Александра Каспари – В поисках счастья (страница 5)

Оказалось, что у Элси имеется только один брат, да и тот младше её на восемь лет. Отец – старший фельдшер в городской больнице, а мать – акушерка. Элси же, имея целительский дар среднего уровня, решила попробовать себя в военной медицине. Жениха нет, сердечных привязанностей тоже, зато амбиций выше крыши.

– Не осуждаю тех, кто сюда за мужем приезжает, – заявила она, – а я не из таких. Я учиться хочу. Хочу сама себе имя сделать. Работать хочу, карьеру построить. А очаги охраняют и детей растят пусть те, кому это нравится.

Только разузнав основные факты из биографии своей новой соседки, я немного рассказала о себе. Впрочем, о себе я всегда рассказывала мало по той простой причине, что и рассказывать, собственно, было не о чем. Ничем, кроме подвигов предков, я не прославилась. Спорт, нестабильный целительский дар, домашние питомцы, зависимость от солнечной погоды, чтение приключенческих романов и боязнь крови – все мои характеристики, но о двух последних я обычно умалчиваю.

Я только настроилась как следует поболтать, когда Элси со словами: «Извини, нужно подтянуть теорию», – достала толстенный учебник по биологии. Точно такой остался у меня дома на полке.

– Да, конечно, – кивнула я и принялась распаковывать немногочисленные вещи.

Комната досталась нам небольшая и, на удивление, не лишенная уюта. Большое окно, выходившее на огороженное сеткой футбольное поле, делило комнату надвое. По обеим его сторонам в зеркальном отражении располагались застеленные пушистыми пледами кровати. У каждой из них – свой коврик и своя тумбочка. Над изголовьями – одинаковые светильники, в центре под потолком висела люстра на четыре лампочки. Вдоль стен – два письменных стола, два деревянных стула с мягкими сиденьями, два узких платяных шкафа. Стены выкрашены приятной персиковой краской. Окно завешено кружевной занавеской, но предусмотрены также и светонепроницаемые шторы бледно-оранжевого цвета. Над кроватями красовались довольно неплохие акварельные пейзажи: мне достался лесной пейзаж, а Элси – морской, и это единственное, что разнилось. Ах да, с моей стороны ещё была дверь, ведущая в уборную, а со стороны Элси – в душевую.

Быстро покончив с вещами, я заскучала. Элси, похоже, надолго углубилась в изучение биологии. Читать мне не хотелось, разве что есть немного. Судя по общепринятому распорядку дня, которое я, помимо прочего, отыскала в ворохе бумаг, поданных мне секретарём Скребноутом, ужин я пропустила, а следующего приёма пищи ждать до восьми утра. От нечего делать я сгрызла яблоко и отправилась гулять по территории. Я не привыкла много времени проводить без движения, а потому небольшая прогулка оказалась весьма кстати.

Извилистая дорожка, обсаженная невысокой живой изгородью и каштанами, привела меня к небольшой спортивной площадке. Там занимались парни в самой разной спортивной одежде, должно быть, все они поступающие, как и я, потому что кадетам выдавали несколько комплектов формы, в том числе спортивной, по цвету факультета: чёрный носили легионеры без магических способностей, синий – боевые маги, а целители щеголяли в зелёном.

Парни тотчас повернули головы в мою сторону. Кто-то даже присвистнул. Похоже, девушки тут и правда редкость. Пока никого, кроме Элси, я не увидела.

– Не заблудилась, красавица? – поинтересовался один, крутивший мощные педали-лопасти на тренажере, похожем на велосипед.

Парень был высокий и крепкий, как, впрочем, и все здесь, только лицом не вышел. Коротко стриженые ярко-рыжие волосы торчали ёжиком, на широком лице рассыпались веснушки. Чем-то он напомнил мне Вискерса, но погладить его желания не возникало.

– Нет, не заблудилась, – с вызовом ответила я. – А на настоящем слабо прокатиться?

– Ого, а девочка, никак, кусается? – усмехнулся парень.

– Полегче, Дикон, я слышал, в академию приехала сестра Даттона, – заметил другой, сидевший на перекладине турника и с интересом наблюдавший за нашей перепалкой.

– Но это не значит, что эта кусака его родственница, – поддел первый.

– А кто такой Даттон? Мы должны его бояться? – усмехнулся третий.

– Ты с луны, что ли, свалился? – загалдели вокруг. – Никогда не слышал эту фамилию? А ещё в академию легионеров поступать собрался!

– Вообще-то, я ещё здесь, – возмутилась я.

– Девчонка на спортивной площадке? Что она здесь забыла? – продолжал издеваться тот, кого назвали Диконом. – Она же наверняка на целительский поступает и со спортом на «вы»!

Ох, зря он это сказал!

– Что забыла? То же, что и ты! Спорим, я сделаю тебя на любом из этих тренажеров? Выбирай!

– Ты в своём уме? Я не соревнуюсь с юбками! – зашипел Дикон, стремительно багровея.

– Ты видишь на мне юбку?

Я стояла, вперив руки в бока, и сверлила взглядом несносного парня, а тот в свою очередь глядел на меня, и лицо его переливалось багровыми и лиловыми пятнами. Держу пари, он успел пожалеть о том, что задел меня.

