Александра Крючкова – Ангел-Хранитель. A Guardian Angel. Премия им. Оскара Уайльда. Билингва: Ru-Eng (страница 22)

Алиса сидит на подоконнике в отеле и слышит льющиеся откуда-то строчки, которые привычно записывает и сохраняет в телефоне:

Прозренье встретило слепца: чудной народец! Не пейте Истины с лица! В душе – колодец! Пусть Хогвартс в чтении примет — пример для Гуччи, но зонтик – лондонский предмет — чихал на тучи! Здесь травы требуют дождей, как Бог – крещёных. Взорвутся ящики идей пространств смещённых! Отводят всячески от Вас, ведут к расплате: без трёх с копейками – мой час в шестой палате…

1.8. Поход в Астрал

5 мая,

Москва,

комната Алисы

Алиса разбирается в шкафу – наконец-то появилось время, чтобы достать летние вещи и убрать зимние. Хранитель сидит в кресле напротив:

– Доразберёшься в шкафчике, займись Транзитами! Их знание тебе очень скоро пригодится.

Но Алиса не слышит. Вернее, завершив разборки со шкафчиком, она подходит к книжному стеллажу. Иногда Алиса приводит в порядок его содержимое. Чего в нём только нет – и её собственные книги, и подаренные коллегами по перу, и приобретенные ею, но ещё не прочитанные, и фотоальбомы с выступлениями, и газеты-журналы с публикациями, и… Алиса добирается до распечаток и тетрадок – написанное давным-давно, но так и не изданное – руки не дошли. Часть трудов потеряна, часть выброшена собственноручно. В стеллаже – третья, уцелевшая часть. «Надо бы издать стихи. И решить, что делать с тьмой рассказов…»

Хранитель усмехается:

– Говорю же: займись изучением Транзитов! Когда Солнце в Темнице, человек подводит очередные итоги…

Алиса перечитывает запылившиеся рассказы, написанные ещё в 13—17 лет, и звонит Весельчаку Ы, чтобы предложить встречу в тихом местечке. Весельчак Ы – её друг и писатель, причём зарабатывающий на своём творчестве, поэтому он сможет вынести адекватный вердикт по поводу «детской» литературы Алисы: издавать или – в мусор.

***

уютная кафешка

Алиса встречается с Весельчаком Ы в тихом местечке, молча протягивает распечатку запылившихся рассказов – то, что, по её мнению, так или иначе удобоваримо для прочтения третьими лицами.

– Ой, что это?! – весело восклицает Ы.

– Это – я… маленькая. Ну-у-у… то есть юная.

– Я понял: сейчас ты – старая! – хохочет Ы.

– Давай почитаем их друг другу вслух?

– Чтобы что?

– Чтобы ты мне что-нибудь сказал…

– А что сказать? – голосом заговорщика вопрошает Ы у Алисы.

– Правду…

– Ок, Пятачок! До пятницы я совершенно свободен!

Ы усаживается поудобнее, берёт в руки первый рассказ и принимается читать вслух. Ему крупно повезло: все рассказы – короткие. Периодически он акцентирует кривые фразы, Алиса их подчёркивает красной ручкой, чтобы потом отредактировать. По ходу чтения Ы бурчит: «М-да…», «Ничего себе!», «А-га!», «О-го-го!», «Уххх!» – и внезапно восклицает:

– Слушай, а это – сам Эдгар По!..

Хранитель Алисы обменивается с Хранителем Ы последними новостями.

– Солнце в XII, что ли? – спрашивает Хранитель Ы, кивая на Алису.

– Да, Весельчак… Угадал… За майские праздники Моя выдаст на вёрстку сразу 9 томов уцелевших стихов, отредактированный роман про нашу реальность и то, что они с Твоим сейчас вычитывают.

– Белый, твоя Алиса – монстр! Как ты с ней управляешься? Мой за майские один рассказик напишет в журнал, да и то только потому, что его оттуда торопят – уже месяц ждут.

– Нет, Весельчак, она – баран, а не монстр.

– А чего ты тогда так расстроен? Баран – это ж хорошо, шерсти можно настричь! – хохочет Весельчак.

– Настричь можно… Проблема в другом: она сейчас все свои накопления вгрохает в очередное «подведение итогов». Ты ж знаешь, Брат, что почём в их литературном мирке. И как только заплатит за книжки, так тут же ей срочно деньги и понадобятся! Откуда их потом взять – ума не приложу!

– А ты и не прилагай, зачем ум прилагать? Кстати, к чему именно ты собрался его приложить? – смеётся Весельчак. – Знаешь, когда деньги действительно нужны, они всегда появляются сами. По крайней мере, у Моего – всегда так. Я лишь чуть-чуть потоки корректирую.

Телефон Алисы начинает издавать мелодичную трель.

– Хто таммм?! – вопрошает Ы, пока Алиса вытаскивает телефон из сумки.

Алиса выслушивает звонящего и удивлённо приподнимает одну бровь. Ы внимательно смотрит на неё и копирует движения, в том числе приподнятую бровь, пока Алиса не прощается с неизвестным.

– Не поверишь, Ы! Я попала в список финалистов «Императорского» конкурса! Победит там Борька, я знаю, но он этого достоин.

– Ты – в финале? Да ладно?! Это ж очччч. круто! Как это ты умудрилась? Там же… Вот это – действительно победа! Не благодаря, а вопреки! Но не расслабляйся – в следующем году в «Императорском» конкурсе точно победишь ты, а не Борька!.. Дай лапу – пожму!

Алиса протягивает руку со словами: «Невероятно, но факт…», Ы трясёт её руку долго-долго. Алиса щипает Ы в бок и заставляет вернуться к своим баранам – вычитке рассказов.

Материализуется Гламурный, расплываясь по пространству улыбкой чеширского кота:

– Здравствуйте, Братья! Ну что, Белый? Я выполнил своё обещание?! – и, не дожидаясь похвалы, мгновенно исчезает.

Вычитав все 33 рассказа про призраков, Ы с Алисой идут гулять по городу. Им легко общаться и помимо творчества: Ы знает Иную Реальность, он тоже написал про неё сказку. Но Ы почти всегда – в маске клоуна, это его такое амплуа, к тому же он работает с детьми – устраивает праздники, пишет сценарии ёлок, а Алиса – ребёнок, у которого праздников в детстве не было, и она предпочитает обходиться без масок. Ы внимает рассказу Алисы про Лондон и, останавливаясь посреди дороги, демонстративно топает ногой:

– Да это ж знак!!! Твой ЧКНБ, три раза явленный!

– «Изменялка Времени» сработала, – вздыхает Алиса. – Но я её перекрутила! Мне на столько лет назад не нужно было.

– Эт ты зря! Не тебе решать, что, где и когда нужно! Шевели мозгами давай: зачем?

– Возможно, важна первая мысль, которая приходила мне в голову, когда нас сталкивали?

– Вспоминай три мысли!

– «Всё в прошлом». «Я – на правильном пути» и «Как выйти на иной уровень в литературе?»

– Сначала ты подумала, что он – человек из твоей прошлой жизни, а встретив его у лит. агентов, посчитала себя на правильном пути… но куда?