Александра Логинова – Кощеев не убивать! (страница 31)

У нас проще. Виновен? Лезь в петлю, иначе БОБРы за пятки покусают.

— Какие бобры?!

— Беличий отряд быстрого реагирования. Несут лесное возмездие и эпидемию бешенства.

— Сумасшествие, — пробормотала богиня, утыкаясь подбородком в коленки. — Как можно быть такой несерьезной?

Не знаю, кто может быть серьезнее человека, владеющего отрядом боевых белок.

Воскресенье протекало лениво, заевшей кинолентой протянувшись от рассвета до полудня. Мойры отсыпались, испытав нервное потрясение. Дерганая Тэли трижды перерезала нити жизни смертных, томившихся в очереди, и зло расплакалась, собравшись в запой. Ее всевидящая сестра закатила глаза и выкатила их обратно, узрев в трансе что-то жуткое. До сих пор разговорить не можем, заикается бедняжка.

Плешка отказалась браться за пряжу, швырнув инструменты в дальний угол, — нити путались в колтуны, посылая мойру к едрене фене узелковым письмом. Духи воды и леса спали вповалку, переплетясь конечностями в чудной клубок симбиоза: Руслан прихлебывал водичку с волос Амиры; та, не просыпаясь, обгладывала чернику, поспевающую на рукаве вирява. Из чувства такта мы сгребли их в охапку, заперев в спальне Руслана, — пусть дружат способностями.

— Девочки, забодали гундеть, — буркнул фей на редкость дружелюбно, передвинув коня вперед.

— Проваливай, если не нравится. Какого Чернобога вы опять забыли в моей спальне?

— Тут уютно, — Сенька мастерски сбил лошадь слоном. — Красиво, вкусно, интересно.

— Подонок, — Тристан негодующе взорвался искрами. — Я на эту лошадь полмиллиона поставил!

— Не ставь на скачки в Индии, — Полоз быстро щелкнул пальцами, отзывая нитидного уропелтиса.

Услужливая змея скользнула обратно в траву, спасаясь от перепуганного слона, успевшего потоптать пару жокеев, грохнувшихся со своих скакунов. Тарелка эльфа зарябила, прерывая трансляцию под горестный стон хозяина, не увидевшего хитрую улыбку оппонента — Арсений ставил миллион.

Его высочество надменно отхлебнул столетнего вина и принялся спасать самооценку.

— Вбьет в землю парочку бесполезных каракатиц и вернется. Я бы, конечно, не стал пачкать руки сам, но варварам простительно пену ронять с губ, преследуя жалких неудачников.

— У меня дурное предчувствие, — тихо прошептала Фрида.

— У меня тоже, — я взялась за другое полотно, намечая исцеляющий орнамент.

— Боишься за Костика?

— За Приграничье. Высшие часто ссорятся и дуэлятся, деля наделы, слуг, влияние. Смерть кого-то вроде шурале не хлопотна, зато, скажем, гибель земной пани Руны принесет огромные проблемы.

— Руну не трогать, — взвился Полоз. — Она мне годовой бюджет Болгарии должна.

— Кто эта пани?

— Жена властителя земных кладов. Милая особа, дальняя родственница нашей золотоволосой царевны по матери. Умри она или кто-то равный по статусу, славянские земли опять зайдутся в междоусобной лихорадке.

«Стерпим, главное, чужаков подальше держать от вновь ничейной земли», — Полоз ослабил бабочку, заразившись небрежной ленью.

«Ой, нашелся «свой», посмотрите-ка, — фыркнул эльф, уловив намек. — За сколько продашь варварскую Русь своим круассанитам?».

— А я волнуюсь за Костика! — психанула богиня. — Хватит, хватит о власти! Он же там один сражается с неизвестным противником!

Влюбленные девушки невыносимы. Настолько искренние, чувственные и заслуживают личного счастья, что зло берет. Я тяжело вздохнула, помассировав виски. Обязательно об этом пожалею.

— Помрет — здоровее будет, — Сенька привел логичный довод. — Хоть инициацию пройдет, мясо на кости нарастит. Славка, вон, активно готовится к своей миссии, к первому блину комом и дочери. Ответственный подход, между прочим. А Каш… Солнце, ты куда?

— За зельями, — буркнула я, ощущая стыд. Могла бы отправиться на новое свидание вместо похода за неприятностями. — Сбегаю, проконтролирую.

— Я с тобой, — подскочила норвежка.

— Девочки! — простонали хором их высочества. — Хватит мужика под юбками держать, дайте ему свободу меча.

Они целиком и полностью правы, каждое слово — истина. Кощей обязан справиться сам, в его природе заложено овладеть бессмертием. Пусть Приграничье слегка тряхнет от вести, что наследный царевич сумел преодолеть порог первой смерти. Все будет хорошо и без моего надзора.

Только кровь из уколотого пальца почему-то не течет.

— Я не говорила, что возьму тебя с собой.

Фрида вцепилась в меня испытующим взглядом. Впервые с нашего знакомства красивые глаза превратились в узкие подозрительные щелочки, буравящие жертву. Я отвернулась. По-настоящему разозлившись, девушка сжала кулаки.

— Ах так? Думаешь, я ничего не знаю? Считаешь меня слепой?

