Александра Лисина – Адептка (СИ) (страница 48)

— Айра! — в неподдельной тревоге закричал вдруг кто-то в самое ухо. Точнее, ей почему-то показалось, что кричали совсем близко, однако лиловая пелена перед глазами была настолько плотной, что стены тренировочного зала постоянно плыли, размазывались, будто плохая картинка. Чужие лица выглядели блеклыми, но сил не было даже на то, чтобы попытаться узнать и вспомнить.

— Айра, очнись!

Как странно… какой-то парень растерянно смотрит на нее, медленно опуская руку с зажатой рапирой. Эх, красивый парень. Холеный. Ухоженный. Только бледный очень.

С другой стороны в ее сторону с перекошенным лицом бежит еще один человек… седой и тоже странно знакомый, но в отличие от юноши на его немолодом лице проступают неподдельный испуг и выражение необъяснимого раскаяния.

— Всевышний! Грэй, не стой столбом! Зови сюда Лоура! Немедленно! Да что ж такое-то? Айра… знал же, старый дурак, что тебе здесь не место, чуял, что беда будет, но упустил… ох, ты ж, дитя природы… да как же ты так?!

Айра судорожно сглотнула, неожиданно вспомнив имя преподавателя и с облегчением поняв, что старый вояка всего лишь пытался оградить ее от опасности. Хотел защитить, предупредить, потому что лучше всех на свете знал, кого можно учить своему искусству, а кого и на пушечный выстрел нельзя к нему подпускать. Знал он, мудрый учитель, что зря она сюда рвется, знал и искал любой предлог, чтобы не дать случиться беде. Потом решил немного сбить неуместный пыл. Да, видно, не рассчитал. Проглядел. И теперь с горестным стоном спешил на помощь…

Жаль, что так поздно.

Айра устало прикрыла глаза и, больше не слыша биения своего сердца, безвольно уронила голову, даже не почувствовав, как на грудь с гневным шипением упало что-то тяжелое и яростно встопорщившее серую шерсть.

… Вспышка!

Волк с недоуменным рыком влетает в распахнувшийся перед самым его носом портал, с легкостью преодолевая белесую пленку. Резко отшатывается, не веря сам себе, но все равно не успевает остановиться и на полном ходу выпрыгивает на берег полноводной реки, за которой начинаются непроходимые зеленые заросли.

Как? Каким образом он здесь оказался, если до логова отсюда больше трех суток пути?! По оврагам, по колючим зарослям, по непролазным чащам и совершенно неодолимым дебрям?!

Он ошарашенно застывает, диковато рассматривая противоположный берег и напрочь позабыв о своем маленьком ездоке. От резкого толчка Айра, не удержавшись, с тихим вскриком падает на землю. Волк, спохватившись, тут же поворачивается, сконфуженно прижимая уши к голове, но она с выражением потустороннего ужаса таращится на вновь потревоженное окно и медленно пятится, пачкая коленки и руки, чтобы выходящие из портала люди не раздавили ее тяжелыми сапогами.

Их действительно пятеро — высоких, суровых, с испещренными шрамами лицами. Наемники. Убийцы. В длинных черных плащах, матово поблескивающих серебристыми искрами, отчего кажется, будто это на самом деле не люди, а ожившие призраки прошлого… те самые, что были в деревне! Вот только теперь с их голов откинуты капюшоны, и хорошо видно, что это — самые обычные люди, которым зачем-то понадобилось прятаться в тумане и охотиться за перепуганной девчонкой.

— Попалась! — мрачно улыбается первый, не сразу заметив гигантского волка. — Хватит уже, набегалась. Отсюда ты больше никакой портал не создашь.

Следом за ним удовлетворенно кивают остальные, и Айра с упавшим сердцем понимает, что бежать дальше некуда. Волк уже не поможет — через эту реку даже ему не перепрыгнуть. Уйти назад нельзя — перехватят. Слева — обрыв, справа — сплошные колючки и острые шипы, которые проще вырвать с корнем, чем продраться насквозь. К тому же они странные — шевелятся, будто сами по себе, настороженно поводят листиками и иголками, тесно переплетаются между собой, словно не желая, чтобы она отсюда убежала.

«Они не пропустят, — неожиданно приходит к ней осознание. — Через них не пройти. Только кругом».

Волк, придя к такому же выводу, с рыком прыгает вперед и загораживает собой побледневшую девочку. Грозно скалит огромные клыки, свирепо рычит, но она уже видит, как поднимаются в его сторону взведенные арбалеты и как появляются на губах убийц кривые усмешки: их слишком много для него. Пятеро опытных воинов против одного, хоть и крупного, лесного зверя…

Айра до крови прикусывает губу и лихорадочно озирается в поисках спасения, но волк в отличие от нее ничуть не колеблется — с бешеным рыком кидается вперед и сбивает с ног сразу двоих преследователей. После чего раздается жуткий хруст, истошный вопль на два, а потом и на три голоса. В том месте, где он напал, образовывается страшная неразбериха, и наконец на землю с пугающе громким хрипом заваливаются сразу три окровавленных тела.

