Александра Кристо – Принцесса душ (страница 42)

Я ухмыляюсь.

– Город в другом направлении, принцесса.

Селестра останавливается и разворачивается, не теряя ни секунды. Она проходит мимо корзины и ударяет меня плечом.

– Я же говорила, что я не принцесса, – шипит она, кажется, в сотый раз.

Селестра ненавидит это слово, и от этого мне хочется повторять его снова и снова.

– Да, говорила. – Я гляжу на ее браслет. – Тебе следует снять королевские драгоценности, если хочешь расположить к себе окружающих.

Селестра останавливается и касается пальцами камня на запястье. На лице девушки появляется мимолетное скорбное выражение.

Она такая переменчивая, словно не может заставить себя долго задерживаться на каких-либо эмоциях. Может быть, ей больно, но часть меня считает, что она просто не привыкла выражать эмоции.

Все мои познания о ведьмах заканчиваются на том, что они проклятые жрицы смерти. Ведьмы помогли королю завоевать острова, а семья Селестры поддерживала Сирита у власти на протяжении всей его жизни.

Я не могу допустить мысли о том, что Селестра другая.

Девушка права: она не принцесса и не невинная девочка, которую нужно спасать.

Она создана из темной магии, и я никогда не смогу этого забыть. Внутри нее горит огонь, который спалит дотла весь мир, если она даст ему волю.

Я достаю свой меч из-под обломков, успокаиваю дыхание и шагаю в город.

Глава 22

Селестра

Главный город Армонии совсем не такой, каким я его представляла.

Из рассказов, которые я слышала при дворе, он казался мне городком со старыми рынками и странными товарами. Я уж точно не ожидала увидеть бесконечные прилавки с шоколадными тортами и свежевыловленной рыбой.

Торговые ряды простираются до горизонта, каждый из них наполнен яркими и сочными фруктами или буханками свежеиспеченного хлеба. Запах чеснока и сливок из кастрюль с кипящим супом пропитывает воздух, а под ногами покупателей виднеются полевые цветы. Их лепестки не затоптаны толпой, они яркие и колышутся на ветру.

Я с упоением рассматриваю город, сердце бешено бьется в груди.

Совершенно новый мир за пределами замка и Вистилиады.

За стенами моей башни.

– Как красиво, – шепчу я.

Деревянные здания с соломенными куполами, дорога, сложенная мозаикой из булыжников всех цветов радуги, сверкающих, словно осколки стекла. Когда мы ступаем на них, они начинают светиться. Стук наших ботинок похож на шум дождя, падающего сквозь листву деревьев. Булыжники мерцают на солнце.

Это не какой-то странный и скромный городок на краю Шести Островов, каким его изображали придворные снобы. Возможно, это не утонченный и аутентичный город, но величественный и битком набитый торговцами и толпами покупателей.

Я пребываю в восторге от увиденного.

– Разве это не прекрасно? – спрашиваю я, оглядываясь через плечо на Нокса.

Он моргает и слегка хмурится, словно что-то замечает.

Затем Нокс сглатывает, крепче сжимая мешок с куполом воздушного шара.

– Капюшон, – это все, что он произносит.

На мгновение я сбита с толку, но потом осознаю проблему. Я думала, что мы незаметны в толпе, но люди таращатся на мои зеленые волосы и перешептываются, когда мы проходим мимо.

Ведьма в Армонии.

Женщина рода Сомниатис за пределами Парящей Горы.

Они глядят на нас с такой ненавистью, словно у нас на спине образовалась мишень.

Я сглатываю и быстро натягиваю капюшон, чтобы скрыть лицо от зевак шумного города.

Затем происходит нечто любопытное.

Мимо проходит женщина, ее волосы того же оттенка, что и мои.

Мы останавливаемся и всматриваемся. На мгновение мне кажется, что король и Теола нашли нас. Я замечаю панику в глазах Нокса, когда он принимает незнакомку за мою мать.

Затем рыночную площадь пересекает еще одна женщина с темно-зелеными волосами.

А через минуту еще одна.

В Армонии полно женщин с зелеными волосами: коротко подстриженными или свисающими до ключиц.

– Они так похожи на тебя, – говорит Ирения, недоверчиво моргая, как будто глаза могут ее обманывать.

Внезапно я осознаю, что в Армонии, должно быть, модно подражать ведьмам Сомниатис. Интересно, почему Нокс не упомянул об этом? Но я же своими глазами видела его удивление.

Я не единственная, кто этого не ожидал.

В Вистилиаде принято носить зеленые маски, чтобы продемонстрировать верность короне, но это не совсем так. Жители Вистилиады боятся нас, и их маски созданы с целью задобрить короля. Но на улицах этого города вряд ли хоть кто-то думает о Сирите. Девушки красят волосы, чтобы быть похожими на ведьм.

На меня.

Я заправляю волосы за уши.

Они не думают, что я какая-то злодейка. Впервые в жизни я сливаюсь с толпой.

Я останавливаюсь, когда несколько горожан снова бросают в нашу сторону недовольные взгляды. Теперь я замечаю, что их внимание сосредоточено вовсе не на мне, а на Ноксе и Мике, одетых в форму Последней Армии.

Нокс ставит сумку, поправляет воротник и переводит дыхание, когда тоже это осознает.

Он – чужак, а я сливаюсь с толпой. Эта мысль заставляет меня ухмыльнуться.

Взбодрившись, я спешу в город, не в силах оторвать глаз от его красот.

– Сколько у тебя денег? – спрашиваю я Нокса, пока они с Микой, спотыкаясь, плетутся за мной.

Нокс ведет нас по рынкам, подальше от людей, которые, возможно, прежде уже видели его.

– Кто из нас двоих королевских кровей? – спрашивает он. – Разве у тебя нет золота, принцесса?

Игнорирую его и указываю на ближайший рыночный прилавок.

– Никогда не видела таких фруктов. – Я указываю на большой круглый клубень того же цвета, что и мои волосы, но с розовыми прожилками. – Купишь? Ох, и вон тот хлеб!

Я указываю на другую палатку. Он наполнена сладкими булочками, посыпанными сахаром, и длинными хрустящими буханками с веточками розмарина и крупной морской солью.

– Не знал, что я твой личный поставщик королевского золота, – говорит Нокс.

Я закатываю глаза и иду к прилавку. За спиной раздается вздох Нокса, прежде чем он в конце концов следует за мной.

– Две штуки, пожалуйста, – говорю я торговцу, указывая на большие сладкие булочки. – И три таких! – показываю на квадратный батон с помидорами.

– Я проголодался, – говорит Мика. Он бросает сумку и хватается за живот, отчего Нокс спотыкается.

– Потому что ты вытошнил всю свою еду, – напоминает ему Нокс.

– Тем больше причин снова наполнить желудок. – Мика приближается ко мне. – Дайте, пожалуйста, поджаренный на масле хлеб. Сможете посыпать его хрустящим луком?

– Не забудь сырные палочки, – просит Ирения. Она сжимает мою руку в перчатке, выражение ее лица становится серьезным. – Нам жизненно необходимы сырные палочки.

Нокс недоверчиво оглядывает нас.

– Такое чувство, что все три дня вы голодали, – говорит он. – Я же упаковал еду.