Александра Лисина – Когда темные боги шутят (страница 32)
– Он что, платил за твое обучение? – недоверчиво прищурился маг.
– Это стоило ему недорого, – усмехнулся я, вспомнив, как учитель поднимал из болота притопленных зомби. Помнится, вокруг его хижины места свободного не было – за годы отшельничества он много кого там схоронил из числа охотников за чужим добром. Поднять замороженные трупы на поверхность особого труда не составило – магический лед сохранил тела в целости, так что в недостатке умений или плохой подвижности мертвяков обвинить было трудно. Оружие у них тоже осталось – учитель был скуп до крайности и не любил разбрасываться ресурсами. Так что наставники по воинскому делу у меня были отменные. Бесплатные, можно сказать. Если, конечно, забыть о том, сколько крови эти упыри из меня выпили, пока с разрешения мастера гоняли по всему болоту.
– Твое оружие во Тьме бесполезно, – по-своему расценив мой ответ, проскрипел Нииро. – Железо там быстро ржавеет, а зачарованные клинки привлекают много внимания, поэтому использовать можно лишь особые инструменты. У Этора в свое время была целая коллекция подходящих вещиц. В университете на нее, наверное, до сих пор облизываются… он тебе об этом не говорил?
Я внутренне подобрался.
– А должен был?
– Обычно учитель делится с преемником своими секретами, – внимательно посмотрел на меня старый маг. – Мастерством, книгами, оружием… дает, так сказать, на первое время, пока новичок не обзаведется собственным. Как такое оружие делают – не спрашивай: у каждого свои тайны. Но у простых кузнецов ты его не добудешь: почти все мы взяли его во Тьме. И там же храним до самой смерти. В реальной жизни оно бесполезно – слишком быстро сгорает, а вот на темной стороне без него делать нечего. Поэтому если хочешь выжить – добудь подходящий клинок. Особенно если тебе предстоит встреча с таким опасным противником…
– Вы знаете, кто убил купца? – встрепенулся я.
Мастер Нииро только улыбнулся.
– На моей памяти без голов свои жертвы оставляла только одна тварь. Хитрая, осторожная и намного более опасная, чем гули. Она появляется редко… лично я ее видел лишь однажды. Но Верль наверняка не забыл череду убийств, случившуюся чуть меньше полувека назад: двенадцать трупов за двенадцать дней, куча перепуганных родственников, с криками разбегающихся от безголовых призраков, море недоверия со стороны начальства, толпа стражников, бестолково гоняющихся за несуществующим преступником, и – ни единой зацепки, ведущей к убийце… тогда я еще только начинал работать в сыске. Для меня это было делом чести, оставшимся, к сожалению, нераскрытым. Но серия смертей прекратилась так же внезапно, как и началась, без всяких видимых причин, а я, издалека приметив эту тварь, так и не смог ее догнать. Она исчезла. Надолго. Уснула или сбежала. Но теперь опять объявилась и снова начала охоту за головами. Поэтому отправляйся к Готжу и скажи – пусть поднимает старые архивы: судя по всему, в Верль вернулся Палач…
В Управление я вернулся ближе к полудню – в белой от налипшего сверху снега шляпе, в мокром плаще, уже плотно позавтракавший, но все равно недовольный: вытрясти из Нииро самую важную информацию мне так и не удалось. Хотя по текущему делу я получил достаточно сведений, чтобы всерьез задуматься над будущим.
– Явился? – недобро посмотрел на меня Нодли Готж, когда я без стука ввалился в кабинет. Стол у Старого Моржа, как и всегда, был завален бумагами, испачканные чернилами пальцы при моем появлении сжались, будто уже ощущали сладкий хруст горловых хрящей, а появившаяся на лице заместителя начальника Управления улыбка могла соперничать с оскалом упыря. – Нашел что-нибудь?
– Нет, – буркнул я, упав на ближайший стул. – Что у вас?
– У нас, – таким же недобрым тоном отозвался Готж, машинально пригладив встопорщившиеся усы, – обезглавленный труп, сильно поеденный какими-то тварями, и ты, добывший этот самый труп неизвестными следствию методами, а затем на полдня пропавший с места преступления. Еще что-нибудь услышать хочешь?
Я поморщился.
– Я искал след…
– Тогда где же убийца? – ласково посмотрел на меня Готж. – И почему призрак известного тебе торговца со скорбным видом висит теперь в нашем «холодильнике», постоянно указывая на собственное тело?
Я пожал плечами:
– Понятия не имею. И вообще, чего ты взъелся? Я же вас предупредил.
– Это меня ты предупредил. Задним числом. А вот Йен прочитал твою «писульку», не зная всех обстоятельств дела, и знаешь, что он мне по этому поводу высказал?
Кхм. Честно говоря, оставленная у дежурного записка была очень короткой – я так торопился, что сообщил лишь самое главное: «Труп под прилавком. Прикрой, пока не вернусь. Я во Тьме. Арт». Но представив себе лицо Йена после ее прочтения, я закашлялся и, подняв на Готжа веселый взгляд, осторожно уточнил:
– А разве Йен не болеет?
