Александра Ковальски – Летопись Океана. Старый Маяк (страница 7)

Королевская вахта – время с 16—00 до 20—00 ч.

Кабельтов – морская мера длины, равная 185,2 м.

ГЛАВА 5

Мыс Фаххард встретил эскадру Блэка неприветливо – штормовым ветром и ливнем. Капитан, стоя на шкафуте, отдавал последние поручения, прежде чем спуститься в ожидающую его шлюпку.

– Вы можете порыбачить, старпом, только не увлекайтесь этим. Через двое суток, в полночь, заберете меня отсюда. Я запрещаю кому бы то ни было из моих людей высаживаться на берег. Это все, до встречи!

– Удачи, мой капитан.

– И вам, Виолетта.

Простившись с женой, Черный пес торопливо спустился в шлюпку. На сей раз он отправился на берег один. Его сильные руки сжали весла, и утлое суденышко, прыгая по волнам, вскоре исчезло во тьме ночи. Корабли ушли прочь от острова, скрывшись за пеленой дождя.

Причалив к острову и спрятав лодку, Блэк углубился в чащу. Он шел долго, часто останавливаясь и дожидаясь всполоха молнии, чтобы рассмотреть направление или тропинку. Наконец его путь оборвался у маленького ухоженного домика, выстроенного прямо за городской стеной и окруженного невысокой живой изгородью. При очередном всполохе молнии Блэк разглядел небольшую калитку и проник через нее за изгородь. Домик, выстроенный в тени пальм и рододендронов, был почти неприметен с тропы. На стук дверь отворил сгорбленный полуслепой старик. Он жестом пригласил путника внутрь. Указав ему место у очага, хозяин дома сказал: «Садитесь к огню. Обсохните, а не то подхватите лихорадку». Благодарно улыбнувшись, пират сбросил мокрый плащ и принялся поудобнее устраиваться у камина.

– Откуда вы? – спросил старик.

– С корабля… выбросили за борт, – запинаясь, ответил Блэк, – за то, что я видел то, чего не должен был. Капитан бы пристрелил меня, но старпом вовремя помешал ему. И вот я здесь. Вынужден добираться до человеческого жилья сквозь эту непогоду.

– Верно, погодка нынче скверная, – прищурившись, пробормотал старик. – Обогрейтесь, переночуйте, а на утро я укажу вам, как пройти в город.

– Вы… всем путникам помогаете, так же, как и мне? – не выдержав, задал вопрос Блэк.

– Это моя слабость – помогать живым, так как помогать мертвым – моя обязанность, – улыбнулся старик. И, видя непонимание гостя, добавил: – Вы в доме могильщика Сан-Хуана.

Он помнил, как матросы метались по палубе, пытаясь зарифить паруса, помнил, как с громоподобным треском и грохотом переломилась грот-мачта «Диаманта», увлекая за собой такелаж и людей…

– Мне повезло, – улыбнулся в ответ Ник. – Вас-то я и собирался искать в этом городе.

– Что за дело могло привести знатного господина в лачугу бедняка?

– Вам знакомо имя Диего Костона, капитана «Скитальца»? Я от него.

Старик долго молчал, глядя в огонь. Потом медленно, будто нехотя, ответил:

– Еще в годы моей молодости я знавал одного пирата с этим именем. О нем говорили разное, якобы он продал душу самому Дьяволу и стал его любимцем. Кровожадная тварь, любящая убийство ради убийства. Он был родом из Сан-Хуана и он же навлек на этот город беду. В ту ночь, когда кровь была повсюду, а зарево пожаров ярче рассвета, я и повстречался с ним. Этот головорез вынудил меня помочь ему. Так сложилось, что я не всегда был могильщиком. Моя мать была местной знахаркой, освобожденной рабыней с чёрного континента, и я пошел по ее стопам, врачевал помаленьку. И кое-что знал из их волшебства…

– И ваши знания нужны были Диего?

– О, да, ты прав, юнец! Этот головорез привез мне кое-что и попросил помощи. В обмен он подарил мне жизнь. После этого мне стало тяжело оставаться в этом городе – люди шептались обо мне, кое-кто говорил гадости даже в лицо, но потом все забылось. Я редко хожу в город, мне нет в этом нужды. Кладбище здесь, недалеко, а еду мне приносят те, кто приходит ко мне просить о помощи или услуге… Я стар и уже заждался гостью с косой… Когда есть силы, я каждый вечер хожу на мыс Фаххард и прошу капитана «Скитальца» вернуться, чтобы избавить меня от… того дара. Так значит… Диего послал вас… такого молодого и благородного господина… Если не секрет, что вы задолжали ему?

– Ничего! Вы ошибочно приняли меня за Избавителя. Я – не он. Ваше время еще не настало, могильщик Сан-Хуана. Я пришел к вам за информацией. И если вы поможете мне, обещаю замолвить за вас словечко перед вашим заимодавцем.

– Что ж… в таком случае, что вам нужно?

– Это, – с этими словами Блэк протянул своему собеседнику медальон, найденный в катакомбах Сен Мартена.

– Не трудись предлагать мне эту вещицу, – усмехнулся могильщик. – Я знаю карту, что в нем сокрыта, наизусть. Моя мать составила эту карту для Диего Костона незадолго до того, как умереть в том пожаре, который и учинил этот головорез. Я знаю местонахождение всех семи ключей, и, если ты решил идти за ними, я назову тебе все семь урочищ, а взамен ты станешь… моим Избавителем.

