Александра Ковальски – Летопись Океана. Старый Маяк (страница 6)

– Пора. Будьте готовы поднять паруса с рассветом, старпом.

– Слушаю, мой капитан.

Блэк ловко спустился в шлюпку, и она стремительно понеслась к берегу. Спустя четверть часа капитан и глава «морских ведьм» были на берегу. Вытащив шлюпку на песок, они углубились в джунгли.

Пройдя около мили, пираты остановились около небольшой, заброшенной хижины. Крыша ее давно обвалилась, и дикий плющ обвил стены, скрыв провалы окон и проломы.

– В прошлый раз мы обнаружили, что выход из подземных катакомб находится здесь, – тихо прошептала Багера, указав капитану на хижину.

– Идемте, – кивнул Блэк.

Багера скользнула в заросли, Черный пес последовал за ней. Плита, закрывавшая вход в подземелье, была немного сдвинута и находилась в том самом положении, как ее оставили «морские ведьмы» в прошлое свое посещение катакомб. Протиснувшись в узкую щель, пираты оказались в кромешной темноте.

– Ждите здесь, Блэк, – шепнула капитану Багера.

Спустя несколько мгновений подземелье осветилось неровными отблесками огня. Капитан последовал за старшим абордажником, призывно кивнувшей ему. Попетляв немного по подземным коридорам, пираты вышли к тому месту, где в прошлый раз Багера обнаружила роковой артефакт. Отблески факела осветили полуистлевший скелет и медальон, покоившийся на его груди. Капитан Блэк, ухмыльнувшись, решительно шагнул к бренным останкам, чтобы завладеть артефактом. Багера перехватила его руку, сказав:

– Николя, оставьте это. Умоляю вас… К черту этого брехуна Слэра. Никто не станет слушать его! Верьте мне, я знаю, такова уж моя должность – слышать и знать мысли команды… Им плевать на Слэра.

– Это вопрос чести. Ты это знаешь лучше меня, Жаклин, – ответил он ей.

– Ник, мне страшно подумать, чем ты заплатишь за эту дерзость. Провидение отнимет у тебя…

– Довольно, – прервал он девушку, – я знаю, что делаю!

И, резко вырвав свою руку из руки Багеры, Блэк сделал шаг навстречу своей судьбе.

Едва его рука коснулась артефакта, как нечеловеческая боль пронзила насквозь. Закричав, Блэк рухнул на пол каземат, рядом с рассыпавшимся в пыль скелетом, не выпуская медальона из рук. Его ломка продолжалась несколько минут, показавшихся ему годами. Когда все закончилось, он был смертельно бледен и столь слаб, что не смог подняться без помощи Багеры. Осторожно завернув свою находку в холстину и уложив в сумку на поясе, капитан, опираясь на плечо старшего абордажника и сильно хромая, выбрался из катакомб тем же путем, что и попал в них.

Едва заалел восток, как Черный пес был уже на борту. Когда же солнце залило своим золотым сиянием берег Сен Мартена, бухта Чертов зуб была пустынна, лишь вдали на горизонте вырисовывались два силуэта кораблей, покинувших ее.

Дверь каюты слегка приоткрылась, и внутрь проскользнула худенькая, гибкая фигура старпома. Блэк, измученный ночным приключением, лежал на своей постели, но не спал.

– Ник, – тихо позвала его старпом, – ты нашел то, что искал?

– Не совсем, моя сирена… – Он вдруг резко сел на постели и протянул к жене руки, призывая ее сесть рядом. Когда она подчинилась, капитан снова лег, не в силах преодолеть головокружение.

Он молчал несколько минут, собираясь с мыслями, лежа, закрыв глаза. Наконец, он заговорил:

– Виола, я хотел тебе сказать раньше, но… не смог, надеюсь, ты простишь меня…

– Ты не послушался своего отца и все же решился на эту авантюру… Молчи! Я все поняла еще тогда, когда ты выбросил свой крестик в море. Это был всего лишь предлог. Николя, я не осуждаю тебя. Мне просто страшно. Скажи, что это все вскоре закончится, и потом мы уедем отсюда. В Европу. А наш сын вырастет добропорядочным и законопослушным человеком. Ты обещаешь?

– Я могу обещать тебе первое, но не второе. Наэль видит меня своим преемником, и я… не смогу подвести его… снова. Ты и Андреас можете уехать…

– …нет! Если останешься ты, останемся и мы. Такова наша судьба – всюду следовать за тобой.

– Не плачь… – Блэк ласково провел по щеке жены. – Все скоро закончится. Сейчас меня гложет жуткая усталость. Разбуди меня, едва начнется королевская вахта. Мне необходимо будет заняться бумагами.

– Курс?

– Наша следующая остановка у берегов острова Пуэрто-Рико, на мысе Фаххард – нам нужно навестить старого приятеля месье Костона.

– Слушаю, мой капитан.

Блэк забылся тяжелым сном еще до того, как Виола успела покинуть каюту.

Он проснулся, едва наверху, на шканцах, раздался голос дежурного офицера, менявшего вахту. Им оказалась старпом. Он знал, что кто-нибудь из подвахтенных по поручению Виолетты придет разбудить его, но капитан не стал дожидаться этого момента. Он осторожно поднялся с постели, плеснул в лицо холодной воды у рукомойника за ширмой и, открыв дверь каюты, позвал квартирмейстера, приказав подать себе чего-нибудь поесть.

