Александра Ильбур – Балийские рассказы (страница 3)

«Не нужно объяснять, что тебя тревожит, – я знаю. Ложись», – сказал Манку спокойно.

Я легла. Он не прикасался ко мне руками, но я чувствовала, как над телом движется поток тепла. Вскоре тело охватила волна расслабления, а перед глазами промелькнул образ чёрного балийского духа с клыками – странно, но страха не было, только ощущение, что я становлюсь частью чего-то большего.

Я почувствовала лёгкие вибрации внутри – словно кто-то касался меня изнутри, убирая блоки боли и усталости. Позже мой друг объяснил: это и есть энергетический массаж – практика очищения от негативной энергии и гармонизации тела и духа.

Позже я узнала, что Манку принадлежит к древнему королевскому роду и редко принимает посетителей. Его знания передавались из поколения в поколение, и каждая встреча с ним – это прикосновение к живой магии Бали. Жители острова верят, что энергия, которой он управляет, способна изгонять тени и возвращать силу.

Выйдя из дома Манку, я почувствовала себя другой – как будто родилась заново. Ощущение лёгкости, умиротворения и наполненности сопровождало меня до самого вечера.

Бали умеет открывать сердца и напоминать нам о том, что главное богатство человека – это его связь с корнями, с землёй, с духами и предками. Здесь прошлое и настоящее переплетаются так тонко, что границы стираются, а реальность становится частью большой, живой легенды.

Шоколадная фабрика

Влажный воздух обжигал лёгкие, солнце пробивалось сквозь листву тропического леса, а пальмовые кроны танцевали над головой, словно гигантские зелёные паруса.

Алекс и Лера познакомились всего три месяца назад – и вот они здесь, на Бали, вдвоём. Их мир был наполнен случайностями, которые выглядели как судьба.

– Если мы найдём эту виллу у океана, я обещаю, что это будет наш рай, – сказал Алекс, поправляя шлем глянув на карту в телефоне.

– Рай? В джунглях, где Wi-Fi пропадает каждые три минуты? – Лера засмеялась, но в её глазах блестел азарт.

Мотор байка урчал, пока они пробирались по узкой дороге среди непроходимых тропиков. Влажные листья блестели, словно покрытые стеклом, а из чащи доносились крики обезьян. Наконец дорога исчезла вовсе, превратившись в тропу, усыпанную кокосами.

И вдруг – глухой удар.

Огромный кокос рухнул с двадцатиметровой высоты и разбился о землю в метре от них.

– Чёрт! – выдохнул Алекс. – Ещё немного, и нам бы пришлось звонить в страховую!

– Уходим! – Лера схватила его за руку. – Здесь опасно!

Они побежали по узкой тропинке. Пальмы шумели, словно дышали, а сверху глухо гремели падающие орехи.

И вдруг, когда силы почти покидали их, перед ними открылся ослепительный свет океана. Зелень резко разошлась, и тропинка вывела их к побережью.

Берег был диким, словно забытый людьми рай. Черный песок жёг ступни, а шум волн смешивался с криками птиц. И вдруг среди зарослей они заметили старую фабрику: домики, построенные из бамбука и тростника, половина деревянного корабля над обрывом, казались частью пейзажа.

– Это что… отель? – прошептала Лера.

– Или фильм про Индиану Джонса, – ответил Алекс, вытирая пот со лба.

Дверь одного домика скрипнула, и навстречу вышел мужчина с широкой улыбкой и загорелой кожей. На его соломенной шляпе сидел маленький попугай.

– Welcome to Charlie’s Chocolate Factory! – сказал он, и воздух будто наполнился ароматом какао и свежих фруктов.

Внутри бамбукового павильона царил прохладный сумрак. На длинном деревянном столе стояли стаканы с ледяным шоколадом, украшенные кусочками мяты и кокосовой стружкой. Напиток пах тропиками и солнцем.

