Александра Питкевич – Драконова доля (страница 25)

– И все же отец так много лет занимался стеклом. А я все сделала всего-то за несколько недель.

– Ты наблюдала за ним с самого раннего детства, не забывай. К тому же, для твоего отца задача в чем-то было проще. Ему не требовалось подбирать оттенок к уже существующему, а просто выбрать тот, что больше других подходил к узору. Вот и все. Твоя же задача была позаковыристей. И ты с ней справилась. Осталось только собрать сам витраж.

– Я приступлю к этому завтра.

– Как скажешь. Что тебе нужно кроме артефакта, оберегающего от ртутных испарений?

– Больше ничего, – я осмотрелась кругом, пытаясь оценить, сколько места мне понадобится, и кивнула собственным мыслям: завтра можно будет начинать сборку розы по частям. И тут в голову пришла мысль:– Если сделать на цветной слой с внутренней стороны еще прозрачную подложку, то конструкция будет крепче.

– Это разве не повредит самому стеклу? Тому, как через него будет проходить свет?

– Нисколько. В некоторых витражах, насколько я помню, количество слоев достигало двадцати, а то и больше. Этот способ использовали, когда хотели придать стеклу какой-то особенный оттенок. Если его было невозможно создать при помощи красителей или нужно было сделать какую-то удивительную игру оттенков, то просто наслаивали один слой на другой.

– Говоришь, это поможет сделать конструкцию крепче.

– В какой-то мере. Я знаю, что на витражи нельзя наложить защитные чары из-за огромного числа разрозненных кусочков.

– Верно, – Рехан даже подался вперед, слушая меня. Глаза дракона заблестели, словно он вот-вот был готов поймать за хвост какую-то важную мысль.– Но можно нанести чары на один слой прозрачного стекла. С обеих сторон от узора.

– О, а я об этом и не подумала, – я даже не немого расстроилась, что Рехан дошел до этой мысли сам, а я не смогла сообразить.

– Именно ты и подумала. Просто я успел первым произнести. Так и сделаем. Какое для этого должно быть стекло?

– С абсолютной прозрачностью. Толщиной не больше яблочного зернышка (мм3). С шероховатой поверхность, которая плохо отражает свет, не создает блика на поверхности, – тут же собрав в голове примерны образ будущего изделия, выдала я.– В столице, в мастерской, где мы видели фонари, вполне способны сделать такое.

– Два листа. Чтобы закрыть розу со всех сторон. Что понадобится еще?

– Рама. В этом случае она будет довольно широкой, чтобы удерживать весь этот бутерброд.

– Не беда. Главное, чтобы получилось вставить ее на нужное место.

– Ну уж точно, наше окно не будет толще стены ратуши, – я даже тихо рассмеялась, представив себе подобное безобразие.

Я смотрела на окно-розу, и не могла поверить своим глазам. Яркие краски, солнечные лучи, что цветастым ковром лежали на полу: все это создавало ощущение какого-то невероятного волшебства. Словно сам воздух в ратуше стал вдруг другим, стоило только поставить на нужное место стекла. А еще мне не верилось, что это все дело моих рук.

Собрать воедино витраж оказалось куда проще, чем я думала. Сложности вызвал только размер изделия. Приходилось работать на полу, так как роза не помещалась ни на одном столе моего дома. А когда привезли защитные стекла, которые было решено составить с обеих сторон, Я даже растерялась. Пришлось сделать несколько проб, чтобы убедиться что раствор будет правильно держать этот многослойный пирог в раме. И все получилось.

И вот теперь, я стояла в красивом платье тревожно заламывая руки и глядя на творение рук своих.

– Это достойно похвалы, но кто может подтвердить, что все изделие выполнено самой госпожой Дарзо, – я вздрогнула, но удержалась, чтобы не повернуть головы. Гильдия мастеров-витражистов стояла за моей спиной в полном составе. По старым правилам одного из них нужно было вызывать в процессе изготовления для проверки процесса. Мы этого не сделали. Я так увлеклась процессом. Так стремилась добиться результата, что подобные нюансы просто вылетели из моей головы.

– Моего слова вам не достаточно? – с легкой угрозой поинтересовался Рехан. В голове слышалась и улыбка, но она не могла меня обмануть: с таким же выражением лица дракон вполне был способен открутить кому-нибудь голову.– Или вы ставите под сомнение мою правдивость?

– Я не это имел ввиду. Просто правила…

– Ни один из вас не решился взяться за эту работу, – не знала, кому принадлежит новый голос, но подрыкивание на согласных почему-то направило мысли в определенную сторону. Еще один дракон.

Обернувшись, я с интересом посмотрела на того, кто, кажется, тоже намеревался встать на мою сторону в этой ситуации. У помоста, что на дальней стороне ратуши, стоял темноволосый дракон в строгом камзоле. Никаких излишних украшений, никакой вычурности, но от мужчины просто веяло силой и мощью. Уверенностью и спокойствием. И было это сльнее любого запаха духов.

