Александра Гусарова – Последняя любовь Великого дракона (страница 13)

Птица в ответ неожиданно запрыгнула на стол и сказала:

— Шура, посмотри на меня! — я перевела взгляд на черные глаза-бусинки. — Я меньше всего хочу создавать проблемы тебе или кому-нибудь еще. И не хочу, чтобы много народа знали о том, кто я такой на самом деле. Неизвестно, чем это все может обернуться. Поэтому, если ты считаешь, что мне нужно переселяться в свинью, то будем переселяться. Что нужно для этого сделать?

— Ничего, — выдохнула я от облегчения. — Берта мне оставила свой телефон и велела позвонить, как мы будем готовы. Она даже согласилась сюда приехать, понимая, что со свиньей и попугаем, который без тебя станет обычной птицей, перемещаться мне будет очень непросто.

— Хорошо, — кивнул он головой. — Только пообещай, пожалуйста, если я вдруг стану ребенком, ты меня не бросишь и будешь также любить!

— Петь, — погладила его по голове, — мы с тобой уже столько вместе преодолели, что это не забудешь никогда. И да, я буду тебя любить. Ведь ты для меня единственный и неповторимый.

Петр взобрался на мое плечо и уткнулся головой в волосы, а затем шепнул на ухо:

— Шура, и я тебя очень люблю!

Берта приехала к нам на удивление быстро. Мне всегда казалось, что старухи должны быть тяжелыми на подъем. Но эта звонила в квартиру ровно через час после звонка. Если отсюда убрать время на дорогу, получается, что собралась она мгновенно.

Сегодня цыганка выглядела по-другому. Исчезли цветастая юбка и красный платок на голове. Она была одета в черное платье, волосы повязаны строгим черным шарфом. И лишь трубка в зубах да тяжелые золотые серьги говорили, что эта все та же Берта. И выглядела она, как мне показалась, моложе, чем в первую нашу встречу. Заметив, что разглядываю ее с любопытством, она усмехнулась и сказала: — В таком виде проще по городу ходить. На цыган не всегда адекватно реагируют. А так непонятно, кто я такая.

Мне оставалось лишь с ней согласиться. А Берта тем временем продолжила:

— А где Петра Дефендер и его новое вместилище души?

«Новое вместилище души» тут же выплыл в коридор, звонко хрюкнув, застыл перед старухой, с опаской на нее косясь. Но больше меня удивил Петруша. Он важно восседал на холке поросенка, словно индийский раджа верхом на слоне.

— Привет, Берта! — поприветствовал ее попугай. — Спасибо, что так быстро приехала!

— Петра Дефендер, вы же знаете, что ваши подданные примчатся на помощь по первому же зову! — и она поклонилась свино-попугайной пирамиде. — Вы готовы к переселению?

— Ох, Берта, а разве к этому можно быть готовым? — попугай по-птичьи дернул головой и повернулся, разглядывая старуху драконьим глазом. К таким метаморфозам я уже привыкла и не пугалась, только немного вздрагивала каждый раз, когда его зрачок вдруг становился вертикальным.

— Вай, в такого красавчика и переселиться не грех! — рассмеялась гостья и почесала порося за ухом. Тот в ответ одобрительно хрюкнул.

— Может, чаю? — я запоздало решила проявить гостеприимство.

— Нет, спасибо, — отказалась Берта. — Дел у нас много, время не ждет. А чай я и дома попью. А ты бы шла погулять, красавица, что ли? — неожиданно она предложила мне.

— А остаться мне нельзя? — робко поинтересовалась у старухи.

— Боишься, что я у тебя все золото унесу? — хрипло рассмеялась та.

Я вмиг покраснела. Да у меня даже мысли такой не было! Я за Петрушу переживаю! Но вслух лишь сказала:

— Нет, не боюсь! У меня и золота нет.

— Представляешь, Берта, Родионовы настолько захудалый род, что не имеют своей сокровищницы! — вставил свои пять копеек Петр.

— Мы не захудалые! Мы пролетарии! — мне почему-то стало очень обидно за моих родственников.

— Петра Дефендер, вы сколько уже в этом мире? — поинтересовалась Берта у попугая.

— Второй месяц по местному летоисчислению! — гордо ответил тот.

— М-да, весело боги шутят! — покачала старуха головой. — Я ушла из нашего мира на триста лет позже вас, а здесь оказалась на двадцать лет раньше! Но вопрос не в этом. Вы еще очень многого про здешние реалии не знаете. Я бы настоятельно рекомендовала не выдавать необдуманные фразы, дабы не обидеть людей, вас приютивших.

Что это было? Цыгане таким языком точно не говорят. Но цыганка снова превратилась в цыганку, цокая языком и попыхивая своей трубкой, потребовала с меня чашку, тарелку и сто грамм водки. Благо мне Савельева уколы делала, когда я застудиться умудрилась. Для этих благородных целей и покупала чекушку. На мои ягодичные мышцы ушло немного. Остаток же хранился в холодильнике.

После меня выпроводили гулять. Я пошла с тяжелым сердцем, переживая за своего питомца. Как она у него душу доставать будет?

