Александра Калинина – Дело об исчезнувшем Лукоморье (страница 9)

– Я от бабушки ушел. Я от дедушки ушел.

– Только от себя тебе не уйти, – добил я его. – Если оставишь всё как есть, так и будешь делать всё с мыслями «а что скажет семья?». Поговори с ними, скажи, что любишь, уважаешь, никогда не бросишь. И добавь, что хочешь принимать свои решения. У них совета спроси, но поступай, как тебе сердце подсказывает или мозги. Что там у тебя внутри?

Колобок про внутренний мир разговаривать не пожелал, ушел от ответа. Поблагодарил меня, только взгляд у него сделался какой-то стеклянный и жуткий. Он покатился боком, приговаривая:

– От лисицы ушел и от волка ушел. От себя не ушел. От себя не уйти.

Неприятный осадочек остался от этой встречи. Вроде хотел помочь, а сделал хуже. Вот в чем беда.

Несколько дней меня мучили угрызения совести. Пару раз мимо Дуба по берегу прокатывался Колобок с безучастным взглядом и словами «Я от бабушки ушел. Я в себя ушел. Я от дедушки ушел. Я в себя ушел». А потом и вовсе разговаривать перестал.

Я чуть в депрессию не впал от того, что мне такие неправильные книги подсунули. Взял в руки мел, написал на Дубовом стволе у себя над головой: впадаю в депрессию, просьба не мешать. Но тут Кощей явился.

– Куда ты впадаешь? Ты Кот, а не река. Лучше помоги мне. Что-то тошно стало.

Я окинул Бессмертного взглядом: тощий, костюм в облипочку, корона прежний блеск потеряла, щеки впалые. Да и не каждый с ним разговаривает. Репутация у него такая… Сложная, в общем, репутация. Отчего ж не помочь? Опять же, вдруг у меня всё получится.

– Ладно, Кощеюшка, что там у тебя?

– Бессмертие, – отвечает Кощей, а сам тоскливый, как болота осенью. – Знаешь, каково это – быть бессмертным, вечно чахнуть и знать, что ты никогда не зачахнешь. А потом вспоминать про этого зайца, в котором твоя смерть. И страшно становится. Вот и получается, что бессмертие меня тяготит, а жить я тоже хочу. Но самое страшное – сны. Я за свои столетия чего только не натворил.

– И тебе стыдно? – важно предположил я.

– Нет, мне обидно. Раньше я царевен всяких похищал и устраивал квесты для их женихов. Кто мои загадки разгадает, тот невесту вернет. А глупому парню царевну отдавать не надо. Меня иногда отцы этих девушек сами просили: похить мою дочь, хочу ее возлюбленного испытать. Еще я сражался против Горыныча. Сражался на стороне Горыныча. Хотел стать отшельником, ушел жить на природу, вплел в волосы венок, сделал себе амулет на шею, научился играть на балалайке, призывал к миру, а не войне. Однажды заболел. Очень сильно. Насморк был таким, что моего чиха в нескольких окрестных лесах боялись. Я бессмертный, поэтому не умер, но стал болезней бояться. Одно время хотел сделать спортивную карьеру. И политическую. Но мои идеи никто не разделял. Так что за себя я один проголосовал.

– А сны при чем?

– Ночью я вижу себя в былые времена, просыпаюсь и понимаю, что хочу вернуться к себе прежнему. Но к кому из них, сам понять не могу. Как дальше жить? А ведь жить придется вечно. Знаешь, какая это проблема? Запутался я.

– Просто кошмар, – говорю. – А когда ты был больше счастлив? Когда царевен похищал или спортивную карьеру делал? Тебе просто надо разобраться в себе. Уж больно ты противоречивый и внезапный. Выпиши на бумажку все плюсы и минусы своих прошлых личностей. И реши, каким ты хочешь быть.

Кощей меня отблагодарил, гусли-самогуды принес и ворону в клетке, чтобы она висела на Дубе для интерьера.

–Пойду разберусь в себе, спасибо тебе, Кот, – сказал он. И ушел.

С тех пор я его не видел. Но меня его случай так вдохновил, что я еще куче народа помог. Вот вернем Лукоморье на место, сами всех расспросите.

Глава 7

Рассказ Кота не вдохновил Кощея (того, что в короне). Он стоял подбоченясь и как-то очень недобро смотрел на усатого виновника всех своих неприятностей:

– Я, Ученый, в себе разобрался. Так разобрался, что теперь не знаю, как собраться обратно. И что теперь? Мы ходим, как официанты на банкете или школьники на дежурстве!

Он поднял кисть руки вверх, и остальные Кощеи как по команде выстроились в линеечку. На груди у каждого висел бейдж с именем. Кощей Всех Тощей, Кощей Всех Ловчей, Кощей Всех Злей, Кощей Всех Мудрей…

Кот очень неубедительно сохранял спокойствие. Его выдавали поджатые уши и вздыбленная рыжая шерсть.

– Если рассуждать здраво, – Ученый глазами искал лучший путь к побегу, но, увы, не находил, – то наука здесь не виновата. Если только ты не клонировал себя. Но распадение на множество личностей – это вопрос магии. Хотел прожить вечности в двенадцати образах – вот теперь и живи.

Петя понял, что разговор может затянуться. Сейчас Кощей (какой-то из…) начнет ловить Кота. Кот, естественно, примется удирать. Потом все Кощеи долго и нудно будут откручивать Коту хвост, а то и какие-нибудь другие полезные в кошачьем организме органы. Например, голову. А Лукоморье в это время продолжает схлопываться и вот-вот совсем исчезнет. Пришло время вмешаться.

