Александра Кристо – Принцесса душ (страница 65)

– Если я не погибну.

Эльдара хмуро глядит на меня, словно упрекает, чтобы я даже не шутила о таких вещах.

– Судьба свела тебя со мной, чтобы мы смогли спасти будущее наших земель, – мягко говорит она. – Это часть плана богини.

Эльдара кивает на мою ладонь, на королевскую метку, которую я наконец показала ей сегодня утром.

Я чувствую покалывание.

– Думаете, мои видения и связанная с Ноксом судьба – это послание Асклепины?

Эльдара кивает.

– Она и тебя направляла?

При этих словах Эльдара решительно ставит чашку на стол, ее лицо становится суровым.

– Меня вела не судьба, – говорит она. – А трусость.

Мы знакомы не так давно, но даже я могу сказать, что твердый и неумолимый тон не присущ женщине.

Эльдара мягкая и нежная, но теперь ее голос меняется.

– Моя сестра была не единственной в нашей семье, кто влюбился в воина Полемистеса, – объясняет она. – Когда начались нападения на Тавму, я прибежала сюда, к своей любви. Мы прятались здесь, пока сестра и Сирит истощали ведьм Тавмы и завоевывали острова. Я помогала Полемистесу бороться, как могла. Я создала водовороты вокруг острова, чтобы защитить его. Но когда много лет назад Сирит убил мою любовь, я поняла, что мое время тоже не вечно.

В этот момент до меня доходит, что Эльдаре стыдно не только за свою сестру, но и за то, как она сбежала и бросила свое королевство на верную гибель.

– Какой была Тавма? – спрашиваю я, отчаянно пытаясь узнать больше о месте, откуда когда-то взяла начало моя семья. – Какими были ее жители?

Мать рассказывала лишь о вспышках магии, освещающих небеса, но она никогда не говорила о людях.

Лицо Эльдары смягчается.

– Они были мирными и добрыми, – рассказывает она. – Мы использовали силы, чтобы помогать другим избежать опасности и исцелять раны. Все ведьмы на Тавме использовали магию во благо: разжигали огонь, согревающий земли, помогали взращивать посевы. У нас был договор со многими королевствами за пределами Бескрайнего моря. В том числе городами в ледяных горах, по жилам правителей которых текло золото. Сирены держались подальше от нашего острова и никогда не нападали, потому что тоже обладали магией. Когда король и Изольда прокляли наши воды, они закрыли нас от остального мира и всех его существ. Король забрал всю магию острова себе.

Это шокирует меня.

Я знала лишь о существовании Шести Островов. Когда я представляю другой мир, мое сердце трепещет. Я пытаюсь представить сирен и других волшебных существ.

Что еще скрывает король, чтобы держать в плену все живое?

– Если король так силен, ты уверена, что мы сможем победить его? – спрашиваю я. – Что, если магии, которую подарят мне испытания, недостаточно?

– Ты сильнее, чем думаешь, – непоколебимо отвечает Эльдара. – Ясно как день, что у тебя были видения до Нокса. В каком возрасте ты начала заниматься магией?

– В четырнадцать, – отвечаю я.

Я съеживаюсь от воспоминания дня смерти Асдена, но Эльдара выглядит гордой.

– Видения в столь юном возрасте – редкость, Селестра. Обычно ведьмы не проявляют свои силы по крайней мере до шестнадцати лет. Разве это не доказательство того, насколько ты особенная?

Ее слова не утешают. Эльдара не знает, с каким ужасом я столкнулась. Меньше всего я хочу, чтобы мне напоминали о том дне, когда я потеряла столь многое.

– Впечатляет, – раздается чей-то голос.

Я оборачиваюсь и вижу, как Нокс и Мика входят в беседку Эльдары. Они потные после утренней тренировки.

Сердце подпрыгивает при виде Нокса.

Я не могу не думать о том, как прошлой ночью он целовал мне руку и пытался поцеловать меня. Я страстно этого желала.

Хотела бы я позволить ему осуществить задуманное.

– Что это было за видение? – спрашивает Нокс, отряхивая грязь с рук. – Ты предвидела, что я надеру Мике задницу сегодня утром на тренировке? Потому что это действительно было зрелищно.

Нокс улыбается, а Мика закатывает глаза и смеется так саркастично, как только может.

Я тоже хочу рассмеяться, но меня трясет изнутри. Воспоминание о том дне убивает меня.

– Какие видения король пытался выудить из тебя в четырнадцать лет? – спрашивает Нокс, упираясь мечом в гравий. – Ох, души, этот человек – настоящее чудовище.

Я не отвечаю. Не знаю, с чего начать.

– Селестра? – спрашивает Нокс, действуя мне на нервы.

Он впивается в меня взглядом. Кажется, что молчание красноречиво отвечает на его вопрос.

Я быстро отворачиваюсь, не в силах вынести испытующий взгляд парня.

– Что это было за видение? – не отступает он.

Я не отвечаю.

«Не сейчас», – думаю про себя.

Не после того, как он увидел во мне нечто большее, чем ведьму.

Не после того, как поцеловал мою руку и посмотрел в глаза особенным взглядом.

Я заставлю себя оглянуться.

– Давно хотела тебе рассказать, – говорю я. – Прошлой ночью я пыталась, но не смогла подобрать слов.

– Прошлой ночью?

Нокс хмурится, и я громко сглатываю при мысли о том, что причиню ему еще больше боли, копаясь в прошлом.

– Прошлой ночью? – Взгляд Мики мечется между нами. – Что случилось прошлой ночью?

– Твой отец, – говорю я Ноксу. Когда я открываю правду, меня захлестывает отвращение к самой себе. – Я хочу рассказать тебе о том, что на самом деле произошло в тот день.

Внезапно лицо Нокса мрачнеет.

– Подожди, – прерывает он. – Это связано с моим отцом?

Я киваю.

Осознание накрывает его, как волна.

– Ты знаешь, как он умер.

Это не вопрос. Я поджимаю губы, чтобы не заплакать, и Нокс видит мой молчаливый ответ. Радость на его лице сменяется шоком.

Глаза потемнели от боли предательства.

– Ты солгала мне, – говорит Нокс.

Услышав правду, я дергаюсь.

Я должна была все рассказать еще той ночью на воздушном шаре, когда Нокс признался, какую боль ему причиняет неведение. Но я была слишком эгоистична и боялась его потерять.

Я встаю, рука Нокса дергается на мече – мече Асдена. Я бы не стала винить Нокса, если бы он прижал лезвие к моему горлу и заставил меня почувствовать ту боль, которую причинила ему моя семья.

Но он этого не делает.

– Открой мне, что тогда случилось, – просит Нокс. Практически умоляет.

Я задерживаю дыхание. Он долгие годы ждал правды.