Александра Каспари – Наследство с сюрпризом, или Любовь по соседству (страница 7)

– Вы н-ничего странного не в-видели? – прозаикалась я.

– Нет. А должны были? – вежливо осведомилась Барбара.

Я потерла замерзшее ухо, а после придирчиво осмотрела собственную руку. Ничего необычного. Рука как рука. Ничем не измазана. И бокал уцелел. Мне стало стыдно и обидно. Вспомнились детские проделки Джошуа, когда он пугал меня, вырядившись призраком или подвешивая пузыри с водой над входной дверью. Неужели Барбара с Фабрицио на такое способны?

Я покосилась на девочку. Какое-то чересчур дружелюбное у нее выражение лица, учитывая жуткий в целом образ.

– Аманда, ты выглядишь так, словно пила в одиночестве, – нетактично заметил попугай. – Или, может, ты увидела привидение?

– Хотите чаю? – проговорила я таким бодрым тоном, на какой только была способна. – Велю Люскомбу подавать.

– Аманда, ты не возражаешь, если я принесу кое-какой еды? – спросила Барбара. – Между нами, Люскомб совершенно не умеет готовить.

– Он и не должен уметь, – вставил свое ценное мнение Фабрицио, – обычно готовит кухарка.

– В наше время уметь готовить должен даже дворецкий, – справедливо заметила я, – хороших кухарок на всех не напасешься. Конечно, я не против, Барбара, я только за.

Девочка убежала. Как только мы с Фабрицио остались одни, я рухнула в кресло, а попугай пристал с вопросами:

– Ну же, дорогая, признавайся, что случилось? Я слишком хорошо тебя знаю, чтобы утверждать: ты напугана. Нам стоит собирать вещи?

– Кто из вас покидал комнату за прошедшие полчаса? – строго спросила я, не удостоив попугая ответом. – Или оба? Признавайся, плут!

– Никто! – каркнул пернатый. – Что тебя испугало? Мышь? Крыса? Паук?

– Не смешно, – пробормотала я.

– Будет обидно съехать так скоро, – говорил Фабрицио, расхаживая по спинке дивана, – когда мы только-только распаковали вещи и начали обживаться.

– Обживаться? Здесь же невозможно жить! У тебя есть специальный корм, а меня Люскомб скоро замучит голодом! – справедливо возмутилась я.

– Не выдумывай! Сильную и самодостаточную женщину еще никто голодом не заморил!

– Похоже, вы с Барбарой спелись, – вынесла вердикт я, а про себя подумала, если узнаю, что это их рук дело, этим двоим не поздоровится!

Барбара вернулась с полной корзиной всякой снеди. Здесь были и свежие овощи, и ветчина, и мягкие лепешки, буквально тающие во рту, и сыр, и даже домашний мармелад. Я набросилась на угощения, точно неделю не ела.

Вечер прошел на удивление весело. Барбара оказалась приятной собеседницей, а Фабрицио как никогда сыпал шутками, от которых в буквальном смысле можно было надорвать от смеха живот.

– Жаль, брата нет с нами, – в перерыве между приступами веселья заметила Барбара, – ему бы тоже понравилось. Он сегодня обедает у архидьякона в Байбери.

Черт меня дернул в этот момент посмотреть на Фабрицио. Попугай так комично закатил глаза, мол, знаем мы, какие эти святые отцы зануды, и в том, что одного из них нет за нашим столом, нет ничего плохого. Я не удержалась и прыснула от смеха. Барбара вопросительно захлопала ресницами.

– Извини, вспомнила одну смешную историю, – поспешила оправдаться я. – Фабрицио не рассказывал, как мы познакомились?

– Нет, – покачала головой Барбара и уселась поудобнее, приготовившись слушать.

– Это не смешная истор-рия! – завопил попугай.

– Позволь мне судить, – отозвалась девочка, на что Фабрицио нахохлился и отвернулся. – Ну не сердись! Уверена, ты показал себя с наилучшей стороны!

Она потянулась его погладить и попугай заквохтал, точно курица на яйцах.

