Александра Питкевич – Драконова доля (страница 9)

– Доброе утро, – в соседнее кресло, опять же как-то мной пропущенный, опустился Рехан. Дракон был каким-то чересчур энергичным и бодрым, что никак не вписывалось в мою атмосферу удовольствия и спокойствия. – Выспалась?

– Угу, – дожевывая невероятно вкусную кашу, кивнула я. Разговаривать полноценно совсем не было желания. Хотелось, чтобы дракон помолчал. Или на крайний случай, просто не требовал от меня активного участия в диалоге.

– Кушай, – словно почувствовав все грани моего настроения, милостиво махнул ящер.– Я пока расскажу, как прошло у меня. Был я на совещании гильдии. Впрочем, как и ожидалось, они нам помочь не смогут. Этот твой Тувейнонский кобальт уже давно не привозили в город. И ни у кого его не осталось. Даже в виде руды. Выработали остатки, и больше не пользовались. Капризный материал.

– Температура решает. Но этим и правда никто не станет заниматься. Потому что для выплавки одного цвета придется полностью перенастраивать печи, – не сдержавшись, все же выдала я. Такой вопрос не мог оставить меня безучастной. Все же с этим материалом отец работал не один год, чтобы я не смогла запомнить нюансы.

– Может и так. В этом вопросе я полностью полагаюсь на тебя, – с уважением кивнул Рехан и продолжил.– Но у нас с тобой не остается вариантов: придется лететь к шахтам. Решать вопрос на месте.– И когда ты хочешь отправиться? – я не желала признаваться самой себе, но у меня от волнения замерло все внутри, так мне понравилось путешествие с ящером. Один вид из паланкина стоил всех тревог и сомнений.

– Как только ты закончишь завтрак, – улыбнулся Рехан, и его глаза блеснули, не давая мне ни на миг забыть, что передо мной дракон.

– Нужно собрать вещи, – тут же подскочила я с места, закидывая в рот последний кусочек выпечки. И остановилась, с тоской и сожалением глянув на почти полную хлебную корзинку.

До меня долетел смешок мужчины. Видимо, мой взгляд, полный печали по упущенному удовольствию, не остался незамеченным.

– Нам упакуют собой, не волнуйся. Голодной не останешься.

– Да я не… – попытка оправдаться провалилась. Слишком уж озорно и понимающе блестели драконовы глаза.

– Я примерно сумел оценить уровень комфорта твоей жизни за последние годы. И мне это не понравилось. Так что голодной ты точно не останешься, – прикрыв глаза, тихо и немного жестко произнес Рехан. И видя, что я так и не двинулась дальше, покачал головой. – Иди вещи свои собирай. Скоро отправляться.

Я ничего не ответила. Внутри бурлили странные чувства. С одной стороны я была безмерно рада, что кто-то заботиться обо мне, тревожится, поела ли я. Но с другой… какое право этот ящер имеет указывать, что мне делать? Я сама все знаю!

Я почти добралась до комнат, когда вдруг остановилась и едва не засмеялась вслух. Ну да, все знаю. Где достать денег на жизнь на следующий месяц и как пережить грядущую зиму. Этого я не знаю. Живу от одного утра к другому, сама не зная, для чего. А тут этот, красный. Самоуверенный, как все ящеры, наглый даже. Дом мой перестраивать и ремонтировать взялся, шахты вон, восстановить думает. И все у него получается. Все ему можно.

Я недовольно хмыкала, собирая вещи. Было не очень понятно, меня Рехан больше восхищает или нервирует.

– Все сразу, – решила я, защелкивая саквояж. Я еще с минуту смотрела на сумку, не зная, самой ее нести вниз или все же оставить, пока за спиной не скрипнула дверь. Рехан поднялся сам, избавив меня от принятия таких сложных решений.

– Планы поменялись, – окидывая меня каким-то сосредоточенно-изучающим взглядом, вдруг произнес дракон. – Нам нужно вечером наведаться в одно место. Кузены прознали что я в городе и теперь требуют встречи. Семейные дела тоже нужно уважить.

Я только пожала плечом. Надо, значит надо. Не мне тут возмущаться. Вместо нескольких дней в дороге, я очень даже наслаждалась проживанием в одной из лучших гостинец столицы, так что жаловаться было просто не на что. Еще один вечер в таком уюте точно не сделает мне хуже.

– Как скажешь. Я найду, чем себя занять, – я уже представила, с каким удовольствием буду валяться в постели остаток дня и всю ночь, что-то бессовестно жуя, роняя крошки прямо на простынь. Можно еще перелистывать какой-нибудь не самый приличный женский роман, которые сейчас были в моде, для полноты ощущений. Но ящер покачал головой.

– Составишь мне компанию. Только… твои наряды не подходят к тому месту, куда нас пригласили.

– Так я и не рвусь. Зачем? Мне и здесь будет вполне хорошо, – изобразив улыбку, полную радости от перспективы остаться в «Золотой ложке», я просительно подняла брови. Уж знакомиться еще с толпой драконов мне совсем не хотелось. Одного этого было достаточно.

