Александра Кристо – Принцесса душ (страница 30)
Это разрушает все представления о ведьмах, которые у меня когда-либо были. Это искажает мои планы и все то, что, как мне кажется, хотел бы мой отец. Отныне это не имеет смысла.
Селестра яростно убирает волосы с лица.
Лунный свет скользит по ее щеке.
«
– Тебе вовсе не стоило просить предсказание, – говорит Селестра. – А я не должна была увидеть…
Селестра замолкает и смотрит на меня.
– Ты все испортил.
– Поздно переживать из-за этого. Где это произойдет?
Селестра вздыхает.
– Ты бежал по залам замка. Луна была не слишком высоко, так что это, должно быть, до начала церемонии исполнения желаний.
Я тихо посмеиваюсь.
Знаю, что не должен выглядеть таким довольным перед девушкой, чью семью собираюсь поставить на колени. Но если король и его ведьма замышляют убить меня в этом самом замке, то они знают, чего я действительно добиваюсь.
Значит, Сирит полагает, что у меня есть все шансы одержать победу.
И он напуган.
Селестра смотрит на мою ухмылку широко распахнутыми глазами.
Она не понимает, что я ждал именно этого: шанса заставить великого бессмертного Сирита, владыку Шести Островов, бояться смерти.
– Ты так похож на своего отца, – произносит она.
Моя улыбка испаряется.
Луна скрывается за небольшим облаком, и комната Селестры темнеет от моего хмурого взгляда.
– Что ты только что сказала?
Я не хочу, чтобы имя моего отца касалось кровавокрасных губ ведьмы.
Селестра вскидывает подбородок, игнорируя мой гнев.
– Так сказал король в моем видении, – быстро отвечает она, нахмурившись и намекая на что-то еще. – Что ты такой же, как твой отец. Он и какой-то меч, который сделал его предателем.
– Какой меч?
Я снова приближаюсь к ней, и Селестра отступает, отводя руки за спину, словно боится, что мы снова можем коснуться друг друга.
– Я не знаю, – говорит она. – Разве не у всех солдат есть мечи?
Так и есть.
Но существует только один меч, о котором когда-либо говорил мой отец.
Сказочный меч, чья сила способна поразить бессмертного. Он был выкован ведьмами Тавмы до того, как король и прапрабабушка Селестры уничтожили их во время Правой Войны.
Последняя надежда, за которую держится Полемистес. По словам отца, это главная причина, по которой Сирит всегда стремился его завоевать.
– Это был волшебный меч? – спрашиваю я, отчаянно пытаясь узнать правду.
– Волшебный меч, – повторяет Селестра. – Ты что, ребенок?
Когда она понимает, что я говорю серьезно, то хмурится. Между бровями девушки появляется морщинка, такая же глубокая, как и ямочки на щеках.
– Волшебство осталось лишь в моей крови, – говорит Селестра. – Изольда Сомниатис позаботилась об этом.
Что, если она ошибается?
Что, если мой отец был прав, и король боится Южного острова, потому что у них есть сила, способная убить его? Зачем еще королю упоминать об этом в ее видении?
Если это правда, то, возможно, мне не стоит ждать и опасаться визита смерти весь оставшийся месяц. Мика упомянул, что нам нужен новый план. Кажется, я его придумал.
Это мой шанс изменить правила игры и убить короля до того, как он успеет помешать мне.
– Скажи, что этот меч существует, – просит Селестра, неуверенно глядя на меня. – На что он способен?
– Это же меч, – спокойно отвечаю я. – Он может пронзать различные предметы.
Я снова хватаюсь за нож и уже готовлюсь вонзить его в горло Селестры. Хотя и понятия не имею, что буду делать после этого.
– Ты расскажешь матери и королю, что подарила мне второе предсказание?
Селестра глядит на мой нож.
– Ох, я тебя умоляю, – бесстрашно язвит девушка. – Ты не станешь меня убивать. Я тебе нужна, помнишь?
Я опускаю нож, смирившись.
– В таком случае… что нам делать?
Селестра отворачивается от меня и подходит к тумбочке. Она достает из ящика пару перчаток. Поздно спохватилась.
– Ты должен покинуть Вистилиаду.
– Это приказ, принцесса?
– Да.
Селестра закусывает губу. Когда наши взгляды встречаются, я осознаю, что она не в восторге от того, что собирается сказать дальше.
– И ты заберешь меня с собой.
Я моргаю, пытаясь скрыть удивление.
– Когда ты сбежишь от короля и отправишься на поиски волшебного меча, я последую за тобой.
Я прислоняюсь спиной к стене и медленно скрещиваю руки на груди.
– Правда? – спрашиваю я, наслаждаясь выражением отчаяния на лице Селестры, которое она так старается скрыть. – Раньше ты прекрасно ускользала из замка одна, принцесса. Зачем тебе понадобилась моя помощь?
– Я никогда не покидала остров, – отвечает она. – Ты увезешь меня из Вистилиады.
Я опираюсь ногой о стену. Чем спокойнее я выгляжу, тем больше волнуется Селестра.
– Что еще ты увидела?
– Это не имеет значения.
– Для меня это важно.
Селестра стискивает челюсти.
– Мне все равно, что для тебя важно.
Она глядит на свой браслет, то самое украшение, благодаря которому я узнал ее в таверне «После заката».