Айра до боли зажмуривается, не желая видеть брызжущих горячими струями крови обрубков, а потом…

Вспышка!

И ее снова с неимоверной силой засасывает в огромную воронку…

— Что произошло? — чей-то резкий голос грубо вырвал ее из забытья. — Как это случилось?

Айра с трудом вдохнула и на краткий миг пришла в себя, не сразу сообразив, что по-прежнему лежит на холодном полу. Пошевелиться она не могла, да и не пыталась — в груди болело так, будто Асграйв действительно проткнул ее насквозь. Она даже руку к месту удара прижала, чтобы в этом убедиться, а теперь с отвращением чувствовала, как расползается под пальцами влажное пятно. Как и то, что сверху, закрыв пушистой шерсткой ее ладони, топчется взъерошенный и очень злой крыс, при виде которого сгрудившиеся ученики непроизвольно отпрянули в стороны.

— Кер… — сорвалось с губ слабое, и метаморф молниеносно развернулся, открыв ее взгляду переполненный зал, в котором уже успели собраться господин Иберия в своей синей мантии, лер Легран, господин Огэ и даже громогласная травница, в ужасе прижимающая ладони ко рту.

Успел сюда явиться и маленький седой лекарь, сразу заявивший, что тут налицо магическое истощение, требующее немедленного вмешательства. С ним, разумеется, согласились. Но вместо того чтобы оказывать помощь, с растерянным видом застыли и в немом изумлении смотрели на горестно пищащего на груди девушки крыса и грозно рычащего пустынного дракона, который с воинственным видом загородил им дорогу.

На голос хозяйки Кер вздрогнул и, сообразив, что под его немалым весом ей тяжело дышать, моментально сменил облик, прямо на глазах у потрясенной аудитории превратившись в юркую и подвижную ласку. Светло-серого цвета с яркой лиловой полоской вдоль позвоночника. После чего спрыгнул на пол, ласково ткнулся мордочкой в бледную щеку хозяйки, заурчал, заворковал и поддел носом окровавленную ладонь, которую она до сих пор прижимала к груди.

… Айра со стоном падает на землю, уже не держась на ногах.

Невесть откуда взявшаяся слабость заставляет ее безвольно распластаться на траве, тяжело дыша и судорожно хватая ртом ночной воздух. Но она все равно слышит отдаленные звуки схватки, которую ведут за ее жизнь пятеро… нет, уже двое… наемников и один свирепо рычащий волк.

Внезапно до ее слуха доносится звонкий щелчок спущенной тетивы и болезненный взвизг.

Она с трудом приподнимает голову и со страхом видит, что в этот раз портал не дал ей уйти далеко: наемники близко, все еще очень близко. Всего лишь на другом берегу реки, через которую ее перебросило очень кстати возникшее окно.

Но бежать больше некуда — за спиной так тесно стоят темно-зеленые стебли какого-то колючего растения, что сквозь них не протиснется и мышь. А стволы у них толстые, сочные, листья мясистые, широкие, сквозь них воинственно торчат столь длинные шипы… причем их так много и они блестят какими-то желтыми капельками… что сразу понятно — эту преграду с наскоку не одолеть. Разве что перелететь попробовать?

Но у Айры нет крыльев и больше нет сил, чтобы создавать новые порталы. Теперь она может лишь бессильно наблюдать, как корчится от боли пронзенный стрелой волк и как облегченно переводят дух оставшиеся в живых наемники.

Впрочем, он и сейчас не сдается — зло рыча сквозь намертво стиснутые зубы, все еще пробует подняться на ослабевших лапах.

— Убей ее, — говорит один из выживших, и второй снова поднимает арбалет, изучая вжавшуюся в зеленую поросль колючего игольника девчонку.

Волк, собрав последние силы, с гневным рыком прыгает с места, сбивает одного убийцу, затем второго, портя тому прицел и заставляя стрелу немного сместиться. В отчаянии рвет податливую человеческую плоть, со злым удовлетворением дожидаясь предсмертного хрипа, а затем с усталым вздохом оборачивается…

И как раз успевает увидеть, как пронзенное насквозь маленькое тельце отшатывается назад и безвольно обвисает на острых шипах игольника, после чего стремительно исчезает в плотоядно зашевелившихся листьях…

Лер Легран поперхнулся, не в силах поверить в то, что видели его глаза: ласка! Крыс перекинулся, как оборотень, в ласку! Лишь одно-единственное существо в мире способно менять обличья по собственному желанию! Но поверить в то, что такое вдруг нашлось внутри закрытой, размещенной на острове и тщательно охраняемой академии, просто невозможно!

Господин Огэ ошарашенно воззрился на своего питомца, не понимая, отчего тот внезапно перестал слушаться и вместе с «лаской» упорно скалит зубы, угрожая пустить в ход все свои недюжинные способности, если кто-нибудь из магов вдруг рискнет приблизиться.