Александра Елисеева – Полуночница (страница 66)
С тех пор минуло несколько лет, и я боялась открыться той незнакомке, которой стала подруга сейчас, и всё же меня мучили вопросы: как так вышло, что северянка нашла утешение в князе? Какой она стала теперь и стоит ли её избегать?
Я надеялась, что несмотря на пережитое, где-то глубоко в душе ещё жила та Мев, которую я знала — решительная, с неизменной верой в справедливость и собственными принципами, твёрдыми, будто кремень. Но сейчас рядом со мной стояла совершенно чужая женщина. Я растерялась, не зная, что ей сказать.
Тем временем Мев придирчиво меня изучила. Она нахмурилась, от чего на её лбу появилась морщинка, но, разумеется, не вспомнила. Милош хорошо поднаторел в наведении иллюзий. Увидь меня матушка — и то не признала бы.
— Кто вы? Почему молчите?
Я сделала шаг назад и нерешительно замерла. Меня охватило смятение. Я укорила себя за поспешность и жажду любопытства. Невольно поразилась мудрости Милоша. Он явно знал всё о моей подруге и потому препятствовал встрече. Любой бы понял, что ничего хорошего она не принесёт. Лишь в моей душе, не очерствевшей несмотря на все испытания, ещё жила маленькая девочка, ждущая одобрения и ласкового слова от старших.
— Простите… — проработала я, — Обозналась, — и развернулась, чтобы убежать.
Я услышала, что северянка что-то крикнула вдогонку, но всё равно не остановилась. Я ошибалась, когда жаждала увидеться с подругой. Испытывая разочарование, я вернулась домой, не став нигде более задерживаться.
Я не могла рисковать, открывая лицо, и дело было не столько во мне, сколько в Ловкаче. Я боялась навредить ему своей неосмотрительностью. И именно из-за него я не предалась хандре в комнате не позволила себе расслабиться, дав слабости помутить рассудок. Я собралась и заставила себя отпустить все мысли о Мев.
А вместе с ней и о Дамиане Грасале… Ведь если старая подруга здесь, то и князь тоже может оказаться в Ландвааге. Хоть он и действовал по чужой указке, но я не могла ему доверять. Я не представляла, чем могла обернуться наша с ним встреча.
Отвлекаясь от тяжёлых размышлений, я достала из ящика купленную заранее колоду и принялась за кропотливую работу. Я подготовилась: нашла в вещах вора невидимые чернила и взяла обычное перо. Сосредоточенно кусая его кончик, я поставила крохотные метки на картах, понятные лишь мне одной и неприметные даже для лихачей, использующих такие же артефакты, как очки у вора, а для остальных — и вовсе невидимые. Фрай меланхолично созерцал мои старания, лёжа на столе, но не мешал.
Вскоре я довольно оглядела результат. Благодаря своим способностям, я не нуждалась в зачарованных стёклах и увидела каждую чёрточку и штришок. Теперь я без труда могла назвать любую карту, лежащую рубашкой кверху. Дело оставалось за малым.
Я вытащила из футляра ожерелье леди Ливийской. Чёрные бриллианты легли виноградными гроздьями на шею. Я подошла к зеркалу и закрыла глаза, пытаясь сосредоточиться. В прошлый раз я усиленно думала о стражах, и этого хватило, чтобы я приняла облик одного из них. Теперь мне предстояла иная роль, но я надеялась, что я правильно догадалась, что нужно делать.
Я представила образ, который хотела принять, и положилась на милость судьбы. К счастью, артефакт не подвёл. Подняв веки, я хитро ухмыльнулась своему отражению. На меня смотрел молодой повеса, любящий сыграть в карты и потратить накопленное родителями состояние. Мужчина, одетый по последней моде, провёл рукой по русым волосам, взлохматив их. Я показала ему язык и нервно хихикнула:
— Бу! — фыркнула я.
Схватив набитый деньгами кошель, я кинула последний взгляд на комнату и решила удалиться. Я уже открыла дверь, как почувствовала, что позади навалилось нечто тяжёлое. Я зашипела от боли, ощутив впившиеся в спину звериные когти. Кот ловко переместился на плечи, словно и не заметив инстинктивных попыток его скинуть.
— Фрай! — возмутилась я.
Я попыталась вернуть его на место, но не тут-то было: кот растерял всякое желание мирно спать дома. Он жаждал отправиться навстречу приключениям… вместе со мной.
