Александра Каплунова – В пирогах Счастье (страница 67)
Он ударил меня. Наотмашь. Да так, что я упала на постель.
— Сегодня ты забудешь его. — Якуб уже звенел пряжкой своего ремня. Еще миг и весь его вес снова оказался на мне.
— Помогите! — я отчаянно закричала во весь голос, не прекращая при этом борьбы. — На помощь!
Его ладонь накрыла мой рот.
— Кричать бесполезно, сладкая, — прошипел он. — Никто не услышит. Все на ярмарке.
Отчаяние захлестнуло меня с новой силой. Я извивалась под ним, пытаясь найти хоть какую-то возможность вырваться. Мой взгляд метался по комнате в поисках оружия, чего угодно, что могло бы помочь.
Свеча! На столике у кровати горела свеча в подсвечнике. Если бы я могла дотянуться...
Якуб, видя мое сопротивление, зарычал от ярости. Он схватил меня за волосы, дернул голову назад, открывая шею. Прошелся по ней языком, от чего мой желудок в миг сжался. Тошнотворный позыв подступил к горлу.
— Твой муженек тебя не спасет, — выдохнул он мне в лицо. — Он сейчас развлекается на ярмарке, пока я здесь с тобой.
— Вилен не на ярмарке, — процедила я сквозь зубы. — Он скоро вернется!
В глазах Якуба мелькнуло сомнение, но лишь на мгновение.
— Врешь, — он усмехнулся. — Я следил за вами. Он ушел со своими дружками. А потом наверняка присоединится к детям и старухе.
В этих разговорах он все же чуть отвлекся. Я сумела дотянуться до прикроватного столика, схватила подсвечник и сунула его в лицо этому уроду.
Якуб взвыл, скатился с меня, хватаясь за свою подгоревшую морду.
Я кинулась к двери… и на этот раз та поддалась! Видимо, в прошлый раз замок все же подзаклинило, поэтому я не сумела открыть его.
Впрочем, Якуб уже несся следом.
Мы почти кубарем скатились с лестницы мансарды. Я кинулась дальше, на первый этаж, но он был слишком близко…
Вниз, в зал..? Но дверь на улицу заперта! Я не успею открыть ее. Ключи на другом конце зала!
Не раздумывая больше, я влетела в кухню. Захлопнула дверь и повернула защелку.
С той стороны на нее тут же обрушились удары.
— Открой, Нина! Открой сейчас же!
Я оказалась там же, где все началось и в тот раз.
Ноги подкосились, я позорно разрыдалась. Но все же нашла в себе силы дойти до разделочного стола и взять самый огромный нож.
— Если ты не откроешь, я спалю эту чертову таверну, Нина, спалю до тла! — он орал так, что я присела со страху. Спряталась за островком столов.
Только бы Вилен вернулся поскорее…
Глава 31.1
Я сидел за столом в таверне "Пьяный угорь" с Маркусом и Семеном, нашими теперишними поставщиками муки. Мы встретились на площади, когда я уже распрощался с сослуживцами и все же решил использовать свободное время, чтобы обсудить новые условия поставок. С тех пор как мы расширили производство, нам требовалось все больше муки.
— За успех твоей пекарни, друг! — Маркус поднял кружку с пивом.
Я отсалютовал своей кружкой с морсом. С тех пор как бросил пить, я не притрагивался к спиртному, и мои новые друзья это уважали.
— И за твою прекрасную жену, — добавил Семен с усмешкой. — Только благодаря ей твоя развалюха превратилась в лучшую пекарню в городе.
— Это точно, — я не смог сдержать улыбку, вспоминая Нину.
После той ночи все изменилось. Словно между нами исчезла последняя стена. Каждое утро я не мог оторвать от нее глаз. Она казалась другой, светящейся изнутри. А может и всегда была такой, просто прятала от меня это.
Или я сам боялся увидеть.
Маркус хлопнул меня по плечу. Я аж поперхнулся. Ручища у него была с молот.
— Эй, друг, ты с нами? Витаешь где-то в облаках.
— Небось о жене размечтался, — усмехнулся Семен. Они оба рассмеялись, но вовсе не зло. Я и сам не сдержался.
— Когда такая жена, чтоб и не помечтать?
— Вот уж твоя правда.
Я допил морс, поставил кружку на стол.
— Так что насчет новой партии? Сможете привезти во вторник?
— Без проблем, — кивнул Семен. — А мука с южных полей в этом году особенно хороша. Твоя Нина оценит.
Мы обсудили детали и ударили по рукам. Я почувствовал легкое беспокойство — на улице уже смеркалось, а я обещал домашним присоединиться к ним на празднике. Как бы не обиделись.
— Пойду поищу своих, — я поднялся из-за стола.
— Скажи Нине, что жена Семена просила особый пирог на день рождения дочери, — крикнул мне вслед Маркус.
Я махнул рукой и вышел на площадь, заполненную народом. Ярмарка была в самом разгаре. Повсюду горели фонари, играла музыка, слышался смех. Обычно такие места вызывали у меня дискомфорт. Слишком много людей, слишком много шума. Но сегодня в теле ощущалась странная легкость.
Нина изменила не только пекарню, но и меня самого. Раньше я жил словно в тумане… между приступами похмелья, сожалений, жгучей боли в груди и периодами забытья. А теперь каждый день был наполнен смыслом. Пекарня, дети, она… И магия, которая странным образом вернулась ко мне.
Больше никакой сосущей пустоты внутри.
Сложно сказать, в какой момент это произошло. Но я точно знаю, что именно моя дорогая супруга заполнила эту брешь своей заботой, теплотой и любовью ко всему этому миру.
Рядом с ней невозможно было оставаться тем, кем я был.
Я направился к центру площади, где, по словам Дульсинеи, должны были выступать кукольники. Протолкался сквозь толпу и увидел их. Дульсинея держала за руку Касю, рядом стояли Боди, Марфа и Летиция со своими семьями. Все смотрели представление. Кукольный театр разыгрывал сказку о принцессе и драконе.
Я подошел ближе и положил руку на плечо Боди. Мальчик вздрогнул, но, узнав меня, расплылся в улыбке.
— Вилен! Ты пришел! Смотри, дракон сейчас съест принцессу!
Я улыбнулся и потрепал его по волосам.
— Как думаешь, рыцарь успеет ее спасти?
— Конечно! — уверенно заявил Боди. — Хорошие всегда побеждают!
Его детская вера в справедливость тронула меня. Кася тоже заметила мое появление и перебежала ко мне, обхватив руками за пояс.
— Ты видел, какие красивые ленты у принцессы? — спросила она с восхищением. — Нина обещала купить мне такие же!
При упоминании Нины я огляделся.
— А где она? — спросил я у Дульсинеи, которая как раз подошла поздороваться.
— Нина? — Дульсинея нахмурилась. — Разве она не с тобой? Она ушла наверное уже час назад, сказала, что ей нужно что-то докупить.
Тревога, которая смутно беспокоила меня весь день, вдруг стала острее.
— Куда ушла? Она не сказала?
Дульсинея покачала головой.