Александра Питкевич – Драконова доля (страница 8)

Я медленно ходила по лавке, все вглядываясь в цвета, оттенки. И только в самой глубине, задвинутый глубоко за остальные изделия, стол небольшой подсвечник. Не самый лучший образец, но глубокая синева элементов словно бы выбивалась из общего вида. Я знала этот цвет очень хорошо. Это было то, за чем мы пришли.

Осторожно взяв подсвечник, я осмотрела стыки. Свинцовые линии было поверху покрыты медью, но из-за качества работы было видно, что прячется под красно-желтым металлом.

– Вы хотели меня видеть? – шаркающей походкой из задних комнат вышел седой старик. Плечи его были немного придавлены временем, пальцы скрутило болезнью, деля суставы толстыми, неповоротливыми, но в глазах светился ум.

– Да, мастер, – Рехан чуть склонил голову, выражая почтение то ли знаниям, то ли прожитым годам. – мы хотели у вас поинтересоваться…

Дракон замолчал на мгновение, подбирая слова. Не давая ему продолжить, я подошла ближе и поставила подсвечник на прилавок.

– Нас интересует Тувейнонский синий, – указав пальцем на нужный кусочек стекла в подсвечнике, прямо проговорила я.

– Тувенойский синий. Девушка знает, о чем говорит. Вот только этот цвет давно не делают.

– Я знаю. Нас интересует другое: можно ли сейчас достать кобольт нужного цвета в столице. Я уверена, что вы знаете всех поставщиков.

– Верно. Я знаком со всеми, у кого можно было бы его купить. Вот только… его давно не добывают. Он и рантше был дорог, а со временем шахты вовсе закрыли. Так что в городе, да и во всей империи этого кобальта нет. Разве что у кого-то остался в закромах, но это сомнительно. Со временем…

– Краска отсыревает и окисляется, – кивнула я, несколько расстроенная. Как я и думала. Нам не достать этот краситель.

– Девушка знает, о чем говорит, – повторил старик, гладя на меня внимательно, с интересом. А затем, чуть подавшись вперед, спросил: – Кто ты, девушка? Почему мне кажется знакомым твое лицо, хотя я тебя и не знаю.

– Я Исла Дарзо, – тихо, чуть вскинув голову, гордясь своим именем, но тоскую о прошлом, ответила старому мастеру. – я дочь…

– Мастера Койберта, – глаза старика на мгновение прикрылись. – Я слышал, что он отправился к праотцам. Хороший был умелец. Жаль, что у него так и не осталось учеников.

На несколько мгновений в лавке повисло молчание. Старик переступил с ноги на ногу, а я не знала, что ответить. Мне тоже было жаль.

– Так зачем тебе Тувенойский синий? Не ты ли решилась восстановить окно-розу на ратуше?– светлые косматые брови удивленно поднялись, едва не касаясь волос на голове.

– Это я так решил, – широко улыбнулся Рехан.

– Сложная работа. Но синий… я не знаю, чем вам помочь, – с сожалением произнес старик. – Могу завтра спросить другие мастеров. В гильдии наверняка знают, у кого есть такой материал, но вероятность настолько мала, что рассчитывать и не стоит.

– Все равно узнайте. Я буду благодарен,– все еще улыбаясь, отозвался Рехан. Кажется, он был готов к такому ответу.– Я разговаривал с гильдией несколько недель назад, но тогда не знал, что именно нужно.

– Я помню. Мне говорили, что вы ищите мастера на эту работу. И если у Ислы остались записи отца… тогда да, все возможно. Но что касается синего… не уверен, что вы его найдете.

– Тогда нам придется восстановить шахту, – пожал плечом дракон.

И от такого заявления я вздрогнула. Он был готов и на это? Ради одного окна?

Но старик-мастер только кивнул. Ему это казалось вполне разумным.

– Тогда мы вас оставим. Завтра после обеда я к вам загляну, узнать ответ. Благодарю, – открывая передо мной дверь, кивнул на прощание старику Рехан.

– Ты правда готов восстановить шахты ради одного окна? – тихо, все еще не веря в сказанные слова, переспросила я у дракона, когда мы стояли у входа в лавку, под витражным фонарем.

– А что нам помешает? – хохотнул дракон, глядя на меня с улыбкой. Его-то ничего не смущало. Если нужно восстановить шахты – то за чем дело встало?

Я так разоспалась, что пропустила завтрак. Возможно, дело было в мягкости перины, или в том, что все вопросы, которые меня тревожили ежедневно в обычный день вдруг отошли на второй план. Я не знала. Но разлепить глаза удалось далеко за полдень. Солнце ярко светило в окно, разбрасывая лучи по пестрому ковру на полу, за коном пели птицы, словно в столице была весна, а не осень. Впрочем, в этой части страны было ощутимо теплее, чем в моем городке.

Со стоном сев на постели, понимая, что если не поднимусь сейчас, то непременно снова усну, я протерла глаза. Давно я не позволяла себе такого отдыха, и несмотря на расслабленность, я чувствовала, как ноют мышцы спины. Даже тело чувствовало, что происходит что-то необычное. Отдыха в перинах.