– Кот, – заявил Петя, – думаю, Кощеям лучше решить свои проблемы в Лукоморье. Нам надо скорее Дуб на место вернуть. А то мы только время теряем.

– Ситуация сложная, но есть в ней и плюс, – Ученый выдержал театральную паузу. – Вас много, а смертельный заяц с иголкой внутри – один. Теперь вы точно его из виду не потеряете.

– Конечно, нет, – нервно захихикал Кощей Всех Бодрей. – Невозможно потерять то, что ты уже проморгал.

Он вывернул карманы своих джинсов:

– Нет зайца. Нигде. Мы его везде искали. Кроме карманов. А теперь последняя надежда – ёк!

– Лукоморье схлопывается, в кухне сидит и распивает чаи Царица, в комнате лежит Дуб, Белка истерит, а тут еще и заяц пропал, – пробурчал Волк себе под нос. – Мне одному кажется, что ситуация выходит из-под контроля?

Петя сорвал пару земляничин и машинально протянул Самобранке. К всеобщему удивлению, Скатерть угощение втянула!

– Ого! – воскликнул Петя, – значит, ты всё-таки ешь! А скажи-ка, ты случайно зайца не забыла выплюнуть?

– Исключено. Никаких зайцев не было. Я спать, – ответила Самобранка. И захрапела.

Не успел Петя поразиться необычной разговорчивости ценного артефакта, как неподалеку в низеньких кустах раздались чьи-то голоса. Кто-то очень громко и жутко перешептывался и чем-то гремел. Волк на всякий случай прислонился к Кощею Всех Сильней. Кот принял боевую стойку, а Скатерть зевнула и перевернулась изнанкой вверх.

– А чего мы боимся? У нас тут армия Бессмертных! – Петя не терял самообладания. И правильно делал, потому что через несколько минут из-за кустов в полном боевом снаряжении и чешуе, как жар горя, дружно высунулись тридцать три богатыря.

– Приятно повстречать земляков, – Кощей Всех Мудрей бросился пожимать руки богатырям. – А то здесь как-то нелукоморно. Заметили?

Вместо ответа один из молодцев хитро прищурил глаза и высунул из-за спины вторую руку. Он держал перед собой за длинные уши Кощееву смерть.

– Ваш заяц у нас! – довольно добавил его соратник. – Кот, мы справились с твоим заданием! Счастливее не стали, но самодовольнее – точно!

– Кот?! Опять Кот?! – Кощеи, не сговариваясь, дружно кинулись на Ученого, тот смело и ловко, лавируя зигзагами, кинулся наутек.

Неизвестно, чем бы всё закончилось, – возможно, победой зла в лице Кощея над наукой в лице, в смысле, в морде Кота, но бесстрашный зверь с разбегу попался в руки богатыря номер шесть.

– Не боись, морда усатая, – успокоил тот. – Теперь ты под моей защитой.

– А я и не боюсь, – Ученый поправил бант. – Я спасаюсь. Абсолютно бесстрашно.

Кощеи погрозили молодцам кулаками и на всякий случай отбежали подальше.

– Вы – организованная преступная группировка во главе с блохастым шарлатаном! Позорище! – крикнул Кощей Всех Смелей с безопасного расстояния. – Вернемся в Лукоморье – всё Черномору расскажем. Пусть он вам нарядов вне очереди навыписывает.

Кот уселся на плечо Богатыря и обиженно сложил лапы на груди:

– В какой раз вам повторить – я не блохастый! И никого преступно не организовывал!

ФЛЕШБЭК БОГАТЫРЕЙ И КОТА

Чтобы понять, что же всё-таки случилось с богатырями, а главное, в чем еще провинился Кот, придется вернуться в недалекое прошлое.

Издавна повелось, что два раза в день из моря-океана вблизи Лукоморья выходят тридцать три богатыря. Каким-то удивительным (хотя чему тут удивляться, сказка же!) образом богатыри одинаково хорошо себя чувствовали на суше и под водой, никогда не теряли бодрости и всегда сохраняли цветущий и румяный вид.

Но вместо того, чтобы радоваться такой внушительной охране, жители Лукоморья предпочитали обсуждать происхождение и физиологию богатырей.

– Это чешуя! Молодцы-то рыбные, – утверждали одни. – Русалкам нашим местным сродни. Особенно той, что на Дубу прохлаждается.

– Тогда откуда у них ноги? Вон же, сапоги! – возмущались глупости сограждан другие обитатели Лукоморья.

– От утопленников достались! Или от тех, кто весь свой хлам в море отправляет! – не сдавались первые.

– Это всё чушь! Настоящие воины носят доспехи и собирают трофеи на берегу, – парировали вторые.

Между всезнающими спорщиками бродили дозором богатыри кто в чешуе, кто в кольчуге, как жар горя. И искали, кого бы одолеть. От кого землю-матушку защитить. Показать силушку богатырскую супостату.

На счастье упомянутых супостатов, им как-то не хотелось нападать на Лукоморье. Богатыри откровенно скучали. Сами посудите: они день за днем выходят, осматриваются и ни с чем возвращаются домой. Силушка богатырская зазря пропадает, а врагов вокруг не наблюдается. Заскучавшие богатыри охладели к службе и начали искать ей альтернативу. И нашли! Зачастили богатыри на «Туц-туц-туц» в царский терем. И, как водится, влюбились разом в одну и ту же девушку. Подумали, почесали затылки под шлемами и пошли к оной на поклон: