Александра Неярова – Я буду твоими глазами (страница 20)

Однако никто не ведал откуда она была родом, и что с ней приключилось, куда пропала и почему.

Верея знала…

– Ну вот и всё, хозяюшка, принимай работу, – голос Всемила прозвучал рядом, заставив её вынырнуть из думок.

Она стояла возле крупа смирной лошади, прижимая к груди крынку молока, подняла голову, встречаясь с молодцем взглядом. А он вдруг шагнул на неё, вынуждая отступить назад, и руки по бокам от её головы на стену телеги поставил, заключая тем самым в ловушку.

– Что ты…? – едва слышно пролепетала Верея, её сердечко испуганно ёкнуло. Всемил склонился слишком близко.

– Почему в дом меня не хочешь пускать? Не одна ты? Суженый али муж есть у тебя? – тёплое дыхание коснулось лица и шеи Вереи.

Девица глядела на него широко распахнутыми голубыми глазищами, как небеса ясные. Приоткрытые карминные губы слегка подрагивали, так и манили их смять. Всемил провёл ладонью по длинной косе.

– Почему тогда волосы не покрыты?

– У меня… там… – Верея не нашлась, что ответить, ошеломленная его действиями. А лицо парня стало наклоняться к ней. Да он её сейчас поцелует!

Как княжич не прислушивался, больше ничего не мог разобрать. Верея тихо молвила что-то, а потом всё стихло.

Никогда так сильно он не жалел о потере зрения!

Кровь гремела в ушах. Всё! Больше терпеть этого щеголя рядом с ведуньей он не намерен! Приказывать ей прогнать Всемила у него не было никакого права, даже если бы он признался, что княжич Кагояра. Белозёркие веси относились к землям Вяженского князя.

А вот морду набить – это запросто. Отложив меч, спотыкаясь, он ринулся на улицу. Неладное там происходило!

Когда губы Всемила и Вереи почти соприкоснулись, со стороны избы донёсся хриплый рёв:

– Отошёл от неё, коли руки, ноги дороги!

Всемил мгновенно отшатнулся от девицы и повернулся к выскочившему грозному мужчине. Так и не понял, откуда тот появился.

Брови поползли вверх, когда увидел повязку на его глазах, однако двигался молодец слишком проворно для слепого. Ориентировался на голоса и по звукам он очень хорошо, даже слишком.

– Яробор! – воскликнула Верея за спиной. Знает его. Всемил зубы сжал, разглядывая его. Для отца молод… неужто любый её?

– В дом зайди, Верея, – низко и зло проговорил княжич.

Она не двинулась с места, не зная как поступить. Оставлять мужчин наедине ей не хотелось, чуяла подкрадывающуюся беду. Скорее всего Яробор слышал, о чём они говорили, и догадался, что Всемил хотел сделать.

С беспокойством она поглядывала то на одного, то на другого, крынку к себе теснее прижимая.

– Кто ты такой ей, раз смеешь приказывать? – Всемил выступил вперёд, загораживая своим телом замершую на месте девицу. Оглянулся на неё, она смотрела на мужчину с испугом.

Когда вернул взгляд к Яробору, тот уже остановился рядом с ним, аккурат на расстоянии вытянутой руки. Здоровый детина. Кулаки его были стиснуты. В сгущающихся сумерках выглядел он поистине устрашающее.

Всемил сглотнул, но отступать и не думал.

– Тебе какая разница. Привёз добро – молодец. Теперь забирай свою клячу с телегой и проваливай восвояси! – княжич грубил, он еле сдерживался, чтобы кулаки об рожу юнца не почесать. Давненько он не дрался. Заскучал уж. Но пугать Верею не хотел.

– Ах ты… – прошипел Всемил, подбираясь и готовясь отпор дать, если потребуется. Но прежде хотелось узнать кем этот широкоплечий молодец приходился Верее. – Кто такой, спрашиваю?!

– Я… – ответить княжич не успел.

– Это брат мой! – перебив, крикнула Верея. Не придумав лучшего пояснения нахождения постороннего мужчины в её доме. И вклинилась меж этими двумя набычившимися быками, чуть молоко не расплескав.

Брат?! Повторил про себя княжич изумлённо. Даже гнев от оторопи его немного унялся.

– Брат… твой? – Всемил перепросил вслух. По-другому взглянул на несостоявшегося соперника, верно, стараясь внешнее сходство у них отыскать. Ну да, волосы светлые. В остальном же…

– Да-да! – закивала Верея и повернулась к Всемилу лицом, одновременно попытавшись отпихнуть от него Яробора. Сдвинуть его у ней разумеется не получилось. – Извини, что так вышло. И спасибо, что привёз всё.

Она неловко улыбнулась.

– Нет, Верея, это ты меня прости. – Всемил отошёл на несколько шагов и поднял взгляд поверх её головы на свирепого видом мужчину. Желваки ещё ходили на его скулах, выдавая сдерживаемую ярость. – Я не хотел её никак обидеть, Яробор. Она мне понравилась.

Зря юнец это сказал.

Княжич скрипнул зубами, услышав, как удивлённо вздохнула девица рядом с ним. Она всё ещё прикасалась к его груди своей узкой спиной… а все мысли её были о другом.