Вокруг стали собираться мальчишки, предвкушая бесплатное развлечение. Кто-то уже делал ставки. Правда, не в мою пользу.

– Смелая девчонка! – послышался единственный одобрительный возглас.

А кто-то вслух оценивал мою внешность, в частности, вид сзади.

Уходить поздно и глупо. Уйти – значит заранее признать своё поражение. Миранда Даттон не из таких.

Поэтому, не дав Дикону выбрать, я влезла на такой же тренажер, стоявший напротив. Закрепила ступни ремнём, чтоб не скользили. Пошевелила педалями. Тяжёлые, но я справлюсь. Не думаю, что я в самом деле обойду здорового парня по очкам, но хотя бы докажу, что чего-то стою в этой жизни.

– Внимание! Внимание! Невиданное зрелище! Девушка соревнуется с парнем! – объявил крепкий брюнет в серых спортивных штанах и белой футболке. – На тренажерах установлены счетчики. Кто больше намотает миль за двадцать… ладно, за пятнадцать минут, тот получает свой выигрыш по ставкам. Мы дадим вам фору, мисс.

– Не нужно, – мотнула я головой.

– Я настаиваю, – процедил мой соперник.

– Дикон, обнуляй счетчик! – выкрикнул кто-то из толпы.

Я услышала, как он проскрипел зубами, но тумблер на счетчике повернул.

– Готовы? – спросил парень, принявший на себя роль арбитра. – Кстати, я Роб Патмор. Парень за тренажером напротив – Дикон Уолберг. Мисс, позвольте узнать ваше имя?

Называть себя по имени в мужской компании противоречило правилам этикета, поэтому пришлось назваться как положено:

– Миранда Даттон.

Сразу же посыпались возгласы:

– Я же говорил! Сестра старосты факультета!

– Дикон, ты труп!

– Ребят, может, не надо?

– Вы уверены, мисс Даттон? – переспросил Патмор.

На миг я усомнилась. Не подставляю ли я Митчелла? Но не пасовать же теперь!

– Как никогда! – ответила я и пронзила сникшего Дикона победным взглядом.

– Вы начинаете, мисс Даттон. Дикон минутой позже. Кстати, Дикон, используй ремни, иначе можно травмировать ногу. Готовы? Три, два, один. Поехали!

Я раскачала педали и сделала полный оборот. Потом второй, третий, постепенно ускоряясь. Вокруг свистели и улюлюкали, махали руками, но я старалась дышать ровно и просто крутить педали. Это несложно. Как на велосипеде, только стоя.

Минутой позже подключился Дикон. Парни сосредоточились на счёте и отвлекали уже меньше. В конце концов, задницы есть у всех, не только у меня, и лучше не думать о том, что на меня смотрят.

Интересно, отец, отправляя меня сюда, предвидел подобные ситуации?

Когда соперник в попытке меня догнать и перегнать запыхтел как паровоз, мне стало смешно, но я помнила о дыхании. Если собьюсь, всё испорчу.

– Молодец, девочка!

– Давай, Даттон, я на тебя поставил!

– Дикон, поднажми! Не умирай! Ну что ты как юбка!

Кто-то считал оставшиеся минуты, кто-то озвучивал показатели на счётчиках. Гвалт стоял неимоверный, однако я понимала, что с небольшим отрывом начинаю проигрывать.

И тут Дикон попал в переплёт. То ли ремень подвёл, то ли стремление выиграть любой ценой. Нога его соскользнула и попала между лопастью и маховиком. Послышался одновременно хруст и сдавленный крик.

Парни кинулись к товарищу. Мне тоже поплохело, как только я представила, что могло случиться с его ногой. Мышцы мои обмякли, дыхание сбилось. Чуть притормозив и не дождавшись полной остановки, я высвободила ступни из ремешков и спрыгнула на землю.

– Ну что там? Жить будешь? Помочь дойти до лазарета или сам дойдёшь? – загалдели мальчишки.

– Всё нормально. Продолжим, – сквозь зубы проговорил Дикон. Я не видела, что у него с ногой.

Мне бы ему помочь... Но как? Там же наверняка перелом, а значит... Значит, там то, чего я боюсь больше смерти!

Ситуацию спас кто-то из старшекурсников в форменном спортивном костюме легионеров – чёрном с голубыми лампасами.

– Что здесь происходит? – гаркнул кадет. – Травма? Взяли под руки и понесли, ну же. Сами допереть не можете, что делать? Бестолочи! – и уже мне: – А ты тут что делаешь? Из-за тебя сыр-бор?

– Почему сразу из-за меня? – фыркнула я. – Это не мужская академия. Где хочу, там и хожу.

– Это Даттона сестра, – представили меня сразу несколько голосов.

Старшекурсник смерил меня убийственным взглядом, но ничего не сказал.

Парни расступились, и двое из них, поддерживая хромающего Дикона подмышки, увлекли его по дорожке в сторону главного корпуса. Я отпрыгнула в кусты, пропуская процессию, и нарочно не смотрела вниз. Но успела услышать чёткий запах крови – сладкий, с металлическими нотками. Меня тут же замутило, в глазах потемнело, и, предчувствуя скорый обморок, на негнущихся ногах я ретировалась в противоположную сторону.