Александра Питкевич – Драконова доля (страница 23)

Несколько мгновений висела тишина. Да такая напряженная, что я невольно отвлеклась от своего занятия и удивленно посмотрела на Рехана.

Поднятые вверх брови, распахнутые в удивлении глаза. На лице дракона словно бы застыла маска. А затем этот невозможный, самовлюбленный нахал… Расхохотался!

Я же ничего не придумала лучше, как надуться. Вопрос казался серьезным, а тут такая реакция. Мне стало даже обидно.

– Женщины, у меня сколько чешуя начнет отваливаться от твоей тревожности. Откуда только такие мысли?

– Ничего не отвалится. Тебе весело. И не говори, что нет. Я все вижу, – буркнула, внимательно рассматривая то, что у нас получилось с первой заготовки.

Кажется, вопрос все же был дурацким. Но в чем именно я прокололась, понять пока не удавалось. И от этого было стыдно и неловко.

– В целом да, весьма весело, – кивнул Рехан, отсмеявшись. – Но ты бы не придумывала себе лишне, а сперва спрашивала. Это бы сэкономила мне множество нервов.

– Я ничего не могу поделать со своим воображением. Слишком светлый, – рассматривая почти остывшее стекло, поделилась я мнением.

– У тебя еще два в печи, – напомнил дракон. И вернулся к теме, что так меня взбудоражила. – Если бы все было так, как ты придумала, то наследники могли бы рождаться только у драконих. И то в звериной ипостаси. А это далеко не так. Родить может и драконица от простого мужчины и такая, как ты, от такого как я. В этом нет беды или сложности. А вот получит ли ребенок талант кого-то из родителей, оборот или какое-то умение, будет ясно только годам к двенадцати. Да, бывают исключения, но они скорее подтверждают правило. Так что ты напрасно об этом беспокоишься. У тебя будет вполне приличная беременность.

Я скосила глаза, наблюдая за самодовольным выражением лица ящера. Тот просто светился, словно именно в этот момент объявлял всему миру, что наследник уже рожден.

Вот только был еще один нерешенный вопрос:

– А что если дитя родится без таланта или способности к обороту? – это уже было куда серьезнее, чем беременность. Я прекрасно знала, как относятся одаренные семьи к подобному. Драконий род не должен был прерваться. Да и дело было не только в семье. От этого во многом зависело будущее всей страны.

– Тоже не причинная для беспокойства. Драконья кровь сильнее человеческой. Так что вероятность провала очень мала. Но если подобное все же случится… значит так тому и быть.

Я повернулась к Рехану. Внимательнее всмотрелась в его лицо. Для меня было очень важно знать, что дракон действительно думает подобным образом. И я не заметила ни тени сомнения.

На полу, словно куски полупрозрачного шелка, лежали разноцветные пятна. Свет невозможно красиво менялся и рябил на немного неровной поверхности стекол. Темно-синий, почти бирюзовый, лазурный… всего на пару крупиц больше – и оттенок уже совсем, совсем другой.

Выставленные на ребро, пластинки стояли у окна еще со вчерашнего вечера. Остывшие тонкие они ждали своего момента. И вот он настал. Только теперь я вынула лист и карандаш, внося результаты в таблицу рядам с пропорциями, отмечая особенности каждого цвета. Потом еще нужно будет взять обычные краски и попробовать воспроизвести каждый из оттенков, перенести на бумагу, чтобы имелся пример. Но это потом. Сперва описание и подготовка плана.

– Почему сейчас? – Рехан с интересом наблюдал за мной. Дракон вообще задавал довольно много вопросов, но словно чувствовал, когда стоит это делать. Вчера, прежде чем вернуться в город, на постоялый двор, он только выпил чаю и перепроверил, плотно ли закрыт зев остывающей печи. Никаких расспросов в конце тяжелого, пусть и интересного дня.

Но сегодня все было иначе.

– Солнечный свет показывает настоящий оттенок, – сверяясь со шкалой, с макетом, что был у меня, отозвалась я. – Лампа, какой бы хорошей ни была, дает либо более теплый оттенок, либо, если светильник магический, то цвет становится синее. И только при монтаже, когда окно выставлено, замечается ошибка. Так что листы нужно проверять обязательно на солнце. Потом мы вынесем их на улицу и посмотрим на закате и под прямыми лучами. Но вот такой, утренний и косой свет – самый чистый.

– Вот этот похож, – Рехан указал на первый, самый синий вариант.

– Да, но не то, – я подвинула к мужчине лист с небольшими пятнами разных цветов. Раскладка розы, которую делал отец самолично. – К счастью, у нас еще есть кусочек стекла оригинала, потому что глазам и памяти доверять не всегда стоит. Если ты будешь смотреть на этот цвет с полчаса, то уверишь себя сам, что он подходит идеально. А это не так. Потому нужен помощник. И перерывы для глаз.

– Так это все не подходит? – Рехан прищелкнул языком.

