверь на ключ запирается…

Белькара ответила не сразу, а в груди у Ани мгновенно похолодело.

– Слуги вернулись, и я вошла с ними. А что?

– Да нет… просто спросила. Ты знаешь про зеркало?

– Какое зеркало? – белькара с подозрением уставилась на Аню. – Ты здорова? Мысли у тебя скачут как бешеные зайцы.

Нет, похоже, это действительно белькара. От сердца отлегло.

– Да, они у меня часто так, – хихикнула Аня. – Зеркало в соседнем коридоре. Лучше к нему вечером одной не подходить. Эффи-то, оказывается, часть дома… или сам дом. Не совсем поняла. И у неё есть… плохая половина. Она меня сегодня чуть не увела куда-то. Было прям жутко, но хорошая Эффи меня спасла. Вот, теперь я и тебя предупреждаю.

– Спасибо, – выражение подозрительности так и не исчезло с мордочки Нарсу.

– Да ну тебя! Не хочешь – не верь! Вот утащит тебя злая Эффи – вспомнишь мои слова!

– Да-да, буду плакать и вспоминать, – бесстрастно произнесла Нарсу и разлеглась на кровати, положив ногу на ногу, руки под голову и уставившись в потолок. – Ну что, может, расскажешь, что у вас там с Тоффином за тайны? А то ведь нам завтра вместе на Совет идти.

А ведь и правда. Нарсу до сих пор не в курсе, зачем Аня на самом деле отправилась в Фор.

– Ой, ну… Всё просто – Вит отправила меня за частью Сердца вашего мира. Извини, что раньше не рассказала…

– Интересно сосны гнутся… – Нарсу приподнялась на локте.

Девочка показала ей хрустальный кинжал и пересказала то, что услышала в замке Вит.

– Ну, теперь я понимаю, зачем ты так рвалась уплыть с этими чудиками на корабле. А о чём вы договорились со стариком?

– Ты про Тоффина? Он обещал вернуть меня домой. Теперь мне незачем идти к Сердцу.

Повисла пауза. Нарсу смотрела Ане прямо в глаза. Нехорошо так смотрела. Аня не понимала, в чём не права, но спросить почему-то боялась. Наконец белькара нарушила молчание:

– А ты не думала, что Вит не нужен этот несчастный Фор? Ей нужен дурацкий кусок Сердца. Но по пути к нему она сперва уничтожит мои родные места, а потом придёт сюда. И выстоят ли форситы – большой вопрос.

Не сразу, но холодок понимания сжал Ане сердце. Если Вит принести желаемое, ей незачем будет нападать на ближних и дальних соседей.

– Нарсу, об этом я не подумала! Но, поверь, это не потому, что я хочу сбежать! То есть я хочу домой, но я и представить не могла, что Вит придёт сюда из-за меня… то есть из-за того, что я не достану этот кусок Сердца.

– Выдохни, – Нарсу говорила сейчас совершенно спокойно, вновь разлёгшись на кровати. – Я тебя не виню. Видно же, что несмышлёныш совсем.

Вот и не знаешь – обижаться или умиляться. Аня на всякий случай натянуто улыбнулась, а потом спросила:

– И что теперь делать?

– Завтра после Совета решим. В крайнем случае всегда можно взять за шкирку Тоффинят – им не впервой корабли угонять.