– Таковы условия? – откинувшись назад, спросил Черный пес. – Может быть, передумаете?

– Нет… Диего Костон не просто так прислал тебя ко мне, он мог и сам назвать тебе все семь урочищ, но он не сделал этого, отправив тебя сюда… на мыс Фаххард. Значит, он слышал мои мольбы… мои угрозы и… прислал тебя. Избавителя.

– Что ж, – немного помолчав, ответил Блэк, – я согласен.

– Тогда тебе понадобится могила, в которую я вырыл в ту ночь, когда Диего был здесь в последний раз. Ливень затих. Идемте, – и старик вышел за дверь. Блэк последовал за ним.

Выйдя за калитку с другой стороны живой изгороди, мужчина и старик прошли мимо могил с покосившимися и прямыми новенькими надгробиями. Миновав кладбище, пират и могильщик вышли с другой его стороны и шли еще некоторое время вдоль городской стены. Наконец старик остановился и, указав на землю, сказал:

– Здесь. Я знал, что однажды за ним придут. – Затем он вытащил откуда-то из тайника под стеной лопату и передал ее Блэку со словами: – Выкапывай то, что тебе нужно, а потом исполни свое обещание и убирайся прочь отсюда… Ты обещал мне.

– Быть посему, – кивнул Блэк, приступая к своей нелегкой работе.

Старик ушел, а пират при свете вынырнувшей из-за туч луны принялся раскапывать могилу. Он знал, кто был похоронен в ней. Пока комья сырой земли летели в стороны, Блэк снова погрузился в воспоминания.

***

Блэк уже почти пересек полосу прибоя, направляясь к шлюпке, когда голос Диего снова окликнул его: «Фанг, если что, ты знаешь, как нас позвать! Мы придем, если будем нужны!»

– Так же, как тогда, когда вы были нужны касадору Ордена, умирающему в собственной каюте? Или как тогда, когда были нужны мне? Ты слышал, Диего, как я звал тебя, харкая кровью? А мой отец слышал?

– Да, – глухо ответил Костон. – Вот только всему свой час.

– Хорошо, что Кити не слышит этих слов…

– Ее отец сам избрал свой путь, пожертвовав своей жизнь в обмен на твою. И это был его выбор, не тебе судить о его поступках, и не миссис Кондор!

– Может, и так, но я не верю… больше не верю…

– Лучше прихвати вот это, на удачу, – с этими словами Диего кинул другу небольшую щепку.

– Что это? – ловко поймав кусок дерева, спросил пират.

– Пригодится, – усмехнулся старпом Доуэла, поворачиваясь и уходя прочь.

***

Тогда Николя не особо присматривался к щепке, но сейчас вспомнил о ней. Вспомнил о том, что, изучая кусочек дерева при свете свечи в собственной каюте, он с удивлением обнаружил, что это не просто щепка, а идеально лежащий в руке стилет, будто бы специально выточенный кем-то. Вот только он никак не мог вспомнить, откуда ему было знакомо это ощущение прохлады, которое он испытывал, держа щепу в руке, пока однажды не различил на ней искусно вырезанный вензель, состоящий из двух букв: W и D. В тот момент Черный пес понял, что это самое чувство прохлады он ощущал, прикасаясь к планширу «Вандерера». Даже в самый жаркий день, в час палящего зноя, неф оставался холодным и враждебным, будто бы приготовившийся к прыжку хищник.

Знал Николя и о том, чью могилу он раскапывал. Последние комья земли полетели в сторону, и лопата глухо

– В чем же? – усаживаясь за стол, спросил инквизитор. Пират остался стоять у окна, лицом к своему другу. – Я слышал, что инквизиция ищет одного человека.

ударилась о крышку простого деревянного гроба. «Вот мы и встретились… убийца Мориса», – с ненавистью прошептал Ники.

Он помнил о том, что Диего Костон, не первый год служивший его отцу, принял нового капитана и поклялся ему в верности, но тем не менее долго не мог смириться с убийством Шарля, к которому искренне привязался за долгие годы службы. Именно он, нарушив запрет Георга Доуэла – капитана «Вандерера», похоронил останки Шарля. И хотя вопреки его надеждам, золоту и лжи не было такого могильщика и такого кладбища, которое приняло бы тело старого колдуна, Диего не сдавался и в одну ночь, когда отчаяние готово было поглотить душу бывшего капитана «Скитальца», он вспомнил о могильщике Сан-Хуана, слывшем колдуном и знахарем, умевшим успокаивать призраков и вурдалаков. Диего не побоялся вернуться в Сан-Хуан и выжечь город дотла бортовыми залпами, разграбить его, но не стереть с лица земли. И… добился своего, заключив с могильщиком сделку. Могильщик Сан-Хуана похоронил останки Шарля Доуэла в месте, о котором никто, кроме него, не знал, и поклялся Диего хранить эту тайну. За что и получил от старпома Короля Мертвых невероятно долгую жизнь, охраняемую от телесных страданий и хворей. И вот теперь эта жизнь стала тяготить его… Он ждал Избавителя – того, кто сможет убить его, ибо обычная пуля и сталь не причиняли ему вреда…