К сожалению, приятную беседу прервало появление Люскомба.

– Мистер Джошуа Гилмор изволит переговорить с вами по телефону, миледи, – сообщил дворецкий. – Что ему доложить?

– Веселитесь без меня! – улыбнулась я и вспорхнула с дивана. – Спасибо, Люскомб, я подойду.

Телефон стоял в скверно освещенном холле. Непременно вызову деревенского электрика вновь и заставлю повесить с дюжину дополнительных лампочек!

– Джошуа, ты? – сказала я в трубку. – Рада слышать!

– Привет, дорогуша! – в своей бесцеремонной манере отозвался кузен. На фоне его голоса слышался женский смех и музыка. Джош, как обычно, устроил вечеринку. – Превращаешься в деревенскую клушу? Я-то думал, уже тебя не застану.

– Ты позвонил в «Дубы» и слышишь меня, значит, я на месте. Тебе бы тоже не мешало приехать. Работы здесь хватает.

– Ты же не собираешься тратить свою магию на покраску стен или что там обычно делают в старых домах? Вызови бригаду рабочих, раздай указания… А вообще, зачем тебе все это нужно? Я сразу сказал, звони поверенным и даже не пытайся вникнуть в эти хозяйственные премудрости. У тебя и в столице куча дел.

– Мне хотелось взглянуть на «Дубы» самой, ты же знаешь.

– Нашла что-то интересное?

– Что ты имеешь в виду?

– Я тебя знаю, Аманда. Ты бы не бросила друзей ради какого-то полуразвалившегося особняка в богом забытом месте.

– Может быть, в отличие от некоторых, я взрослею.

– Я же слышу, ты обижена. Ладно. Приеду. Завтра же. Или послезавтра. Но если ты вдруг соберешься завтра с утра пораньше домой, позвони.

– С чего бы мне собираться домой? Я еще даже не закончила разбирать вещи в тетушкином кабинете!

– Я просто предупредил. На всякий случай, чтобы мы не разминулись.

– Хорошо, Джош. Доброй ночи.

– И тебе сладких снов, дорогая.

Я положила трубку и пожала плечом. Что Джош имел в виду? Что здесь может быть интересного, кроме любительских рисунков? Или болтает почем зря?

Но, в очередной раз проходя мимо картин в старинных рамах, я вдруг отчетливо осознала, чем займусь в ближайшее время.

Глава 5. Вторая ночь в «Дубах»

Я настойчиво убеждала себя, будто голос в тетушкином кабинете мне просто почудился, однако, чем ближе время подбиралось к полуночи, тем больше мне хотелось последовать совету незваного невидимки.

– Ты у себя дома, Аманда, и никто не вправе выгнать тебя отсюда, – говорила себе я, на всякий случай вооружаясь чугунной кочергой и канделябром потяжелее.

– Что ты удумала, женщина? – выглянул из-под подушки попугай.

– А на что это похоже? – проворчала я.

– Уж явно не на прочистку каминных труб собираешься на ночь глядя.

– Хочешь со мной?

Пару-тройку секунд попугай сомневался и все же трусость взяла над ним верх.

– Пожалуй, подожду тебя здесь. Мы с Барбарой и без того работали сегодня как не в себя.

– Не околей тут от страха, – съязвила я и выглянула в коридор.

Там было темно и тихо. Можно было бы успокоиться и вернуться к своему болтливому другу, не раз спасавшему меня в часы тоски и бессонницы, но белая полоса на полу привлекла мое внимание.

Я наклонилась. Посветила.

Что это такое? Какой-то порошок? Зачем он здесь?

Оказалось, что и у порога соседней двери блестели мелкие кристаллики какого-то вещества. Взяв кочергу подмышку, я поднесла к глазам горсточку.

– Да это же обыкновенная соль! – вслух подумала я. – Кому понадобилось рассыпать у порога соль?

– Соль? – переспросил Фабрицио. – Ты уверена?

– Вполне, – отозвалась я. – Не веришь – попробуй сам.

– Птицам соль вредна, – со знанием дела молвил попугай. – Посмотри, нет ли чего над дверью.