Александра Каплунова – В пирогах Счастье (страница 7)
Глава 4.1
– Уволю, – рыкнул Вилен и все же попытался вырвать бутылку из моей руки. Кажется, это вино было ему очень нужно. Но и я не сдавалась…
Нет, конечно, я и сама была не прочь пригубить бокальчик в праздник или вечером в хорошей компании, но чтоб вот так! На работе! Да с утра пораньше!
Попахивало алкоголизмом. А с этим я точно мириться не собиралась. Рыба гниет с головы, так говорят… И если хозяин будет пропоицей, то и из таверны толку не выйдет.
Я с силой пихнула Вилена в плечо, радуясь, что мое тело снова молодое и сильное.
– Не уволишь, – ответила ему в тон. Тут главное – решительность. Вилен от прошлой Нины точно нахрапа не ожидал. Значит будем пользоваться.
Он отшатнулся по инерции, а я уже рядом с раковиной была.
– Куда! – застонал он, когда я перевернула бутылку, и вино полилось в слив.
– Никакого спиртного на работе.
Два шага и он снова стоял напротив. Наклонился вот, глазищи краснотой налились. Дышит, ноздри раздувает.
– И нечего пыхтеть на меня.
– Собирай-ка ты свои манатки, Нина, – начал он, но я опять перебила.
– Месяц.
Он моргнул и осоловело уставился на меня.
– Чего месяц?
– Дай мне месяц. И за этот срок, коли будешь делать все по моим правилам, мы сможем изменить это место до неузнаваемости.
Сказала, а сама про себя присвистнула. Месяц! Это ж тоже надо такое ляпнуть! Тут бы хоть полгодика… Пока старых клиентов отвадишь, потом новых привлечешь. А еще же надобно все в должный вид привести, работников нормальных найти.
– В тебя бес вчера вселился что ли? – его глаза напротив моих сощурились. Я снова поморщилась, когда он дыхнул на меня запахом вина.
– Разве ж бесы помощь предлагают? Считай, я твой новый ангел-хранитель. Ты меня не бросил, когда худо было, вот – воздается.
– С чего бы вдруг мне с тобой договоры заключать? Меня и так все в жизни устраивает.
– Уверен? – я бровь выгнула. И вот прямо чуяла каким-то шестым чувством, что брешет он. Не устраивает его ничегошеньки. Ни таверна эта, ни жизнь в целом.
Вилен еще какое-то время вглядывался в мои ясны очи, прежде чем выпрямился и отступил.
– Посмотрим, – пробурчал он, подхватил ведро и отправился вслед за мальчишками.
Я же едва не вскрикнула от радости.
– И никакого алкоголя в рабочее время! – крикнула ему вдогонку.
Все, голубчик. Считай, ты мне сам зеленый свет дал.
Правда, когда я вышла в зал радости моей поубавилось.
– И что это? – уточнила у всех четверых разом.
Мальчишки разбрелись по залу. Гасти и Малик увлеченно играли в какую-то игру с помощью деревянных фишек.
Вилен стоял за стойкой и лениво тер грязной тряпкой глиняную кружку.
И только младший из мальчишек удрученно мел пол.
На меня они не обратили никакого внимания. Вот паршивцы.
– Ладненько… – Я подошла к Боди, вроде так звали самого младшего. Забрала у него швабру и дала в руки веник. – Вот так удобнее будет.
– Ребятки, давайте-ка всю посуду в кухню несите. – Я подхватила поднос и составила на него несколько тарелок, а сам поднос пихнула в руки Гасти.
– Эй… – он попытался возмутиться, но я зыркнула на него весьма выразительно, и мальчишка все же поплеся в кухню. Да, прыткости им не хватает.
Нужна мотивация…
– Чем быстрее наведем чистоту, тем быстрее возьмемся за пирог, – я закинула удочку, складывая на другой поднос новую стопку посуды.
Малик тут же обратил на меня внимание.
– Пирог? Да Дульсинея только хлеб печь умеет. И тот почти всегда горелый…
– А кто сказал, что она печь будет?
Из-за прилавка, где стоял Вилен, послышалось хмыканье, но я не обернулась.
Зато поймала взгляд Малика. Заинтересованный такой.
– Яблок в саду в достатке. Шарлотку спечем.
– Это что такое?
– А вот как испечем так и узнаешь…
– Гадость наверное какая-то, – вздохнул мальчишка. Но уже сам подошел ко мне и забрал полный поднос посуды.
– Не попробуешь – не узнаешь, – я подмигнула ему, чем вызвала улыбку.
Повернулась к Боди, который продолжал усердно мести пол. Мальчишка не филонил, и на фоне друзей это показалось мне весьма похвальным. Я поспешила в его сторону и принялась протирать уже пустые столы.
– Вилен, щетки бы надо, – тряпка упорно липла к столу…
– Неугомонная, – ворчал он снова, но все же куда-то направился.
Чтобы убрать зал нам понадобилось по крайней мере пять часов. И то я бы не сказала, что здесь теперь царил идеальный порядок. Время уже перевалило за полдень, и даже несколько завсегдатаев пытались заглянуть внутрь, но Вилен быстро объяснил им, что сегодня мы не работаем.
Дульсинея, вернувшись с рынка, который, оказывается, был здесь неподалеку, тоже присоединилась к нам. Работа шла споро… Я даже уговорила Вилена вычистить очаг, который весь был чернущий от копоти, а внутри собралась такая огромная гора пепла и сажи, что удивительно, как она еще не сыпалась через край.
– А обедать будем сегодня? – на шестом часу Гасти уже явно страдал. Марко вторил ему, и даже ворчание Вилена все чаще звучало, как стоны о помощи.
Мне вообще казалось, что он сперва не верил в то, что я действительно это задумала, и все ждал, когда я сдамся. Не вышло.
Да и я сама, признаться, уже ужасно хотела поесть.
– Так я ж тут с вами кручусь, кто готовить-то будет? – фыркнула Дульсинея.
– Может хоть щи вчерашние остались? – протянул Малик, но остальные так красноречиво переглянулись, что стало понятно, щи никто не хочет.
– Пойдемте поглядим, что там есть… – Я отжала тряпку, которой домывала полы, утерла взмокший лоб, и махнула в сторону кухни.
Просить дважды не пришлось.
Я почти сразу отправилась следом… Только Вилен немного задержался, провожая меня каким-то странным задумчивым взглядом. Он покачал головой каким-то своим мыслям, и лишь после двинулся за нами.
– Щей нет уже, – сообщила Дульсинея, заглядывая в кастрюлю. – Вчера все выгребли.
– А что ты с рынка принесла? – Я потянулась к сверткам на столе, отогнула бумагу на одном, но тут же отпрянула, на меня так пахнуло, что мигом тошнота к горлу подкатила. – Что это, Дульсинея? Воняет так, будто кто-то умер.
– Так курятина.