Хранитель Алисы тяжело вздыхает. Весельчак посмеивается. Остальные улыбаются.
– Зря ты так тяжело вздыхаешь, Белый! Ты лучше радуйся! Если бы у каждого человека, находящегося в одном шаге от бездны, был бы такой Мужчина в Белом, ну или Женщина в Белом, нам бы, Хранителям, забот на крылья изрядно поубавилось!
– Знаешь, Белый, а Мудрый-то, как всегда, прав! – задумчиво произносит Звездочёт.
Хранитель Хирурга присоединяется:
– Да, как это ни странно, Братья, но Мужчина в Белом невольно стал ХРАНИТЕЛЕМ Алисы…
В этот момент к крыше подлетает ещё один Хранитель. Он выглядит ослепительно-белым, вернее, ослепляющим! Присутствующие тщетно пытаются понять, кто это.
– Привет, Братья! – радостно восклицает Сияющий и неистово обнимает Хранителя Алисы. — БЕЛЫЙ! РОДНОЙ МОЙ! ПРИ-ВЕЕЕТ!!!
Хранители с любопытством наблюдают за происходящим – никто из них не узнаёт друга Белого. Тот же, наобнимавшись, немножко отступает и озаряет всех присутствующих своим неистовым Светом.
– Брат, прости… — искренне извиняется Хранитель Алисы, ничего не понимая. – А ты… кто?
– Я??? – ТУСКЛЫЙ, Брат! Ну, вспомнил?!
Хранитель Алисы удивлённо прикрывает рот крылом:
– Ты – Тусклый? Да не может этого быть! От тебя ж Светом разит за измерение! Вот это да!!! Ну и дела… Братья, знакомьтесь – это Хранитель Мужчины в Белом! Ну, рассказывай давай, что случилось-то? Неужели Твой, с рогами и копытцами, просветлел?
– Да, Белый! Да! Не поверишь!!!
– Он что, в монастырь ушёл?
– Да нет, что ты! – смеётся бывший Тусклый. — Это всё – твоя Алиса, Брат! Да! Представляешь?!
– А при чём тут Алиса? – продолжая ничего не понимать, переспрашивает Белый.
– Она последнее время о Моём постоянно думала, пока я там в дальнем углу молился… С любовью думала, понимаешь?! Такой поток Любви она на него направляла, и не разово, а каждый день! И день и ночь! И ночь и день! Божественная у неё Любовь, Брат! Небесная! Наша! И стал я с каждым днём сил набираться! И всё светлел и светлел! А потом выгнал стаю Чёрных одним махом! Алиса твоя, Брат, всё это время была настоящим ХРАНИТЕЛЕМ Моего! Знал бы ты, от чего её Любовь Моего спасла! Вот бы всем человекам по Алисе выдать – это ж какими наисветлейшими мы бы стали!
Хранители улыбаются и восклицают по очереди: «Вот это да!», «Надо же!», «Потрясающе!», «Какая поучительная история!».
– Твоя очнулась, Белый! – радостно сообщает Хранитель Хирурга.
Хранитель Алисы и все присутствующие на крыше спускаются к окну в её палату и заглядывают в него.
Алиса открывает глаза. В палате темно.
«Надо же, уже ночь! Как долго я спала…» – удивляется она и медленно поворачивает голову к окну, на котором почему-то нет занавесок.
Алиса замечает силуэт Мужчины в Белом. Она улыбается, потом зажмуривается, снова открывает глаза – нет, конечно же, ей просто померещилось – в окно заглядывает любопытная круглолицая Луна, и Алиса смеётся:
– Привет, Луна! Как дела? Да-да, ты кажешься людям ещё полнолунной. Но я-то знаю, что Полнолуние случилось с тобой не этой, а прошлой (!) ночью, и ты уже – у-бы-ва-ю-ща-я (!), и у меня теперь всё будет хорошо!!!
ЧАСТЬ II. ЛОВУШКА СНОВ
– Зажгите здесь свечи! —
одна я – в Той Башне,
где окна – с решёткой,
а месяц – вчерашний,
в котором – не плёткой —
словами для гласности —
согнули дугой,
– я – изгой!
тень – в опасности!
домой же не тянет —
там тесно! из клетки
бежали по стенам
скупые заметки
не ручкой, а красным
– на белом —
чернилами:
«Не ты ли
писала
в тетрадках
да вилами?!»
– Их – два! —
самых светских,
крылатых —
два льва,
площадь Марка Святого
хохочет:
– На львицу
похожа едва! —
я же чую, как скоро
вернёмся в столицу,
мир вздрогнет —
проснётся
и в танце из листьев
вскружится,
взорвётся
на «Вы»!
сонный поезд
несётся,
несётся,
несётся 