– Попробуйте, – сказал мужчина, протягивая стакан. – Здесь, в этих джунглях, мы выращиваем какао уже двадцать лет. Мой отец, Чарли, купил эту землю и построил фабрику, когда здесь был лишь песок и океан.

Холодный шоколад растаял на языке, и мир вокруг замер. Лера улыбнулась:

– Кажется, я только что нашла рай.

Перед фабрикой стоял странный дом – выстроенный в форме старого пиратского корабля. Корму обвивали лианы, нос «корабля» смотрел прямо в океан.

– Это похоже на декорации «Пиратов Карибского моря», – засмеялся Алекс.

– Нет, это лучше, – Лера уже поднималась по лестнице.

С верхней палубы открывался вид на бескрайний океан, где солнечные блики играли на волнах, а лёгкий бриз приносил запах соли. Они фотографировались, смеялись, стояли в обнимку, словно капитан и его штурман, открывающие новый мир.

Чуть дальше к морю свисали огромные качели, привязанные к вековым пальмам. Алекс сел первым, а Лера толкнула его – и он взмыл так высоко, что казалось, пальцы ног коснутся облаков. Затем она сама взлетела, волосы развевались, сердце замирало от восторга.

– Представляешь, если бы так выглядела наша жизнь? – крикнула она сверху.

– Она так и будет! – крикнул он в ответ.

На закате они кормили голубей у берега. Птицы слетались, садились на плечи, трепетали крыльями. Солнце окрашивало океан в золотые и пурпурные оттенки, а их сердца были наполнены планами, мечтами, надеждами.

Лера взяла его за руку:

– Давай пообещаем, что вернёмся сюда.

– Не просто вернёмся, – ответил Алекс, – а построим свою историю здесь.

Через два года они вернулись – уже не как туристы, а как жених и невеста.

Чарли помог организовать свадьбу на берегу. Балийцы украсили пляж гирляндами из цветов, деревянными факелами и тканями цвета океана. Звуки гамелана смешивались с шумом прибоя.

Лера шла по песку босиком, в лёгком платье цвета слоновой кости, а Алекс ждал её под аркой из бамбука и орхидей.

– Сегодня я выбираю тебя, – сказала она.

– Я выбираю тебя каждый день, – ответил он.

В тот момент пальмы зашумели громче, волны взлетели выше, а голуби, как тогда, взмыли в небо.

Они снова качались на тех же качелях, теперь уже муж и жена, а холодный шоколад был холоднее и слаще, чем когда-либо.

Иногда жизнь делает странные повороты.

Они приехали искать виллу, но нашли свой дом – место, где джунгли встречаются с океаном, а случайные дороги становятся судьбой.

Цветы. Петя и Марина

Девятый год их брака был похож на длинную зиму.

Марина и Пётр жили в Салехарде – городе, где весна приходит только на календаре, а летом можно встретить снег.

Она – владелица небольшого бутика женской одежды.

Он – графический дизайнер, умеющий превращать серые будни в яркие макеты, но никак не способный раскрасить собственную жизнь.

Они были счастливы… почти.

Им не хватало только одного – ребёнка.

За девять лет они прошли шесть курсов ЭКО, бесконечные обследования, горы таблеток, календарей, надежд и слёз.

И вот, сидя однажды в маленькой кухне, Марина сказала:

– Петь, это шестая неудачная попытка…

– Я знаю, – тихо ответил он, касаясь её руки.

– Я больше не могу.Ни морально, ни физически. У меня нет сил верить.

Марина отвернулась, и Пётр увидел, как на её щеке медленно скатилась слеза.

Он взял её лицо в ладони и прошептал:

– Я люблю тебя больше жизни. Но, Марин, давай дадим себе паузу. Отпустим.

– Паузу? – горько усмехнулась она. – Может, лучше сразу сдаться?

– Нет. Не сдаться. Жить.

Он замолчал на секунду, а потом сказал то, что изменило их судьбу: