Александра Питкевич – Звёзды стертой эпохи (страница 5)

— Не проще ли позвать меня по имени? — совершенно бодрым голосом спросил этот непробиваемый субъект, вызывая восхищение своей флегматичностью и некоторой заторможенностью.

— Нет. Так веселее.

— Ты же понимаешь, что таким образом наносишь вред и мне и собственному кораблю? — свесив ноги и появившись растрепанной головой над гамаком, вопросительно произнес хальп, демонстративно потирая плечо.

— Перестань, я знаю, что там у тебя не может болеть.

— Ты не права. Неорганическая у меня другая рука. Но даже там есть мягкие ткани, снабженные нервными окончаниями, — довольно безразлично произнес халп, не давая и шанса поверить, что ему на самом деле было больно.

— Упс, ошибочка, — подняла я перед собой ладони, совершенно не чувствуя вины. Повернувшись в сторону рубки, поманила его с собой. — Идем, есть дело.

Стоя перед экраном я показала пассажиру на один из цветных столбцов, что демонстрировали состояние Летуна.

— Этот твой груз куда быстрее пожирает мои запасы имеющейся жидкости, чем я могла даже подумать. Видишь?

ЦунХиТан, поправляя свои сбившиеся косички, кивнул. Развернув олограф, вновь вызвав приступ зависти, хальп быстро сверился с кое-какими из исходных данных, и, кажется, остался явно недоволен результатом.

— Если даже позволить оболочке сохнуть, я могу растянуть ее только на пару дней, а этого не хватит. Можешь что-нибудь предложить?

— Есть мысли, но мне бы этого не хотелось делать.

— Сперва скажи, потом обсудим, — попросил хальп, занимая кресло второго пилота.

Щелкнув встроенный гологроф, скривившись от мутности изображаемых фигур, я сдвинула карту небесных тел и запустила маршрут пунктирной линией тут же обозначившийся на проекции.

— Мы сейчас здесь, — желтая точка в темной массе, сдобренной жемчужными искрами звезд и разноразмерными планетами чуть дрогнула, когда я ткнула в нее. — Сам видишь, лететь еще прилично, даже если не огибать пояс астероидов. По хорошему выйдет еще на три дня больше. И того почти двадцать шесть. Но при том расходе жидкости, что показывает мой ИИ, мы иссохнем где-то через восемь. Есть вариант пополниться тут.

Небольшое небесное тело, давно обжитой спутник, на котором добывали какие-то редкие кристаллы, вполне мог бы дать нам требуемую воду. Только тут не свет выползало одно «но», настолько огромное, что игнорировать его было просто глупо.

— Но? — явно споткнувшись о него же, хотя пока и не видя преграды, спросил хальп, нахмурив брови.

— Но если кто-то знает, куда именно ты везешь свою редкость, и если у него есть список кораблей, что стартонули с Гамеи-008, мы можем огрести весьма крупные проблемы. И с этого места есть два вопроса: насколько твой груз ценен? И насколько сильно он нужен тем, кто нанял колоритных ребят, что мы видели в порту?

— «Очень» на оба твоих вопроса, Кира, — не мигая глядя на меня, произнес ЦунХиТан, заставив вспомнить все нехудожественные выражения, которыми так славились грузовые зоня космопортов.

Всмотревшись в усыпанное искрами пространство впереди, я на мгновение прикрыла глаза. Ничего, это не самая паршивая ситуация в жизни. И пока ничего страшного даже не случилось. Груз бывает всякий.

— Есть еще один путь. Я могу вернуть жесткую оболочку на твою колбу, это придержит распад массф. Но тогда мы рискуем с вибрацией. Крепления не смогут ее так хорошо гасить.

Потерев виски, от чего волосы выбились из прически, упав на лицо, я посмотрела на хальпа.

— Или можем заблокировать влажность и дождаться того момента, как оболочка распадется. Сколько времени груз протянет без защиты?

Хальп, нахмурившись, все смотрел на меня, словно видел впервые.

— Никто не знает, как груз отреагирует на потерю защитного слоя. Будем пополнять запасы воды в указанной тобой точке.

— Это окончательное решение?

— Да.

— Тогда внеси соответствующую правку в договор. У меня нет желания потом разбираться с нарушениями.

— Хорошо, Кира, — и без перехода продолжил. — Ты не нацоя. Уши не природные. Ты ташва? Операцию делала на Вальгии-19-11?

Я обернулась так резко, что пряди хлестнули по лицу. С трудом сдерживая рычание, я и не заметила, как приставила к шее хальпа энергопушку. Звенящая вызывающая дрожь тишина нарушалась только тихим гулом двигателя.

— Ты кто такой? Что тебе нужно? — я не могла и подумать, что мой ИИ, Им-12 сможет пропустить кого-то из охотников за головами. Да и их уже давно не было видно на горизонте

Хальп сидел неподвижно, даже не мигая своими странными глазами.

— Отвечай, — приказ прозвучал едва слышно, но ЦунХиТан вздрогнул как от удара.

— Я всего лишь сопровождающий. Ничего больше. Все вокруг говорят, что Тихая Кира — нацоя. У тебя острые уши и подходящие темные глаза. Но это не так.

