Александра Кузнецова – Верни мое сердце, дракон! (страница 6)

– Иса, – ответила она и тут же исправилась, – Изабель, госпожа.

Я изобразила на лице самую миролюбивую улыбку, на которую была способна:

– Спасибо за чай, Иса. Ты работаешь на кухне? – сделала предположение я.

– Госпожа… я. Я вроде как камеристка… ну, не совсем… вернее, – она сделала глубокий вдох, – ни у кого в замке нет опыта, кроме меня.

Я, конечно, сомневалась в способностях Исы, но мне отчаянно нужна была определенность хоть в чем-то.

– А кто служил прошлой хозяйке? – спросила я, наливая себе еще чай.

Иса сглотнула, потупила взгляд и замялась:

– Она… привезла с собой слуг. Мы… мы и шагу ступить боялись.

Что ж, может она была права. Может и нет. Можно только проверить на практике.

–Принеси мне платье, – велела я. – Любое, только не с плеча бывшей хозяйки. И плед, и тёплые сапоги. И быстро! Справишься – назначу камеристкой.

Девушка тут же поклонилась и выскользнула из комнаты так быстро, что у меня появилась надежда. Двери за Исой закрылись.

Я осталась одна перед очагом, глядя на то, как огонь с треском пожирает щепки и переходит на дрова. Я начала согреваться, горячий чай бодрил и мысли начали выстраиваться в голове.

Почему замок в таком запустении, а слуги напуганы? Неужели лорд Азарион так сильно ненавидит весь человеческий род, что позволяет себе измываться над прислугой.

Маленькая девочка, любившая дракона все эти годы, кричала во мне, что это невозможно! Что Азарион лучше всех на свете, он добр и великодушен. Но я заставила ее замолчать.

Отец учил меня, что есть время для чувств и есть время для разума. И сейчас настал момент хорошенько подумать.

Лорд Азарион никогда не славился дружелюбием, но если бы он избивал прислугу и мучал людей, его враги при дворе уже бы использовали это против него. Нелюдимый, раздражительный.

Значит, причина в другом.

Дракон работает с древней магией, может быть это как-то связано? Проклятья, призраки, ночные кошмары?

Нужно узнать.

В столовой снова появился Ульрик, поставил поднос с хлебом, маслом и паштетами и доложил, что кухарка скоро подойдет.

Я кивнула и продолжила греть руки у огня и ожидая, что вот-вот в дверь войдёт тучная дама с тем самым поварёнком, что прятался за её юбкой утром. Но вместо этого послышался мягкий стук клюки по полу, и на пороге появилась сухенькая старушка.

Она была настолько сгорбленной, что едва доходила мне до плеча, а уж на что я низкая. На её плечах был накинут потрёпанный белоснежный платок, а в руке она сжимала клюку, на которую сильно опиралась.

Как такая хрупкая старушка может готовить для целого замка?

Но стоило мне заглянуть в её глаза, как все сомнения исчезли. Они блестели таким живым, весёлым огоньком, что на мгновение мне показалось, будто передо мной вовсе не пожилая женщина, а юная девушка с дерзким характером.

– Удивлены, что такая старуха всё ещё стряпает на кухне? – спросила она с легкой улыбкой, словно прочитала мои мысли.

От неожиданности я чуть чашку не выронила.

– Нет, – ответила я, поспешно оправившись от замешательства. – Я ждала… – я замялась, пытаясь вспомнить имя, – Такую…Полную даму с поварёнком.

Старушка хихикнула, её смех был сухим и тихим, как шелест сухих листьев.

– А так это не кухарка вовсе, госпожа, – ответила она, качая головой. – Это нянька для юного лорда Рейстена.

Я невольно замерла, вспоминая диковатый, но умный детский взгляд. Вот почему он был рядом, когда я проснулась. Получается, я теперь его приемная мама?

Пока что мне сложно было это осознать, и я сконцентрировалась на более конкретных вещах.

– Лорд Рейстен…

Прошептала я, запоминая имя.

– Ну, пока что еще не лорд… господин Азарион все еще не объявил мальчика своим наследником.

– Почему? – искренне удивилась я.

– Не знаю, госпожа. Лорд все еще горюет по бывшей супруге, запрещает даже имя произносить.

– Хватит, – я резко оборвала ее.

Чувство, словно ножом по сердцу полоснули. Горюет по ней? Я вспомнила его улыбку в день свадьбы, то, как легко и беззаботно звучал его смех. А если это была любовь? Что тогда? Я так и останусь для лорда Азариона приложением к договору? Нельзя об этом думать. Не сейчас.

