Александра Логинова – 32 фигуры (страница 9)
– Отлично, Клавдия, но можно дать еще больше напора, чтоб Вронскому захотелось убежать куда-нибудь. Или ускакать. И вот здесь, буквально прерывая вас на последних словах, прозвучит реплика черной королевы «
– Я правильно вышла? Вы мне никаких замечаний не сделали, Серафима Сергеевна.
– А потому что вы, Ульяна, все правильно сделали.
Ульяна Коромытова, которой досталась роль Вари, работает кассиром в супермаркете. Молодая незамужняя девушка приятной, но неброской внешности. Товары, деньги, логистика, полки, склады, замки, ключи, бумаги, отчётность – на неё уже легла печать так называемой профдеформации. Когда она сосредоточена на процессе, а репетиция это тоже процесс, она практически на работе. Внимательна, серьезна, чтоб ничего не упустить. И это – именно Варя, которой, несмотря на молодость, пришлось стать экономкой и управлять огромным имением Раневской…
– Ну вот, дамы и господа, на сегодня наша репетиция закончена. Все отлично поработали, мы сделали всё, что было запланировано. Спасибо вам и – до четверга. Приходим пораньше, потому что будут снимать мерки для костюмов. Вам всем теперь нужно быть на каждой репетиции. До того момента, пока…
– Пока нас кто-нибудь не съест? – у Артёма уже ушла напускная веселость. Может просто устал, а может все-таки хоть чуть-чуть, но почувствовал себя Вронским…
– Да. Пока кто-нибудь не съест. А на сегодня всё. Сергей Петрович, спасибо за музыку, вы тоже свободны. Если кто-то хочет остаться на сцене, Катя, Матвей? Артём, можете попробовать дойти до Анны, до h7. Но помните, что кони ходят только буквой «Г». А я вас покидаю. До свидания, дамы и господа.
Матвей взял Катерину за локоть, что-то тихо, но настойчиво шепчет. Катерина – само спокойствие и безразличие. Интересно, это генетика или приобретенное? Но как такое приобретается? Чтоб не для роли, не на сцене, а в жизни? Пожалуй, все-таки генетика… А Артём начал движение к Анне. Довольно быстро он поймет, что «съесть» её он может за три хода. Но в моей пьесе Каренина станет не его «добычей».
Матвей Луков был расстроен, разочарован и просто зол. Катя отказалась репетировать шествие, не захотела, чтоб он проводил её до дома, оправдавшись, что собирается к подруге и поедет на такси. Какие у неё подруги?.. Расстались у Дома культуры. Катя перешла дорогу и села в какую-то, стоявшую у обочины машину. Ни номеров, ни марки не разглядеть, машина как будто специально пряталась в темноте. Вечер показался бесконечным, спать не хотелось. Чтоб хоть как-то нагнать сон, решил пройтись. Ноги сами принесли к Катиному дому. И вот тут, уже в свете фонаря, он увидел, что у Катиного подъезда стоит внедорожник Шпалера. Николая Крутова. Печорина. Матвей сжал кулаки, прикусил губу. Больно. Сплюнул кровью на снег и быстро пошёл домой.
Глава 10. Из дневника Сирени. Колдуем любовь
Закончилась первая рабочая репетиция. Я довольна. Даже испытываю этакий внутренний подъем. Волнующее чувство, что всё впереди. Как в детстве. Когда нет страха за будущее, нет опасений, что не получится, нет ожидания неудачи. Но как же оно коротко – это ощущение детского счастья… Интересно, в какой момент, в каком именно возрасте, после каких событий уходит это чувство уверенности в будущем, в том, что всё будет хорошо? Сейчас внутри живёт уже другая уверенность: впереди гораздо меньше, чем пережито и прожито. Всё уже состоялось и даже мозг достиг конечной точки своего развития, уже работает исключительно как архивная система. И дерево эмоциональное сформировалось и, похоже, доросло до своего максимального размаха и расцвета. Впереди осень и зима. В новую весну – не календарную, эта придёт сама по себе, не спрашивая, но в эмоциональную, в пробуждение и расцвет каких-то новых чувств и эмоций уже не верится.