– Почему же? Мы знаем, в какую сторону двигаться. Первый оттенок нам показывает исходные данные, а остальные два – какие пропорции ведут не туда. Так что все не напрасно.

Я выпрямилась на стуле, отодвигаясь от стола и улыбнулась дракону, нависающему над плечом.

– Так что это вовсе не напрасная работа, не думай. Только теперь придется куда осторожнее быть с измерениями. Нужно будет достать аптекарские весы из кладовой, – я рассматривала записи отца, пытаясь найти то, что могла пропустить, но кажется, все было в порядке.

– Но ты и так делала, как указано в документах, – Рехан тоже заглядывал в мои листы. Теплое дыхание опалило кожу на шее, посылая волны мурашек по телу.

– Материалы, даже если они называться так же и сделаны из того же сырья, могут все же отличаться силой пигмента. К тому же, значение имеет и исходный песок. Я не знаю, какой именно использовал отец, кроме того, что это был чистый морской с примесью кварца.

– Это плохо, что мы не знаем? – вдруг горячие губы коснулись шеи, заставляя вздрогнуть. Куриа ушла в город по своим делам, и мы были одни. Не то, чтобы это было в первый раз, но сегодня все почему-то представлялось совсем иначе. Куда интимнее, ближе и чувственнее.

– Н-нет, – я запнулась, стараясь собрать мысли, что вдруг разлетелись, словно стайка птиц. Получалось плохо, но мне почему-то вовсе не хотелось, чтобы Рехан узнал, как сильно меня ведет от одного его касания. Словно это даст ему какую-то дополнительную власть надо мной. Только куда уже больше?

– И что мы будем делать дальше?

– Пробовать, – слово вырвалось из горла, хрипло, сипло, с выдохом.

– Мне нравится твой план, – рук скользнула по спине, губы осторожно прихватили коду на шее. Кажется, теперь мы разговаривали о немного разных вещах.

Дракон словно считал мое настроение. Он не остановился, не отстранился, как делал это раньше. Руки все откровеннее двигались по телу, скользнули под ворот платья оттягивая его в сторону, ничуть не смущаясь и не реагируя на мои судорожные вдохи.

Кожа в мгновение ока покрылась мурашками. Дрожь, поднимаясь откуда-то от самых кончиков пальцев ног прошла по всему телу, заставляя легко передернуть плечами. Не так, чтоб избавиться от рук на собственном теле, но достаточно, чтобы попытаться вернуть контроль над ситуацией.

Только ничего не получилось.

Вместо спокойствия и уверенности меня буквально накрыло жаром и нетерпением. Больше не терзаемая сомнениями и тревогами, я невольно откинула голову назад, подставляя губы под поцелуй. И Я его получила.

Горячие губы скользнули по шее, поднялись к уху, а затем Рехан вдруг развернул меня вместе с креслом и поцеловал. Крепко и уверенно. Так, словно делал это давно и часто и точно знал, как именно мне нравится больше всего.

Не прерывая поцелуй, дракон подхватил меня за талию и потянул вверх, вынуждая подняться на ноги. И даже так я была значительно ниже него. Приходилось сильно закидывать голову и едва ли не привставать на полу пальцы.

– Нет, Так не пойдет, – отстранившись, решительно выдохнул Рехан и ухватив меня за руку, потянул в сторону спальни. – Я хочу целовать тебя, как полагается.

И у меня не было ни единого возражения на этот счет.

Против ожидания, дракон не уронил меня на застеленную постель, как это обычно описывалось в будуарных романах, что иногда приносила сердобольная соседка. Рехан сел на кровать и потянул меня к себе, заставляя практически сесть на колени.

– Вот так совсем другое дело, – уместив руки на моей талии, а затем смыкая их кольцом, протянул дракон. Теперь наши лица на самом деле были почти н6а одном уровне. На меня внимательно смотрели невероятной красоты глаза, а большие руки скользили по телу, словно старались компенсировать мне нехватку прикосновений.

Медленно, не отводя взгляда, Рехан потянул подол платья вверх. Большие ладони легли на бедра. Скользнули по коже, вызывая дрожь во всем теле и сбивая дыхание. Нежно, уверенно и чувственно, пробирая до самого сердца.

Я почти не чувствовала тело. Оно словно растеклось, как горячее стекло, то я заливала только накануне. Горячая кровь, а может голод, долгое ожидание я не знаю что именно было причиной, но Рехан не давал мне передышки, казалось, несколько часов. Перед глазами три или четыре раза сверкали звездопады. Никогда не думала, что такое возможно. Мой скудный опыт в подобных делах не готовил меня к подобной страсти.

И вот после, едва шевеля ресницами, кажется, даже не дыша, я лежала, пытаясь осознать произошедшее. Казалось, все было наполненной магией. В ее самом концентрированном, самом полном виде. А рядом на боку лежал дракон. Рехан улыбался, наблюдая за мной из-под ресниц. Большие ладони скользили по мой коже по животу по плечам, словно мужчина не был удовлетворен, словно ему не хватило касаний. И это тоже шло в разрез со всем, что я знала.