– Болеет, – мрачно подтвердил Нодли, откладывая в сторону перо. – Но какая-то сволочь уже успела доложить ему о деле, поэтому он примчался сюда ни свет ни заря и тут же затребовал материалы. Поскольку Гуна и Транта я отправил опрашивать клиентов убитого, а ребята Лардо с моего согласия потрошат его дом, то отчитываться перед Йеном пришлось мне. Но еще до того, как я добрался до сути, сюда ворвался Чет, которому передали твою записку из Управления городской стражи, и звонко доложил, что ты…
– Спрятал под прилавком чей-то труп, – со смешком закончил я, поднимаясь на ноги. – А тебя попросил прикрыть, потому что окончательно продал свою душу Тьме… все ясно. Йен в это, конечно, не поверил, но объясниться все равно придется. Я пошел. А ты пока поищи одно старое дело.
– Раскомандовался тут, – проворчал Готж, мельком покосившись на клочок бумаги, который я бросил перед его носом. – Давай уже, проваливай. Нечего мне мусорить в кабинете.
– Так ты поможешь или нет?
– Посмотрю, что можно сделать.
– И на том спасибо, – ухмыльнулся я и только тогда ретировался.
Йен встретил меня, сидя за столом, как Готж – зарывшись с головой в бумаги. И надо сказать, выглядел он неважно: бледное лицо с капельками пота на висках, болезненный румянец на заострившихся скулах, лихорадочно блестящие глаза… ему было настолько нехорошо, что, когда я вошел, Йен даже не кивнул. Только устало вздохнул и с укором спросил:
– Ты смерти моей хочешь?
Я удивился:
– В каком смысле?
– В прямом. Ты хоть представляешь, что начнется, когда все вокруг начнут думать, что ты кого-то убил, а Управление тебя покрывает?
– Я убил? Йен, ты о чем?
– О тебе, – с досадой отозвался начальник сыскного Управления, раздраженно смахнув пот со лба. – У нас же не город, а большая деревня! В одном углу испортят воздух, в другом тут же поморщатся… как думаешь, сколько времени пройдет, прежде чем дежурный растреплет о записке остальной страже? И сколько из них распустят языки, даже не поняв, о чем идет речь? Да через пару дней весь Верль будет судачить об убийстве купца, к которому ты приложил руку! А бургомистр опять вызовет меня в ратушу и потребует объяснений, в очередной раз намекнув, что ты работаешь без должного оформления!
Я фыркнул.
– По закону лицензия магу Смерти требуется только на частную практику. А я числюсь внештатным сотрудником городского Управления, так что пусть твой бургомистр закроет рот, если не хочет, чтобы я заткнул его насильно.
– Господин Норриди? – вдруг пискнуло у меня за спиной, и в приоткрытую дверь, которую я не удосужился закрыть, заглянула испуганная физиономия мальчишки-писаря. – К вам посетитель!
– Закрой дверь и подожди в коридоре, – ледяным тоном отозвался Йен, воткнув в побледневшего пацана раздраженный взгляд. А когда Чет поспешно отпрянул, со страдальческим видом повернулся ко мне. – Ну что, доволен? Неужели так трудно хотя бы иногда держать язык за зубами?
Я развел руками, не став говорить, что за чужую глупость не в ответе, а Йен отвернулся и, в очередной раз смахнув выступивший на лбу пот, хмуро велел:
– Докладывай, что там у тебя.
Я взглянул на его изможденное лицо, но с советами лезть поостерегся и просто вкратце изложил, где и в каком виде нашел пресловутый труп. О гулях, естественно, распространяться не стал, о своих собственных трудностях тоже не упоминал, а вот разговор с Нииро касательно старых убийств изложил в подробностях, успев закончить к тому моменту, когда дверь кабинета снова распахнулась и на пороге возник мрачный, как грозовая туча, Готж.
– Я нашел досье. – Пинком захлопнув дверь, заместитель Йена плюхнулся на ближайший стул и бросил начальству пухлую папку с документами. – Ты был прав – сорок восемь лет назад в Верле прошла волна непонятных убийств, после которых не нашлось ни одного тела, зато имелось несколько безголовых призраков, куча заявлений от возмущенных родственников и даже строгий выговор сыскарям от начальства. Убийцу так и не нашли. Он исчез после последней смерти и до сих пор в округе не объявлялся. Тела так и не были найдены. А призраки рассеялись примерно через месяц после прекращения следствия.
У Йена на лбу образовалась глубокая морщинка.
– Сорок восемь лет? Арт, тебе это ничего не напоминает?
– Годом раньше неподалеку отсюда разбилась «Путешественница», – спокойно согласился я. – Нииро уверен, что эти два события связаны, и в свое время даже наводил справки в Триголе.