Едва квартирмейстер исполнил приказ, как капитан заперся в каюте и, осторожно развязав сумку, положил на стол медальон. Здесь, в этой обыденной и такой привычной глазу Блэка обстановке, артефакт тоже казался вполне обыденной и привычной глазу вещью. Но, вспомнив о боли, охватившей его при первом прикосновении к этой вещи, пират поежился. Осторожно открыв его, пират выудил листок пергамента, оказавшегося искусно нарисованной картой. Это был один из тех загадочных образчиков иероглифического письма, которые бесспорно занимали ученых и осуждались церковью.

Рассматривая его, Блэк снова вспомнил свой недавний разговор с Диего и улыбнулся собственным воспоминаниям.

***

Тёмный бархат ночи укрыл океан. В порту острова-города никогда не бывало тихо, как, пожалуй, и в любом другом. Яркие полосы света из таверны ложились на воду, играя тысячами бликов, словно пиастры.

– Блэк! – окликнул вышедшего из капитанской каюты «Катарины» пирата старпом «Вандерера».

– Чего тебе?

– Есть разговор, – подойдя ближе, тихо произнес Диего.

– Говори! – дерзко ответил Блэк.

– Не здесь. Я буду ждать тебя в бухте на той стороне острова через час и до рассвета. Приходи один и, если ты уже все решил, прикажи «Диаманту» и «Адаманту» сняться с якоря под конец кладбищенской вахты, – сказав так, старпом Доуэла отступил в тень и будто бы растворился в ночном воздухе.

Спустя час Диего Костон – старший помощник с «Вандерера» – стоял на условленном месте. Он по привычке кутался в плащ, хотя почти не чувствовал холода.

– О чем ты хотел поговорить? – окликнул проклятого Блэк.

– Прежде чем ты отправишься за этими сокровищами, – обернувшись лицом к сыну своего капитана и принимая

Прямой, как стрела, и острый, как скальпель, ятаган капитана пронзил грудь испанца. Сэкрил, упершись носком сапога в тело смертельно раненного врага, рывком вытащил клинок со словами: – Si, senor! Ave Maria! Amen!

истинный облик, ответил Диего, – я хочу, чтобы ты знал, что твой штурман – мистер Слэр – не просто так подначивает тебя. Он метил на твое место и продолжает это делать.

– На мое место? – рассмеялся Блэк. – Ему никогда не получить моих алмазов.

– Я говорю не о кораблях, Ники.

– Тогда о чем?

– Леборио Слэр не тот, за кого ты его принимаешь. Его отец когда-то служил на борту «Тритшери», когда у нефа еще было другое имя.

– Ты хочешь сказать, что?..

– Послушай меня, Ники, Леборио знает и о проклятии и о том, кто такой Георг Доуэл. Его отец успел улизнуть еще до того, как Шарль предал всех нас и мы стали проклятыми, но это не умоляет его осведомленности. Сейчас, когда все вернулось на круги своя, ты должен оставаться рядом с Кондором. Ты его ученик и его наследник. Многие будут так или иначе метить на твое место, плести интриги и подрывать твой авторитет, но ты не должен…

– Костон! Послушай меня! Ты хороший друг и надежный старпом, но ты не мой отец и не мой наставник, поэтому не нужно читать мне лекций. Если Леборио известно больше, чем я думал, то я не позволю ему насмехаться над именем Фанга! Это дело чести! Я ухожу курсом на Сен Мартен, и если ты что-то знаешь и можешь мне чем-то помочь, то…

– Да… Вы правы, капитан Фанг, я забылся, простите…

– Так можешь?

– Могу предупредить, что ты потеряешь самое дорогое, то, что любишь больше всего. Древние Боги возьмут свою плату, и крест, что ты носишь, не поможет тебе защититься.

– Это я уже слышал, – улыбнулся Блэк. – Скажешь что-то новое?

– Мыс Фаххард. Там живет тот, кто поможет тебе с картой. Когда придешь к нему с медальоном, скажи, что тебя прислал Диего Костон – капитан «Скитальца». Он вспомнит.

– Капитан?

– И не говори ему о том, кто я и где я сейчас, не говори ему ни слова о Шарле, даже если он спросит. Не говори, от этого зависит твоя жизнь.

– Хорошо. Я понял. Спасибо, друг.

– Удачи, Ник.

Блэк уже почти пересек полосу прибоя, направляясь к шлюпке, когда голос Диего снова окликнул его: «Фанг, если что, ты знаешь, как нас позвать! Мы придем, если будем нужны!»

Как и предупреждал старпом «Вандерера», Блэк ничего из написанного не смог разобрать. Переодевшись и спрятав листок во внутренний карман куртки, капитан повесил на шею медальон и поднялся на шканцы, он любил посвящать вечерние часы неспешной прогулке по палубе с трубкой во рту.

ПРИМЕЧАНИЕ

Кладбищенская вахта – время с полуночи до 04—00 ч. утра.

«Ему никогда не получить моих алмазов». – Черный пес говорит о своих кораблях: Diamant (Диамант) – (нем.) и Adamant (Адамант) – (англ.) означают одно и то же – «алмаз».