Александра Гусарова – Последняя любовь Великого дракона (страница 12)

— Какая умная птичка! — улыбнулся вновь мужчина. — Чтобы после убоя скотины, у нее было много сала.

Моя птица открыла клюв (если бы он был человеком, я бы сказала: уронил челюсть) и хлопнула крыльями:

— На какой убой?

Я же поняла, что нужно спасать ситуацию, иначе нас примут за сумасшедших и выставят вон ни с чем:

— Нам на мясо, пожалуйста! — решила, что Петр захочет иметь мускулистую фигуру. — Какая будет цена?

— Зависит от веса поросенка. Мясные породы я продаю по 120 рублей за килограмм, — объяснил свиновод. — У вас хлев или теплый свинарник есть?

Я вспомнила свою однушку в хрущевке и уверенно ответила: — Свинарник.

— Это замечательно! Поросята очень любят, когда все устроено именно для них. Пожалуйста, выбирайте!

Нас пропустили к загону, в котором мельтешило, по крайней мере, штук двадцать розовых пятачков и хвостиков. Я даже растерялась, не понимая, как выбрать того, единственного. И вдруг услышала шепот у своего уха:

— Шура, я вон того хочу, золотого!

— Золотого? — удивилась я достаточно громко, чтобы быть услышанной.

— Борьку? — тут же удивился свиновод. — Боюсь, он слишком нестандартный. Я его никогда на продажу и не рассматривал. Думал, что сами с женой съедим.

И тут я увидела его. Это был поросенок не розового, а скорее рыжего цвета. На его голове торчал смешной хохолок, чем-то напоминавший растрепанного попугая. И я поняла, что другой порося нам не нужен.

— Да, Борьку! — уверенно уточнила свой выбор. — А вы всем свиньям клички даете?

— Нет, — рассмеялся Владимир Алексеевич, — только свиноматкам и таким вот особенным поросятам. Вы его когда резать планируете?

— Мы его не резать берем, а дружить! — возмутился Петруша.

— Вот решила попугаю друга завести. Он всегда о поросенке мечтал! — снова пришлось спасать положение.

— Тогда вам мини-пига нужно брать, а не обычного хряка. Он же до 300 килограмм вырастет. Вы что с ним делать потом будете?

— У нас места много, корма тоже, а вот с деньгами не очень, — быстро решила убедить мужчину, что поросенок нам подходит, иначе Петруша мог опять ляпнуть что-то неподходящее. Мини-пиги действительно стоили намного дороже.

— Что ж, я за Бориску рад, — усмехнулся мужчина. — Надеюсь, что вы не пожалеете. А он проживет долгую и счастливую жизнь.

— Мы на это тоже надеемся! — уверила его я.

После моих слов мужчина ловко перепрыгнул через загон, распугав его обитателей, и быстро поймал золотого питомца за задние лапы.

Поросенок дернулся и звонко завизжал. Мы с Петрушей узнали, что такое настоящий поросячий визг. А новый член семьи был тут же размещен в нашей корзине и завязан тряпочкой, чтобы не сбежал.

— А взвесить? — уточнила я. С моими денежными ресурсами совсем не хотелось бы переплачивать за корзину. Вдруг на такси не хватит?

— Я же сказал, что не планировал его продавать. Бесплатно отдать не могу, так как корм на него тратил. Но думаю, что 500 рублей вполне хватит.

Эти слова прозвучали для меня музыкой. Я рассчиталась с продавцом и вызвала машину.

Глава 6

Такси появилось буквально через пару минут. Что меня смутило, так это галоши на ногах у водителя и несколько странный запах в машине.

Завидев, как меня немного перекосило, веселый паренек с рыжими вихрами и отсутствием переднего зуба широко улыбнулся и сказал:

— Вы, дамочка, фэйс свой не кривите. Другие такси сюда просто не приедут. Все же знают, что отсюда с поросятами ездют. Поэтому я в Убере и зарегистрировался. И вам удобство, и мне копейка капает.

До меня начало доходить, что аромат в салоне действительно напоминал запахи, витающие в свинарнике. Только жаловаться нам было несподручно, вернее, не на что. Поэтому мы покорно уселись в салон беленькой Субары, удивляясь несоответствию машины и ее хозяина. А парнишка, словно вновь прочитав мои мысли, выдал:

— Ласточка моя полноприводная. В деревне на простой машине в первой же луже на брюхо сядешь.

Я благоразумно покивала головой, не зная, что отвечать. Машина фыркнула и быстро набрала ход. Поросенок тихо повизгивал из багажника, надежно упакованный в корзину. Петруша дремал у меня на коленях. Только когда мы уже подъезжали к дому, попугай внезапно проснулся:

— А это куда мы едем? Нас похитили? — он крутил головой в разные стороны и уже набрал в грудь воздуха, чтобы закричать.

— Тише ты! — пришлось шикнуть на питомца. — Мы ко мне домой едем. Наталья с Гришей завтра из Турции прилетают. И я теперь буду жить у себя дома, а не в их квартире. Дома все объясню.

