Александра Малинина – Капкан для лисы (страница 19)
– Аня замуж собралась, ей не до работы, – растянула я губы в улыбке. – А вот я – другое дело. Хочу заняться делом.
– Вот как? – брови Захара взметнулись наверх. – Вы не похожи на девушку, которая нуждается в работе. Аня ведь не рассказывала вам подробности?
– Нет, – коротко ответила я, боясь сболтнуть что-то не то.
Воцарилась тишина.
Чувствовалось, что мы приблизились к некоей точке, и, перегни я хоть немного палку, попросту спугну парня. Сейчас время говорить честно, чтобы не вызвать подозрений. А еще Захар этот все время с актрисами тусуется, а ну как отличит игру от реальности.
Наконец, он принял решение.
Поднял на меня взгляд, улыбнулся:
– Хорошо, Сентябрина. Жду вас завтра в семь вечера.
Его улыбка мне совершенно не понравилась.
– Здесь? – уточнила я.
– Да, все обычно собираются здесь.
– Я приду, – заверила я Гаранина, хотя сама в этом уверена не была: происходящее мне не нравилось и что-то подсказывало: ждут меня здесь без Ромашки. Одну. Но стоило признать: парень сумел заинтриговать.
– Не сомневаюсь, Сентябрина, – он поднялся со стула, как бы говоря: этот странный разговор подошел к концу.
Мы вместе покинули класс, спустились по лестнице. Гаранин выразил желание проводить меня до выхода, я не сопротивлялась, выискивая глазами Ромку: как-никак, декабрь на улице, а у него моя верхняя одежда. Как я должна до машины добираться? Рисковать подхватить воспаление легких, когда завтра меня ждет что-то важное и интересное?
– Увидимся, Захар, – пообещала я и под недоуменным взглядом Гаранина выпорхнула-таки на улицу. Повезло, что он не успел спросить, где же моя верхняя одежда.
Ромки на улице не оказалось.
Громко стуча зубами, я набрала его номер:
– Где тебя носит, мать твою?
Ответить друг не пожелал, сбросил вызов. Зато через пару секунд дверь открылась и из садика показался сам Ромашка, на ходу протягивая мне шубу.
– Не ругайся, я ждал, когда этот хмырь от тебя отвяжется. Не хотел светиться, – виновато пояснил он.
– Если я заболею к праздникам…
– Не продолжай, мы оба знаем, что здоровье у тебя богатырское: к тебе вообще никакая зараза не липнет.
Это сомнительное замечание я сочла за благо проигнорировать:
– Идем скорее отсюда, меня тошнит от этого места!
На этот раз за руль села я, потому что намеревалась ехать домой, а с Ромкой это займет черт знает сколько времени.
– По твоему сосредоточенному выражению лица вижу: что-то узнала.
Я быстро изложила Ромке наш странный разговор с З.В. Гараниным. Если мне он показался подозрительным, то другу и вовсе не понравился, у него тоже своеобразный нюх на все сомнительное имелся:
– Все это какой-то проституцией попахивает, не находишь?
– Нет, то есть сомневаюсь, – покачала я головой. – Не уверена, что в таком случае я бы получила «работу». Гаранин отметил мой достаток, думаю, принял за богатую дурочку, ищущую проблемы. И согласился даже на таких условиях.
– Все равно, это странно.
– И странно до такой степени, что я не успокоюсь, пока не узнаю, в чем дело!
– А если это никак не связано с убийством Анны?
– Связано. Аня Журавлева работала на этого Гаранина, связь прослеживается. А если нет – все равно это зацепка: мы же хотим узнать, что она затевала и кто ей помогал? И кто она такая. Возможно, мы отыщем ответы на «работе».
– А если нет? – не отставал вредный друг.
– Если нет – найдем еще зацепку. В конце концов, у нас есть ее имя, надеюсь, в этот раз настоящее. Кстати, об этом…
Я достала телефон и быстро дала инструкции брату: обратного пути у нас часа три, за это время Март сможет узнать что-нибудь любопытное. Пока я болтала с братцем, Ромка тоже сделал пару звонков.
– Что? – ответил он на мой недоуменный взгляд. – На всякий случай, вдруг Март не справится.