Вдруг в физическом смысле?

Когда же через час пришла домой, меня ждала гробовая тишина.

Я всегда боялась тишины, еще с детства, когда мама уходила на работу, заперев одну в доме. Казалось, что за стенкой кто-то ходит. Детское воображение тут же рисовало монстров, грабителей и волка в красной шапке набекрень. Я очень боялась этого волка.

Когда стала чуть постарше, тишина ворвалась трагедией в мою жизнь со смертью бабушки. Я вот так же пришла ее проведать, открыла дверь своим ключом. Она лежала в своей кровати. Я думала, что бабулечка спит. Но добудиться ее так и не смогла.

И сейчас тишина прошлась лезвием ножа по моему сердцу. В мозгу тут же нарисовались картины с растерзанным попугаем и цыганкой, которая сбежала, своровав у меня порося. Наверное, я очень глупая и доверчивая. Но когда тебе перевалило за тридцатник, перевоспитывать или переделывать человека поздно. Я всегда завидовала одноклассникам, которые не боялись учителей, которые могли вступить в спор, отстоять свое мнение, и совсем не походила на литературного героя, в честь которого был назван мой отец. А лишь могла смирно сидеть за партой и не высовываться. А так как училась хорошо, всегда приходила готовой к занятиям, проблем у родителей со мной не было, меня всегда и все хвалили. А в итоге получилась лишь Шура-бухгалтер зоопарка.

Осторожно, крадучись прошла в комнату. На диване мирно посапывали Берта, лежавшая поджав ноги на боку и Бориска, уютно устроившийся с ней рядом. На спинке стула, привязанный за лапу сидел попугай.

Завидев меня, птица дернулась и истошно заорала: — Атас! Посторонние на входе.

Я дернулась, не зная, что делать, то ли идти вперед, то ли сбегать из собственной квартиры. В это время открыла глаза цыганка и сердито цыкнула на попугая:

— Да замолчи ты, горластый!

Попугай нахохлился, наклонил голову вбок, внимательно посмотрел на старуху и сказал:

— Петруша хороший! Мать твою за ногу!

И в этот миг я поняла, что голос у него совсем другой. Это не был мой Петруша.

В это же самое время поросенок спрыгнул с дивана, сладко потянулся.

Вы видели, как потягиваются свиньи? Я точно нет. И сказал мне сочным басом:

— Как я тебе в новом теле, Шурочка?

Это стало последней каплей. Мои ноги отказались держать тело, и я сползла по стенке, плюхнувшись пятой точкой на пол. Поросенок тут же подбежал и ткнулся пятаком в мою щеку. Берта фыркнула:

— Ай, Петра, как был любителем женщин, так им и остался!

Он ее слова комментировать не стал.

Затем они мне рассказали, что ритуал прошел достаточно легко. Петра Дефендер, вернее, его душа, свободно перешла в тело Бориски. Но никто и подумать не мог, что попугай станет неуправляемым. Они его еле поймали и привязали к стулу. Я живо представила картину, как разъяренная старуха и поросенок бегают по комнате, сшибая все на своем пути, в попытке поймать живность. Мое воображение отлично дорисовал уже реальный погром, который был учинен на кухне.

В итоге, сильно устав, парочка бывших драконов задремала. А птица, увидев меня, резко вспомнила весь тот лексикон, который получила, живя у контрабандистов или кого-то подобного.

А мне, как минимум нужно было этого сине-желтого проказника вернуть в квартиру к Савельевой. Благо, он теперь летать по всей комнате не мог.

С помощью Берты я его спеленала, завязав клюв поясом от халата.

Засунула в корзину, в которой привезла поросенка, оставив лишь хвост, который торчал наружу, и поехала к подруге. Берта пошла вместе со мной, оставив Петрушу скучать одного в новом теле. Я ему клятвенно пообещала, что вернусь ночевать домой.

Глава 7

Я думаю, что не стоит расписывать в подробностях то, как я везла к Савельевной на квартиру остатки от Петруши — попугая. Корзина была в активном движении всю дорогу, я очень боялась, что он сумеет освободиться и вырваться на волю. Правда, кричать попугай не мог, так как клюв был перевязан. И это чуть-чуть облегчало ситуацию.

Вторая сложность заключалась в том, что мне нужно было его достать из корзины, развязать и благополучно запихнуть в клетку. Оставлять этого маленького агрессора гулять по квартире, было чревато для квартиры.

Оставлять связанным — чревато для меня. Наталья такого издевательства над животными бы не простила.

Я все таки изловчилась это сделать, открывая корзинку по чуть-чуть и тут же запихивая в его клюв бананы. Насколько я знала, этот фрукт птицы любят. Благодаря таким действиям, я осталась почти не покусанной и не поцарапанной, а соседи не слышали возмущенных криков бывшего Петруши. С горем пополам отправила его в клетку и закрыла покрывалом. Мяукать он мог сколько угодно. Сегодня я планировала ночевать дома, появившись у Натальи лишь с утра, чтобы встретить хозяев из поездки и сдать питомца с рук на руки. А сейчас мне предстоял разговор с поросенком, как бы глупо и странно это не звучало.