Неприятный холодок пробежал по спине. Словно пойманная за воровством, я почувствовала одеревенение мышц и с трудом повернула голову, выталкивая из себя нейтральный ответ.

— Ты вполне зряча и умна. Что-то еще?

— Нет, — истерично хохотнула она. — Иди! Давай, иди одна, будь рядом с моим… — в ярких голубых очах стояли слезы.

— Прислушайся к царевичам. Какой мужчина захочет выглядеть проигравшим в глазах девушки? Если он победит, придет к тебе с триумфом. Если нет — лучше тебе остаться в сторонке и подождать выигрыша, иначе вы оба проиграете. А перед сестрой лажать не стыдно.

Царский солидарный хмык звучал вполне убедительно. Богиня опешила, почувствовав дурноту, — красные пятна стыда покрыли щеки, шею, лоб девушки, осознавшей свою ошибку. Мы обе вспыхнули, только мой стыд Фрида сочла гневом.

— Извини, — охнула она. — Пожалуйста, не сердись. Не знаю, что на меня нашло! Наверное, схожу с ума.

— Ничего, — я опустила голову, ощущая кислый привкус лжи во рту. Сердце скукожилось от тяжести.

Почему «лжи»? Все давно прошло, мне нечего стыдиться. Даже мудро-ироничный взгляд Полоза не заставит алеть еще сильнее. Свалив в сумку треть лекарственных зелий, я сунула в волосы шпильку, заткнула за рукав иглу и с сомнением покосилась на дважды трофейный маузер.

«Бери, вдруг не помер», — шепнул Сенька, невинно поглядев на Фриду.

Тщательно заперев дверь снаружи, чтобы ни одна мышь не выскочила до моего возвращения, я отправилась вниз, на ходу сочиняя объяснительную. Ректора на мякине не проведешь, за любой обман линчует своим ледяным взглядом. Даже бабушка его уважает, слегка страшась, — она еще бегала простоволосой девчонкой, когда наш ректор уже наводил ужас на первые цивилизации.

— Извини, Яга, хочу убедиться, — окликнули сзади.

За спиной стоял Тристан, сын Титании. Легко выбравшись из запертой комнаты, эльф щелкнул затвором новенького «Глока», целясь ниже моего лица.

Дуло с глушителем бесстрастно нашло цель, и в коридоре тихо хлопнуло. Не успела я отшатнуться, как пуля оцарапала плечо, разорвав хлопковый рукав сарафана.

— За это я поквитаюсь с тобой позже.

Фей кивнул, неотрывно смотря на белую кожу с глубокими царапинами. От давления девятого калибра плечо наливалось синяком, отдаваясь резкой болью, но… Рваная ссадина осталась сухой, принявшись срастаться на глазах.

Мог просто спросить! Подлец, пусть заново штукатурит стену, объясняя домовым, откуда в ней пулевое отверстие.

В отличие от невинного Кощея, способного умереть впервые даже от простуды, жрицу Жизни прикончить трудновато. Измотать, лишить Слова, обескровить — да, но умертвить сложно. Человеческим колдунам удалось создать машину, выкачивающую из меня колдовскую и жизненную энергию, только это больше аппарат мучительной пытки, нежели гильотина.

Не веря мнимой тишине Приграничья, я рванула в Ленинградскую область, вызывая колдовское пламя. Бесполезно, ни искры! Надо было метлой погнать дурака к старшим и выложить им все до последней буквы. Кроссовки синхронно отпечатались в замерзшей грязи песчаной косы. Стылый воздух человеческого мира мгновенно пробрал до костей, вызывая непроизвольную дрожь рук. Куда идти?

— Клубочек, вернись к хозяйке, — жалобно позвала я, обнимая себя за плечи.

Отчего-то стало тоскливо, будто декабрь поселился в груди, выстуживая легкие. Кощеевская инициация — она как перепад атмосферного давления, вызывает боль суставов и сильное желание напиться. В мире станет больше на одного полноправного жреца Смерти, счет почти выровняется, только я останусь не у дел. Моя истинная сила придет с материнством.

— Попался, гаденыш, — лохматый красно-синий комок заклинания прыгнул в руку. — Разбавлю тебя собачьей шерстью и свяжу пояс, чтобы неповадно было уходить с первым встречным.

Клубок обиженно подпрыгнул, протестуя против «встречности» Константина. Завертевшись вокруг оси, путеводное заклинание соскочило обратно на землю, взявши курс южнее, вдоль холодных вод залива.

Мчась за клубком чар, я планировала спрятаться между деревьев, удобных для обзора за сражением. Спустя триста метров стало ясно, что никаких звуков серьезной драки не слышно. Куда там, даже ругани и спора нет, только равнодушный плеск волн, ломающих первый лед. В небе отчаянно вскрикнула птица, закладывая вираж над первыми прибрежными булыжниками, сменившими заснеженный песок.

— Опоздала? Битва кончилась? — я подпрыгнула вслед за клубочком, приземлившись на ближайший валун.

При виде черных промокших одежд внутри вс оборвалось. На грязном кафтане не осталось других цветов, зато белые шапочки на камнях щедро окрасились свежей алой кровью. Мертвец белее снега лежал лицом к облакам, отбрасывая ресницами тени на худые щеки. Я подошла деревянной походкой ближе, уставившись на Константина абсолютно бессмысленным взглядом.