Рехан медленно повернулся и склонил голову перед вошедшим. Представители гильдии отступили. Словно боялись стоять под прямым взглядом пришедшего.

– Шалдар, – весьма фамильярно поздоровался резан с Владыкой драконов и властителем нашей страны. – Я ждал тебя позже.

– Не смог удержаться. Народ собирается перед ратушей с самого утра, как вы начали поднимать розу. Ты не видел?

– Не выходил еще. Страховал окно от всяких непредвиденных происшествий. Очень у мне не хотелось, чтобы оно упало из-за чьей-то неосторожности.

– Это была бы трагедия похуже первой,– кивнул Владыка, подходя ближе. Дракон хмурым взглядом осмотрел гильдийных мастеров. – Вы правда не понимаете самой сути происходящего? Дело даже не в том мастерстве, с каким госпожа Дарзо выполнила задание. Дело в тех людях, что стоял сейчас на площади. К ним ввернулся мир. Тот страх, что небо снова разверзнется черными жгучими каплями, что над столицей вновь зазвонят набаты тревоги… неужто вы не видите?

Витражисты-стекольщики виновато опустили головы, но я все же поймала не себя хмурый взгляд одного из них. Кажется, кто-то сейчас очень сильно сожалел, что не попытался собрать розу самостоятельно.

– Это окно – символ мирной жизни для людей всей страны,– медленно вкрадчиво продолжал Шалдар, осматривая присутствующих тяжелым взглядом. – И даже пусть я не мастер в вашем деле… почему-то мне кажется, что работа этой леди достойна признания. Кстати, госпожа Дарзо, от имени всей страны я выражаю вам благодарность.

Владыка подошел ко мне и протянул руку. Длинные пальцы, не похожие на руки царедворца, шершавые от оружия, осторожно сжали мою ладонь и владык склонился, едва касаясь губами костяшек. Щеки опалило жаром смущения. К подобному я не была готова. Я правда заслужила это?

– Кроме того, – глаза Шалдара сверкнули, когда мужчина выпрямился и выпустил мои подрагивающие пальцы,– моя супруга подала хорошую мысль. Мы дадим вам титул.

– З-зачем? – голос сел от неожиданного заявления.

– Ну как же? За заслуги перед народом и страной. Кроме того, – Шалдар обернулся к Рехану. Судя по тону владыка едва сдерживался, чтобы не рассмеяться в голос: – когда мой любезный друг подаст официальное прошение о вашем браке, а он это сделает, раз уже дважды упомянул в разговоре со мной, вы должны иметь право выбора. А для этого, моя милая, вам полагается иметь титул.

Рехан ругнулся, но совершенно беззлобно, словно оценил изящную, но не самую приятную лично для него шутку.

– А как ты хотел? Леди не твой потенциал. Хоть и помогла тебе найти свое место в жизни и раскрыть талант в развитии регионов, у тебя нет права ее принуждать. Так что… делай все по правилам. Вот как уговоришь – будет тебе брак.

– Так я уже…– тихо, не понимая, что за игру ведет Шалдар, попыталась я подать голос. Но мне не дали закончить.

Владыка обернулся и строго посмотрел на меня.

– Не торопитесь, леди. Пусть он докажет и вам, и всем остальным, что это не просто прихоть и вам вскружили голову. Пусть приложит полагаемые усилия по завоеванию вас прекрасной. – И понизив голос, дракон продолжил с коварной полуулыбкой. – А если вы не знаете, как это все провернуть… спросите Вилку. Она весьма разумная драконица. Я слышал, что вы сдружились.

– Не-ет, – тихо, почти в отчаяние протянул Рехан. И это уже было не показное. Кажется, мой дракон на самом деле опасался деятельной натуры собственной подруги. – Зачем ты учишь ее плохому, Шалдар?

– Потому что девушка должна понимать собственную значимость. И если ты думаешь, что единственный желающий, то присмотрись хотя бы к собственным кузенам. У Ислы сейчас будет огромный выбор из достойных женихов. А пока… покажи девушке, ЧТО она сделала.

Владыка махнул рукой, заканчивая разговор, и двинулся в сторону черного входа.

– Что он имел ввиду? – с тревогой переспросила я у Рехана. Меня больше не волновали представители гильдии, что тихо обсуждали что-то, встав в кружок.

– Думаю, он хотел, чтобы ты увидела происходящее на улице.

Рехан подал мне руку, предлагая следовать за ним.

Тяжелая дверь ратуши скрипнула, когда дракон толкнул створку. И тут же по ушам ударил гул сотен голосов.

Держась за руку Рехана, словно он был способен уберечь меня от любых невзгод, я шагнула под солнечный свет ясного дня. И замерла.

Перед ступенями ратуши колыхалось море. Яркое, шумное, живое. Люди переговаривались, показывали рукой на окно-розу. Мне даже показалось, что некоторые женщины вытирают слезы рукавами. А вся нижняя ступень была завалена цветами. Живой ковер из свежих, красочных бутоном, между которыми то тут, то там, стояли фонарики и свечи.