– Не мели чушь. Может, он и похож на комнатное растение, но мой братец гениален. Твоим прихвостням до него далеко.
– Не волнуйся, я никому не расскажу, что ты назвала кого-то словом на букву «г». Кого-то кроме себя, я имею ввиду, – заржал Ромка.
– Думаешь, что для меня это проблема?
– Еще какая, Сенечка, уж я тебя знаю достаточно.
С этим не поспоришь.
– И ты можешь разогнаться побыстрее, – откинув спинку сидения назад, продолжил Ромка, – тогда, если мы все-таки разобьемся, я умру сразу.
– В твоих словах в кои-то веки появилась логика, – хитро улыбнулась я и прибавила скорость. Ромка трусливо прикрыл глаза, буркнув о ранней седине и сердечном приступе, преувеличивал как всегда.
Другу повезло – Март справился еще быстрее, чем я рассчитывала. Пиликнул телефон, оповещая о новом сообщении, и от нетерпения я остановила машину, съехав на обочину. Ромка испуганно вздрогнул, но, поняв, что я хочу поменяться с ним местами, оживился. Полез из машины, схватил меня в охапку и сунул в сугроб, благо за городом снега было больше.
– Ты напрашиваешься на жестокую месть, – нахмурилась я, сидя в снегу.
Ромка в ответ заржал и спрятался в машине. Спасибо, хотя бы не уехал.
– Это наказание за превышение скорости, – пояснил он, когда я устроилась на пассажирском сидении. – В следующий раз утащу в лес и сниму на видео, как ты на каблуках своих из кустов выбираться будешь. И отправлю потом Марту, чтоб на семейном ужине всем показал.
– Ты не посмеешь!
– Еще как посмею, Сенечка.
На такую наглость я не нашлась что ответить.
Отвернулась, зло выхватила телефон – некогда мне препираться.
Итак, что успел нарыть Март? Информации оказалось негусто: всего несколько страниц текста. Мои ожидания не оправдались: ничего интересного об Анне Журавлевой. Ну кроме того, что в этот раз имя оказалось настоящим.
Анна закончила девять классов, семья у нее не особо благополучная, но сама девушка не привлекалась. Работала кассиром в местном супермаркете, пару лет назад уволилась. Более официально не работала, что наводило на мысль о том самом заработке, о котором говорил Гаранин. Замужем Анна не была, зато парень имелся: некий Руслан Гайманов, его контактные данные прилагались. Подруга нашлась в единственном числе, и ее тоже звали Анной, дружили с детства. Подругу я для себя отметила: с ней неплохо было бы поговорить. Если дружили они с детства, как Крокодильда объяснила свое отсутствие в последние полгода? Подруга может что-то знать… О связи лже-Анны с актерской школой З.В. Гаранина ничего, видимо, она появлялась там неофициально. Для таинственной «работы».
Когда я закончила читать, оказалось, мы успели въехать в город.
Ромка плелся по проспекту со смешной скоростью, странно, что нам никто не сигналил в бешенстве – ползунов на дорогах не терпят.
– Отвези меня к папе, – потребовала я. – И уезжай, я на такси доеду.
– К папе? – Ромка нахмурился, моментально меня раскусив: – Может, дашь ему остыть?
– Папе? Рома, ты преувеличиваешь его гнев. Да, две недели назад я швырнула в него теннисной ракеткой, но он увернулся.
– Да не папе… погоди, ты швырнула в отца ракеткой?!
– Так я и сказала. Ой, не разворачивайся, я прямо здесь и выйду… – и я вылетела из машины раньше, чем Ромка успел приступить к нравоучениям. Показав другу язык, я побежала через дорогу.
Друг был прав, вовсе не желание навестить Симбирина-старшего гнало меня в офис. А желание ткнуть Макара его красивым носом, да прямо в правду. Я же говорила, что Анна обманщица? Говорила. Я молодец. Макар – идиот.
На улице валил снег и, похоже, валил весь день, все вокруг успело покрыться тонким белым покрывалом. Огни города горели ярче, стоило признать, и в зиме есть свое очарование. К примеру, можно вырядиться Снежной Королевой и смотреть на всех свысока.
– Макар у себя? – грозно спросила я у секретарши в приемной.
– С-сентябрина Евгеньевна? – воскликнула она с вопросительной интонацией.