Я откашлялась и вздохнула.

– Вернемся к вопросам кухни. Как обедает и ужинает хозяин замка? Хочу знать о его распорядке и предпочтениях.

Кухарка посмотрела на меня с хитрым прищуром, сделала пару шагов вперед и встала, опершись на клюку, почти повиснув на ней.

– Извольте, госпожа. Лорд не завтракает, обедает у себя в кабинете чем-то, что не крошит, не пачкает, не оставляет жирных пятен на бумаге. Зато ужинает плотно в этом зале, строго в одиночестве. Обязательно много мяса, овощей, пироги, сладости, сладкий чай. Так-то он обычно пьет кофий с южных островов, по мешку в месяц уходит, но на ночь чай, а то спать будет плохо.

Что ж, пока информации достаточно. Я еще раз окинула взглядом столовую. Не очень-то уютно. Шторы пыльные, стекла помутнели, ковры на полу лежат как попало, их не чистили уже лет сто. Да и стулья не отличались особым удобством.

– А прошлая хозяйка что же?

Кухарка отмахнулась.

– Тоже работала с утра до ночи. Лорд Азарион в своем кабинете, она в своем. При ней свои слуги были и своя кухарка. Та еще неумеха, честно признаться.

Еще один укол в сердце. Она наверняка понимала что-то в делах мужа. Я представила, как вечерами они обсуждали какие-то дела, возможно, древние находки. А о чем же будем говорить мы? Я ничего в этом не смыслю.

– И что же хозяин замка? Неужели терпит этот беспорядок? – я обвела рукой столовую.

– Да ничего. Он весь в своих бумагах да заклинаниях, света белого не видит. Еда есть, кровать есть, тишина есть – того и достаточно. Коли слуга не провинился, так он его и знать не знает.

Картина начала складываться в моей голове. Мой дед такой же. Если бабуля не подсунет ему под руку чашку кофе да печенье, так он весь день останется голодным. Ходят слухи, что дедуля за все эти годы так и не узнал путь на кухню. Книги да свитки, свитки да книги.

Однако же матушка моя и ее братья как-то появились на свет. Да и на семейных вечерах бабушка с дедушкой всегда рядом, воркуют о чем-то своем, посмеиваются над нами.

Теплые воспоминания из дома грели не хуже камина.

– Вот что, подайте мне обед, пожалуйста, да чашку кофе.

Кухарка поклонилась и поковыляла к выходу. Она уже почти дошла до двери, когда та вдруг резко распахнулась, и в столовую буквально ворвалась запыхавшаяся Иса с платьем в руках. Она едва не сбила старушку с ног.

– Госпожа, госпожа! Нашла! – радостно воскликнула девушка, махая платьем, как знамением победы.

Я с интересом разглядела её находку. Платье оказалось очень простым – тёмно-серого цвета, с длинными рукавами, высоким воротником и аккуратной шнуровкой на груди. Без лишних украшений или отделки, но оно выглядело добротным, тёплым и удобным.

– Неплохо, – пробормотала я, чувствуя, как холод всё ещё пробирает до костей. У меня не было сил и желания ждать, пока принесут что-то лучше. Я решила переодеться прямо здесь, у камина.

– Иса, помоги, – велела я, протягивая руки к платью.

Иса тут же бросилась ко мне, помогая снять свадебное платье. Мокрый, тяжёлый шлейф наконец исчез, а с ним и чувство промозглого холода, который он тянул за собой.

Пока девушка возилась с мелкими пуговками на моей спине, она тараторила без умолку:

– Это платье пошили для новой служанки много лет назад, – начала она, возясь с последней пуговкой, – только она на работу так и не вышла. То ли медведь разорвал, то ли под лёд провалилась, то ли замёрзла насмерть…

Я вздрогнула, но Иса говорила об этом так легко, как другие рассказывают про поход в магазин или про новые шпильки.

– Похоже, нравы северян суровее, чем я думала, – заметила я, стараясь сохранить равнодушие в голосе.

Иса пожала плечами, словно соглашаясь, и продолжила, уже помогая натянуть платье.

Оно село почти идеально, будто было пошито по моим меркам. Простое, но удобное, плотная ткань приятно грела кожу. С пышной нижней юбкой из-под свадебного наряда платье стало выглядеть еще лучше. Я разгладила складки на юбке и посмотрела на своё отражение в оконном стекле.