– Просто уходи, парень, – с трудом вытолкнул из себя эти слова. Ему захотелось что-нибудь сломать.

– Увидимся, Верея. – Улыбнувшись ей, Всемил забрался на лавку телеги и направил лошадь в сторону Белозёрки.

На опушке воцарилась тишина. Ни Верея, ни княжич не проронили ни слова даже тогда, когда парень отъехал уже достаточно далеко. Сердца обоих громко стучали, дыхания были частыми и шумными.

– Ты… в порядке? – первым нарушил молчание княжич, он позволил себе положить руки на её хрупкие плечи. Верея была такой маленькой по сравнению с ним. – Мне показалось, он приставал к тебе.

– Всё хорошо, Яробор. Спасибо. Я бы и сама справилась. Однажды на одного удальца, который пытался меня поцеловать, я наслала расстройство желудка на целую седмицу, – усмехнулась она нерадостно, вспомнив Ждана. Глубоко вздохнула и отстранилась, зашагав к избе.

В княжиче снова шевельнулся гнев. С поцелуями юнец лез?

– Поможешь всё занести в избу? Сельчане многое нам дали.

– Помогу, Верея, – отозвался, когда голос стал снова нормальным. Подошёл к крыльцу, с осторожностью обходя препятствия, через которые ранее чуть кубарем не полетел. – Что мне взять?

– Давай сперва уберём мешки, а потом остальное. Я подавать буду.

Провозились они до темноты, о произошедшем больше не говорили. Верея лучины в клети и сенях на стенах зажгла, а порог снаружи освещала круглолицая луна.

– Как ты так ловко управляешься в темноте? – спросила Верея, наблюдая, как мужчина протаскивает последний тюфяк из сеней в клеть, он вовремя пригнул голову, чтобы не бухнуться лбом и макушкой о притолоку.

– Привык. Я изучил и запомнил здесь, что где находится вдоль и поперёк, вплоть до мелочей.

– Поразительно… – дивилась Верея. Она тем временем накрывала на стол. Разогретую кашу щедро справила маслом, молока свежего в чарки налила. Хлеба ароматного разломила, мёд к нему поставила. – Идём есть.

Трапезничали в тишине. Опосля Верея попросила Яробора снять рубаху и осмотрела его раны.

– Думаю, завтра можно совсем повязки убрать, – его нагой груди она всё ещё стыдилась.

– Спасибо тебе, Верея, – княжич поймал её маленькую ладонь и сжал в своих руках. А потом неожиданно коснулся пальчиков губами. Уголок его губ довольно дёрнулся, когда до слуха донёсся её взволнованный вздох. Он не был ей противен.

– Ммм… пожалуйста, – нежный голосок сел. Она попыталась аккуратно высвободить ладонь, он ослабил хватку, хоть и не хотелось отпускать. – Мы оба устали, давай ложиться отдыхать.

Глава 9

Весь следующий день Верея посвятила наведению порядка. По утру затеяла в опарнице тесто на пироги, шторы на оконце новьём заменила, порченую утварь выбросила и пошла выкашивать серпом траву у избы, кругом оставив лишь полынь, чтобы злых духов отгоняла.

Проснувшиеся Яробор после вчерашнего выглядел мрачнее тучи. Он попросил Верею снять с него все повязки, разговаривал неохотно, и она молча выполнила то, что он от неё хотел, а затем вернулась к своему прерванному занятию. Увлеклась задуманными делами и не заметила, как он втихомолку покинул избу.

А как спохватилась, что его долго нет, отправилась на поиски, прихватив пустой мешок. Осоки заодно мягкой крупнолистной нарвёт, высушит и лежанку мужчины набьёт, чтобы мягче стала.

Сердечко зашлось за него в тревоге. Никак случилось с ним чего? Время к обеду уже близилось, а он куда-то запропастился.

Недолго она плутала по тропам лесным. Впереди недалеко от избы протекал ручей, из которого она воду в избу таскала, оттуда доносился шум и странные звуки, будто кто-то размахивал чем-то тяжёлым в воздухе. Верея пошла на шум, раздвинула кусты волчеягодника и с любопытством выглянула.

Яробор был на этой опушке у воды. Раздевшись по пояс, он тренировался здесь с мечом. Сражался с тьмой, его вечной спутницей, чтобы силу свою не терять.

Несмотря на слепоту двигался мужчина легче хищного зверя – полные ловкости и силы уверенные движения с оружием завораживали сильнее, чем танец солнечных зайчиков на глади ручья.

…Появление Вереи княжич не заметил, слишком занятый боем с бестелесным противником и гложущими думками.

Ревность подначивала. Ярость жгла хлеще пламени. И даже быстрые взмахи мечом не могли её сбить.

В ушах до сих пор ручейком журчал заливистый смех девицы. Не над его шутками она смеялась. Не ему дарила улыбки. Другому!

Резкий взмах и выпад в сторону – его большой тяжёлый меч разрезал пустоту. Следом воздух рядом засвистел. Если бы на пути стали оказался человек, его бы рассекло.

Княжичу хотелось рычать диким зверем. Как околдовала! Не видел в глаза, а прикипел к девице всей душой за какие-то считаные дни!