Когда понимаешь, что впереди остался довольно ограниченный отрезок, становишься привередой. Нет, не в материальной жизни, хотя и в ней уже не нужно ничего лишнего. Эмоциональным гурманом становишься. Не те люди, не те впечатления, не те воспоминания – зачем они? Тратить на них своё, ставшее таким драгоценным, время? И совершенно не важно, что думают о тебе те, кого ты не пускаешь в свою жизнь, с кем не хочешь делить свой дом, свою жизнь – что тебе от этих обиженных? Если мы – то, что мы помним, то может и память свою надо наполнять только тем, чем хочешь быть? Не читать плохих или ненужных книг, не слушать музыку, которая не станет твоей, не смотреть спектакли, кинофильмы, которые бесполезно и бессмысленно пожирают время…
Пожалуй, именно от того, что слишком отчетливо поняла, как энергия моя, которой не так много осталось, растрачивается впустую, бессмысленно утекает в землю, решила я в корне изменить свою жизнь, вернее, то, что от неё осталось. Как будто выкопала дерево с корнем и пересадила его в другую почву, другие климатические условия. Никто не понял. Но ведь не ради одобрения или осуждения. И не новую позу принять или позицию жизненную продемонстрировать. Бегство? Похоже. Но, скорее, уход. Путешествие в поисках себя. И какая реальная жизнь началась! С морозами, снегами, половодьями, комарами, ветрами, ливнями… Реалистичнее, наверное, только там, где люди совсем не живут. А здесь даже народный театр есть. Но никак не покидает ощущение, что это какой-то сон. И уже который год проснуться что-то никак не получается. Может это от местного воздуха? Наверное, именно этот воздух, от которого поначалу кружилась голова и неудержимо тянуло в сон, несет в себе некую чистоту и прозрачность. Краски ярче, чувства острее, эмоции глубже. В большом городе слишком мало кислорода. Это мешает и не способствует ясности мысли. Да и просто – мешает.
Почему-то именно здесь возникла уверенность, что смысл, закономерность присутствует, как и в природе, в человеческой жизни. Все происходящие события, которые на первый взгляд кажутся хаотичными и никак не связанными между собой, в конце концов, оказываются звеньями одной цепи. Возникает непреодолимое желание увидеть эти связанные между собой звенья. Главное – понять смысл своего участия в происходящем. И чем старше, тем острее это желание понять, зачем я здесь. Вряд ли этот вопрос волнует каждого – иначе мы жили бы совершенно в другом мире. Что останется после меня? Если не миру, то хотя бы самым близким. И речь, конечно, не о материальном: все материальное зыбко и ненадежно, имеет свойство теряться или растворяться под воздействием внешних обстоятельств. Речь о чем-то более значительном, что остается в памяти. Если, конечно, можешь оставить что-то, кроме праха. Понимаю, что показать эту Игру я задумала именно с целью оставить нечто значимое и нематериальное. Пусть не миру, но хотя бы одному человеку, который поймёт и примет.
Вспомнила фразу «Ты снова колдуешь любовь, Джузеппе?». Я, конечно, не Калиостро. Но, похоже, что сейчас занимаюсь именно этим. Колдую любовь… Мужчины смотрят на женщин. Это – их природа. Женщины хотят, чтоб на них смотрели мужчины. Это тоже их природа. И ведь каждый мечтает о настоящей, большой любви. Если она вдруг приходит, то надолго ли? На месяц, на год-два, на всю жизнь? Есть ли эксперты в этом вопросе? Бесспорно, что когда придет, может поглотить целиком, забрать всё пространство вокруг, даже воздух. Как поётся в песне, «любовь нечаянно нагрянет» и станет одновременно и счастьем, и болезнью. В некоторых случаях неизлечимой. А в итоге все люди больны. Одни любовью, другие – её отсутствием… Потому что отсутствие любви – это серая, скучная и слишком понятная жизнь. Хотя, может, я преувеличиваю про серость и скуку? Что я знаю о них? Ничего. Всё было, кроме этого… А не пора ли поскучать и хватит уже болеть любовью? Стоп. Начатую Игру надо закончить. Поэтому пусть пока «поболит» ещё. А вот потом… Время покажет.
Кстати, самое время проверить, какой ход сделал мой далёкий и невидимый противник. Про которого я так и не смогла понять, чем же «болен» он – любовью или её отсутствием. Посмотрим, что ждёт меня и моих актёров…
Глава 11. Что сказали карты
Мысль о том, что сегодняшний вечер она проведет как графиня, не покидала Татьяну Константиновну с раннего утра. На протяжении всего дня она готовилась. Сначала мысленно, на работе, отчего была рассеянна и даже пару раз перепутала номерки в гардеробе, споткнулась об ведро с водой, в обеденный перерыв пролила на платье чай. Даже девочки-официантки начали подшучивать: «Что это с вами сегодня, Татьяна Константиновна, никак влюбились? Уж не в Каренина ли, а? А может в нашего Чесночка? То-то он такой внушительный и серьезный сегодня с утра!».
Перемену в Матвее Лукове она, конечно, заметила. Глаз-то у неё на людей наметан – влюбился парень. В Катерину Капельникову. В спектакле пару играть будут, да и Катерина женщина красивая. Только вот любви в ней нет. Но Матюша это и сам скоро поймет – сколько парней на ней «обломалось», и не сосчитать. Сначала поманит, поиграет, а потом от ворот поворот. К ней и относиться серьезно уже перестали. А вот Матвей запал. Он на неё сразу запал, как только в ресторан работать пришёл. Только она на него внимания не обращала, а тут, видно, снизошла, наконец, королевна. Ох, и намается парень, если что серьёзное к ней испытывает…