Я невольно хмыкнула и потянулась, пытаясь отогнать остатки дремы. Подушки так манили, что я старалась на них и не смотреть.

Лениво, медленно одевшись, я несколько раз прошлась по комнате, впитывая в себя уют этого места, пытаясь запомнить ощущение. И только потом. Со вздохом, направилась вниз. Нужно было заниматься делами. А для этого стоило найти Рехана. Его постель, как я успела заметить в распахнутую дверь второй спальни, уже давно была аккуратно застелена.

– Госпожа? Вы хорошо отдохнули? – управляющий, на мгновение отвлекшись от своих бумаг кинул на меня цепкий взгляд из-под очков.

– Да, благодарю, – мне хотелось сказать, что это была одна из лучших, если не самая лучшая ночь за последние несколько лет, но вовремя прикусила язык. Такие откровения явно были излишни.

Осматривая холл, с его уютными креслами и столиками я пыталась отыскать дракона. Зал оставался почти пустым, только в углу, оттягивая что-то из большой глиняной кружки, сидел грузный мужчина в строгом камзоле.

– Простите, - я снова обратилась к управляющему. Почему-то я испытывала чувство некой неловкости, отвлекая этого строгого мужчину. Но других вариантов не было. – Вы случайно не знаете, где мой… спутник?

– Господин Рехан отправился в гильдию стеклодувов и витражников. Вам просили передать, дословно: Завтракая и ни о чем не переживай. Скоро буду. Изволите завтракать здесь или прикажете подать все наверх, в комнаты?

Я еще раз оглядела зал. Здесь было так спокойно и уютно, а картины столь умело вписывались в общий интерьер, что мне вовсе не хотелось возвращаться наверх. Тем более, что там все еще была зазывно расстелена постель. И подушки…

– Давайте здесь, – решившись, несколько взволнованно произнесла. Даже в те годы, что мы проживали в столице, мне не доводилось бывать в таких местах. И уж тем более, я еще никогда не «приказывала подать завтрак».

– Как вам будет угодно, – с неизменным достоинством кивнул управляющий. Его-то мои внутренние переживания не волновали совершенно, как и мой, слегка потрепанный и не самый презентабельный вид. Недорогое, явно поношенное платье, ботинки, которым уже лет пять. По всем показателям, меня просто не должно было быть в «Золотой ложке». Но я была здесь. И это ни у кого не вызывало вопросов. Кроме меня самой.

– Выбирайте себе столик по вкусу. Через несколько минут все подадут, – продолжил управляющий, указывая на почти пустой зал.

– Благодарю, – пытаясь соответствовать заданной манере, я кивнула и направилась к одному из дальних кресел. Пусть все принимали мое присутствие, как должное, мне не хотелось лишний раз привлекать к себе внимание.

Кресло оказалось куда мягче, чем было на вид, и я даже на миг испугалась, что снова усну. Сев, я едва не утонула в бархате, окутанная подлокотниками и высокой спинкой. Меня словно обнимали, баюкали.

– Как они умудрились сделать кресло настолько уютным, – пробормотала я, пытаясь не растечься лужицей в бархате.

– Простите? – резко распахнув глаза, я уставилась на девушку в светлом платье, в переднике, что стояла рядом с большим подносом в руках. Она подошла так тихо, что я и не услышала этого, утопая в кресле.

– Это я не вам. Сама с собой разговаривала, – попытавшись мило улыбнуться, проговорила в ответ. В очередной раз стало немного неловко.

– Ваш завтрак, – отвечая на мои объяснения, такой же улыбкой, кивнула девушка и принялась выставлять на столик содержимое подноса. Тут был и небольшой изящный кофейник, и корзинка со свежими булочками. Маленькая плошка с маслом и почти такая же с каким-то джемом. – Через несколько минут будет готово горячее.

– С-спасибо, – обозревая это богатство, запнулась я. Одних булок было штук восемь, с разными посыпками, и кажется, какими-то начинками. И это еще не все!

Девушка кивнула, и, покачивая бедрами, двинулась в сторону кухни, которая пряталась где-то за стойкой регистрации. Я же, усилием воли заставив себя расслабиться и перестать нервничать по любому поводу, осторожно потянулась к кофейнику. Если мне выпала такая возможность, стоило извлечь из ситуации все возможное удовольствие.

И вроде бы каша, которую мне принесли, ничем не отличалась от привычной. И масло в ней так же плавало желтой, солнечной лужицей, и ложка была вполне обычной, но… с каким-то благоговением бросив туда порцию джема, я едва не застонала от удовольствия, попробовав результат. Может, все дело было в том, что это готовила не я, а кто-то другой? И совершенно не важно было, кто именно, только бы не стоят у печи. А может в этом месте пользовались какой-то магией, усиливая удовольствие гостей. И плевать, что я о такой и не слышала. Ощущение, что меня околдовали было слишком сильным. Вот только я была и не против подобного.