— И ты узнал это, глядя на мои уши? — чем дальше, тем тише становился мой голос, тем сильнее ствол энергопушки давил на челюсть хальпа, угрожая прострелить голову до самой макушки и спалить все содержимое раз и на всегда.

— Есть небольшой след. Но это не главное. Ты двигаешься не так легко, как нацои. Твои кости тяжелее, крепче, пластичнее. Если не видеть этого, можно очень просто ошибиться. Убери пушку. На мне браслет Юны. Я ничего не сумею тебе сделать.

— Да, — прошептала я, еще сильнее вдавливая оружие в кожу киборга, оставляя след на мягких тканях. — Но это только пока мы на Летуне.

— Могу дать клятву, — быстро и как-то уж слишком легко произнес ЦунХиТан, словно только и ждал, чтобы это предложить.

— Что мне твоя клятва, — фыркнула я уже нормальным голосом, падая в свое кресло.

Вернув свою компактную, но мощную игрушку на место в кобуру на бедре, я печально выдохнула. Этот странный субъект оказался первым, кто за столько лет сумел раскусить мое происхождение. С тех пор как родители поправили мои уши прошло уже лет двадцать пять, так что я даже уже почти забыла, как они выглядели изначально.

И теперь почти случайный попутчик на четвертый день постигает суть того, о чем стоило забыть.

— Честное слово? — на вскидку предложил хальп.

– Серьезно? Это еще как-то котируется в нашей вселенной? — сдержать иронию было выше моих сил.

— Ты что-нибудь знаешь о кодексе хальпов?

— На самом деле нет, — после вспышки гнева я как-то расслабилась, закинув ногу на ногу и глядя в бескрайние дали перед собой. — Знаю только, что вас нанимают на особо сложные задания, типа устранения соперников или вот как сейчас, доставки сложных грузов. Ну, или в качестве личной охраны.

— Бывает и такой. Но чаще всего мы все же работаем в зачистке. В том числе, в зачистке Ташвы.

Я безразлично глянула на собеседника. Вот сейчас, по прошествии стольких лет, мне было уже глубоко наплевать, был ли ЦунХиТан на Ташве в тот день или нет, так что я только пожала плечом.

— В тебе нет гнева, — в голосе хальпа промелькнуло удивление, словно он и правда ожидал от меня истерики.

— Ну правда, мне все равно, что тогда произошло. Моя жизнь пошла по вполне хорошему пути и я люблю своих родителей, так что избавь меня от раскаяния. Это не ко мне.

— Я и не раскаиваюсь. В тот день я был еще только учеником и не присутствовал на Ташве. Но и речь не об этом. Речь о силе данного хальпом обещания.

— Ну, хорошо: что стоит твое слово?

— Я дал слово оберегать информацию, что хранится в твоем грузовом отсеке. И отдам за это жизнь, если потребуется. И это заложено не только в моем воспитании, но и в программном коде. Примерно по тому же принципу, с внесением в программный код, я могу пообещать, что при возникновении вопроса, буду классифицировать тебя, как нацою.

— Это будет весьма мило с твоей стороны, — произнесла я, мысленно прося Им-12 активировать запрос на продление страховки. На всякий случай. Чем дальше Летун удалялся от Гамеи-008, тем сильнее становилось ощущение, то помощь Агента мне все же пригодится. И скорее рано, чем поздно.

Глава 5

— Сколько тебе надо?

— По крышечку, — оглядывая пыльный, серый поселок старателей, махнула я рукой. Местный люд был привычен к труду, но такие вот гости у них бывали редко, так что и вопросов избежать не получалось.

— Далеко, говоришь? — нацой, весьма похожий на моего отца, только ниже и толще, да с кривыми зубами, жевал какую-то соломинку. При чем, кажется, она не менялась последние лет десять.

— Не близко, — кивнула, наблюдая за тем, как большой кар, раза в два крупнее моего Летуна, вытягивает из гигантской воронки в земле кусок породы. — Почему на месте не дробите? Не проще разве мелочь вытягивать?

— Транспортер один остался, — нацой сплюнул на серый песок. — Пыль такая въедливая, что вся техника из строя выходит, а на детали финансирования нет. Пока мастер что-то наколдует — пара дней пройдет. Видишь, какая завеса стоит?

Я подняла голову, пытаясь рассмотреть звезды, но нацой, бригадир местных рабочих, конечно, был прав. Небо тут, наверное, уже лет двадцать с поверхности никто увидеть не мог.

— Давно вы тут?

— Да уже лет десять. Работа-то прибыльная. Семья хоть в достатке, хотя и видимся редко, — нацой вновь сплюнул на землю, видно хоть так стараясь избавиться от пыли, что мгновенно оседала во рту. Я провела на этой планетке не больше часа, пока договаривалась о воде и меняла место стоянки, но уже чувствовала себя так, словно наелась песка по самые кончики ушей.

— Ты бы шахту закрыла, — бригадир ткнул узловатым пальцем в стороны небольших закрылок, что оставались развернуты только на 20 процентов.