– К сожалению, – уже не скрываясь, усмехнулся Рехан, словно прочел мои мысли. – Кузены у меня любопытные, так что хочешь-нет, придется тебе все же быть. Но это не официальное мероприятие, так чти никакого этикета и двенадцати вилок на столе.

– Двенадцати? – Мне показалось, что у меня зарябило перед глазами. Такого количества столовых приборов я не могла вообразить себе и в страшном сне.

– Ну, Я немного преувеличил, – вдруг смущенно почесав в затылке, признался дракон, видя мое замешательство. – Просто так казалось, когда эту науку пытались вбить в мою голову. На самом деле я так до конца и не разобрался с ними. Запомнил только четыре.

Глава 6

Неподходящий наряд. Я и не думала, что может быть что-то, настолько разительно отличимое от моих привычных платьев.

После обеда-завтрака, Рехан потянул меня не в какую-то лавку модистки, как я предполагала, на всякий случай просчитывая свои финансовые возможности. Мы попали в дом. С виду похожий на заброшенное поместье. В центре города. Тут было все: скрипучие ворота, мрачные, несмотря на середину дня, тени под деревьями, паутина на изогнутых, голых ветках. Даже окна, арочные, словно в каком-то соборе, совсем не вписывались в общепринятые стандарты этой улицы.

– И что мы тут забыли? – передернув плечом, поинтересовалась у Рехана. Мне казалось, что в любой момент с ближайшего дерева может сорваться летучая мышь и от скуки вцепиться мне в волосы.

– Переодеть тебя, – усмехнулся дракон. Ему-то явно было весло. Не то, что мне.

– Что-то у меня имеются сомнения касательно стиля местной модистки.

– Не тушуйся. Тебе понравится, – пообещал Рехан, и с грохотом опустил дверной молоток на колотушку. Звук ушел куда-то вглубь дома, почти неслышимый для нас. Только легкое эхо, кажется, ударялось во стекла, от чего те едва слышно позвякивали с обоих сторон от входа.

– О, Красненький! – Дверь распахнулась и на шее у дракона повисла тонкая барышня с ног до головы одетая в черное. Корсет, в котором, наверняка невозможно было дышать не менее узкая, длинная юбка, с воланом по подолу. И блуза, которая состояла из одних оборок, превращая девушку в черный, весьма своеобразный, цветок. – Я и не знала что ты в столице. Мальчишки сказали, что ты по делам умотал куда-то в дикое захолустье. Ой.

Девица отпустила драконову шею и отупив на шаг, с любопытством распахнутых глаз, уставилась на меня. Огромные, карие, подведенные опять же, черным, они почему-то совершенно не подходили к этому мрачному облику. Словно невинное дитя вдруг нарядили в карикатурного демона.

– Как интересно. Кажется, все немного попутали, и дикое захолустье привезли в столицу.

Произнесено это было таким тоном, что я сразу не смогла и понять, шутка ли, или меня на самом деле пытаются оскорбить. Он вся беда была в том, что мне-то было все равно, что именно обо мне думает эта девица.

– Вилка! Не хами, – строго осадил юную особу дракон, и повернувшись ко мне, то ли извинился, то ли пояснил: – Виоланна у нас сама непосредственность: о чем думает, то и на языке. Об этике и учтивости даже не слышал. Но это все не от злости. Она просто такая… бесхитростная. Не обижайся.

– Да мне все равно, – искренне пожала я плечом, рассматривая новую знакомицу, скорее как часть незапланированного представления, чем что-то действительно значимое.

– Вот и правильно. А ты, моя хорошая, – Рехан предостерегающе поднял палец и погрозил девушке, – веди себя прилично. Нам нужно собрать Ислу на вечер, а кроме тебя в этом городе… в общем, открывай свой бездонный гардероб.

– А, – понятливо протянула девушка, явно состыковав неизвестные мне составляющие, – в «Гущу» ее поведешь?

– Именно.

– Так бы сразу и сказал. Проходи, красотка, – словно это не она только что обозвала меня деревенщиной и не получила за это же нагоняй, отступила с прохода девушка. – Будем тебя собирать. А то, прав Красненький, еще засмеют. И зови меня «Вилка». Терпеть не могу имечко, коим меня наградили родители.

Я, решив для себя, что вовсе не стоит больше ничему удивляться, шагнула в холл, и едва не присвистнула. Если в «золотой ложке» все кричало о достатке и комфорте, о чувстве стиля и роскоши, то здесь ситуация была совершенно иной. Нет, пол был дорогой, насколько я могла судить, и темного мрамора с золотистыми прожилками. Перила уходящей вверх лестницы – их красного дерева, насколько у меня хватало знаний понять. Вот что касается витражей на дверях между комнатами, то здесь сомнений у меня не имелось. Стоили они более чем приличную сумму. Но вместо картин на стенах висели черепа животных, а на камине, следя за нами немигающим искусственны глазом, сидело чучело ворона.