Древний дракон был, видимо, неглупым мужчиной. Он уже соображал, что на улице не стоит всем демонстрировать свои таланты. Поэтому послушно замолчал, дождавшись, когда мы окажемся в моей однушке на другой окраине города.

Мы поднялись на третий этаж и вошли в мои «хоромы».

— Ты вот это помещение свинарником назвала? — попугай деловито прошествовал в комнату. Ему только осталось заложить крылья за спину, и получился бы настоящий мультяшный герой. — А уже до этого свиней держала?

Я ничего не ответила, внутренне обидевшись за квартиру, которая досталась мне тяжелым трудом. Даже хрущевские однушки требуют серьезных выплат в ипотеку. Благо, недавно кредит был погашен, и я стала ее полноправной хозяйкой. На ремонт и покупку новой мебели денег особо не было. Поэтому она фактически была складом старой мебели, которой со мной делились родственники, отдавая все ненужное.

И весь уют я создавала своими руками.

Тут поросенок добавил громкости своему визгу, и отвлек от разглагольствования птицы. Пришлось выпустить порося на волю. Он резко вырвался из моих рук, деловито обнюхал палас на полу и встал в одну очень характерную позу. Через пару секунд посредине ковра красовалась большая куча, радуя нас с Петром своими ароматами.

До этого, я, естественно, изучила уход за свиньями от и до. Интернет обещал, что животные очень чистоплотные. Но, как и кошки требуют, чтобы к лотку их приучали. Только где взять лоток, в который войдет вся эта красота? И туалетный этикет они постигают от и до к шести месяцам.

Моему же новому питомцу было всего два.

Петр подошел к куче, вдохнул, тряхнул головой и скомандовал:

— Чего встала? Я сейчас в обморок от этой вони свалюсь!

Меня задел командный тон, поэтому я не преминула ответить в том же духе:

— А я не свалюсь. Тебе надо, ты и убирай!

— Шура! Да я бы убрал, но, как видишь, рук у меня нет! — попугай тут же пошел на мировую.

От дальнейшего выяснения отношений нас отвлек звук, напоминавший хлопок двери. Мы оба рванули на кухню, откуда он происходил. Я читала, что свинье очень умные и ловкие животные. Но то, что он с первого раза сумеет открыть дверцу холодильника и будет уминать с большим удовольствием картошку, лежащую в ящике на нижней полке, я не ожидала. Владимир Алексеевич говорил, что если будет плохо кушать, хорошо поить его из соски теплым молочком… Благо, в холодильнике больше ничего не было. Я его перед переездом к Савельевой почистила.

Усевшись на единственный табурет, я откинулась на стену, прикрыла глаза и захохотала. Только сейчас начала представлять, какой дурдом ждет меня впереди.

На наше счастье сытый Бориска улегся спать, воспользовавшись моим диваном. Я никогда не думала, что поросята прыгучие животные.

Оказывается, зря. Он сладко сопел, смешно подрагивая во сне пятачком.

А мы с Петрушей удалились на кухню, чтобы не дай бог не разбудить нового жильца и спокойно поговорить без всяких сюрпризов.

— Теперь все мне объясняй! — приказал попугай. Иногда в его голосе прорезывались командные нотки. И в этот момент я понимала, что он действительно был предводителем. — Почему мы будем жить в этом доме? Почему ты не можешь купить квартиру, где живет Наталья? Там же намного лучше и удобнее.

— Понимаешь, — немного подумав, начала я свое объяснение, — в нашем мире очень многое зависит от денег. А я всего лишь бухгалтер, даже не главный. И на мой оклад я могу себе позволить лишь такую вот квартиру, и то через ипотеку. Спасибо, мне родители помогли. Я уже полностью за нее рассчиталась.

— А ты не можешь работать ветеринаром, как твоя подруга? Ее зарплаты хватило на более комфортную жилплощадь, значит, и денег у нее больше, — все-таки Петр был очень далек от наших реалий. Я ему дала исчерпывающие объяснения и по этому вопросу. А также сказала, что больше у Савельевой жить не буду, и что будет с ним дальше, точно сказать не могу.

— И что мне делать? — попугай начал впадать в панику. — Я не хочу с тобой расставаться!

Он смешно бегал взад-перед по кухне и качал головой.

— Я вижу лишь один выход, — пожала в ответ плечами на его тираду. — Тебя нужно срочно переселять в тело Бориса. А Наталье вернуть попугая или то, что от него останется.

Я не исключала, что после переселения птица просто умрет. Но ради Петра была готова пойти даже на это и долго выслушивать савельевские стенания по данному поводу.

Петр еще покивал головой, обдумывая этот вариант, а потом обреченно воскликнул:

— Но он же совсем еще ребенок! А вдруг я в детство впаду?

М-да, такой вариант мне тоже не нравился. Убирать кучи посредине ковра хотелось меньше всего. Но разве есть другой выход?

— Есть вариант посвятить Савельеву и Сбруева. Может даже переселить Бориса временно в зоопарк. Конечно, будут проблемы, но раз ты так настаиваешь! — озвучила я свои мысли.