реклама
Бургер менюБургер меню

Александра Киселёва – Истории – мои территории. Стихи (страница 3)

18
Два евро – вот столько стоил Концерт тот в метро в Париже Жить просто и легко училась я… Не стану певцам я подругой, Просто, легко не петь мне, Но, может быть, стану мудрой, Распутаю глупые сети. Мечтать, прислоняясь к дереву… Смогу, растирая ль краски, Мысль заключая ль в слово, Спокойно, строго и ясно В том хоре петь одиноко

15 лет

– «Ты счастлива была в пятнадцать лет?»

– «И да, и нет. И да, и нет. Скорее нет.»

– «Была в кого-то влюблена ты безответно?»

– «В Есенина. Смеюсь. Другие все ушли бесследно.»

– «А чем же ты жила весь этот год?»

– «Жила… смотрела, думала… Но, вот!…»

– «Была весна, была твоей любви победа?»

– «Нет, сон, в котором не было зимы и лета…»

– «Ну, значит и весны лишен был сон?»

– «И осени. Там был всего один сезон

Без света и без тьмы, ни жаркий, ни холодный,

Зато с движением, пространством и свободой.

Бежала я по звездам и меж звёзд.

Открытая судьбе. Я приняла всерьёз

Счастливый мир из сна, без края и предела.

Проснувшись в комнате, я все ещё летела.»

– «Пятнадцать. Счастлива была тогда?»

«И нет, и да. И нет, и да. Скорее да.»

Букетик

Ах, как память коротка человечья, Ничего я не помню о вечном. То ль случайно девой родилась, То ль назначил мне жизни водитель Или Он сказал мне: «Решаешь, Ты сама, в чем в путь улетаешь. Выбирай, в мужском ли обличье, В нежном женском ли – мне безразлично. Только помни: решилась – точка Сабля сын, ну а платье – дочка.» Я, наверно, сразу же стала Подбирать что красивым казалось: Лишь у женщины взгляд одинокий Столь изысканный и глубокий. Захотелось c букетом жёлтым Мне идти переулком безмолвным. Надо взять в придачу кокетство, Терпеливость, обманов средства, Что-то там еще – мне не вспомнить, Потерялось и не восполнить. И я очень стараюсь быть Ею — Назначенье нарушить не смею: Тело холю, ресницы крашу, По утрам с поварешкой и кашей. Но порой вспоминаю о главном О снежинке, летящей плавно, О луче, задержавшемся в капле О звезде – о волшебной лампе. И тогда тех цветов тревожных Я букетик беру. Если можно, Переулком иду московским Одинока – лишь я и космос. Раз даны мне минуты эти