Я сделала всё возможное, чтобы его скинуть — Фрай упёрся всеми четырьмя лапами, решила отодрать от себя — оказалось, что легче, наверное, снять живьём собственную кожу. Под конец, усталая и злая от усилий справиться с упрямым животным, я поманила его вкусненьким, но кот лишь оскорблённо отвернулся. Я выдохнула, стараясь успокоиться. Зверь неподвижно застыл на моих плечах, будто давно привык так постоянно путешествовать.
Делать нечего, пришлось идти вместе с котом. Ещё раз напоследок посмотрела в зеркало. Морда животного выражала самодовольство и равнодушие, а моё лицо выглядело столь жалостливо, что я бы отдала себе выигрыш за просто так.
В общем, молодой повеса в моём исполнении вышел совсем не таким, как я рассчитывала. Но одного в нашей паре с котом не отнять — мы сразу же привлекали внимание.
Пока мы шли по улице, я старательно игнорировала удивлённые взгляды прохожих. Пришлось напустить на себя невозмутимый вид, хотя чувствовала себя неуютно. Кота же подобные мелочи не волновали: его совсем не смущало оживление, вызванное необычной прогулкой. Все люди, встреченные по пути, заглядывались на нас, а когда мы вошли в нужный трактир, присутствующие и вовсе оторвались от дел, чтобы посмотреть на необычную пару.
Я немедленно потребовала у подавальщицы стопку «кислой воды»[*Название водки в Льен], хотя не собиралась её пить. Вместо этого я вышла в туалет. Поморщившись от мерзкого запаха, я задержала дыхание. Навозные мухи навязчиво жужжали, летая по узкой кабине. Мне пришлось махнуть рукой, отгоняя их от себя. Неприятные насекомые не унимались, без устали летая в воздухе. Мне тут же захотелось залезть в лохань с водой, чтобы избавиться от ощущения грязи. Казалось, будто зловонье немедленно пропитало одежду и волосы.
Не желая задерживаться, я пощипала щёки до красноты, капнула на шею кисленькой и, поморщившись от мерзкого вкуса, прополоскала рот спиртом. Его резкий запах даже на время смог перебить смрад в уборной, но я всё равно поторопилась выйти. Зеркала, чтобы оценить результат, не нашлось, но я надеялась, что мне удалось изобразить порядком захмелевшего юношу, когда на нетвёрдых ногах направилась обратно в зал. Перебравших браги я достаточно повидала в трактире Расмура. Сейчас я вела себя в точности, как некоторые наши посетители — грубо, развязно и чуточку навеселе.
Фрай, дожидавшийся меня у входа, засеменил следом и с гордым видом, задрав хвост, прошествовал к занятому нами столу. Я села на стул, и кот запрыгнул на колени. Оставалось немного подождать.
Я усиленно «напивалась», спуская монеты одну за другой на стопки, незаметно выливаемые во флягу за пазухой. Благодаря урокам вора, я неплохо отточила ловкость пальцев, и теперь подобные трюки не составляли труда. Подавальщицы не успевали приносить новые порции, но скучать пришлось недолго.
За соседним столом как раз закончилась очередная партия в «Дракона». Я поняла, что пришло время для моего триумфа. Немедля я принялась за дело, боясь упустить момент. Пошатываясь, я поднялась (едва не опрокинув стул) и подошла к картёжникам.
— Гос-пода!.. И-ик, — обратилась я не своим голосом. — Примите в игру!
Те подняли на меня усталые, но трезвые глаза, и мужчина, сидевший ко мне ближе остальных, холодно сказал:
— Игроков уже достаточно, парень.
Я ждала такого ответа, но не собиралась мириться с подобным исходом. Фрай, видимо, испытывал подобные чувства и решил помочь, запрыгнув на чужой стол. Кот мяукнул.
— Кис-кис-кис, — с пьяными нотками поманила я. Зверь, разумеется, не шелохнулся, и я потянула руку и чуть не свалилась, когда ноги «внезапно» подвели. Игроки едва поморщились, ощутив смачный алкогольный запах.
В этот же миг из кармана «ненарочно» вывалился набитый кошель. Со звоном он ударился о дерево, оповестив всех, будто колокол из дозорной башни, что денег у гостя с лихвой, а значит — он вполне может с ними расстаться.
— Ой, обронил! — рассеянно «удивилась» я.
Я почувствовала, как взгляды присутствующих впились в блеснувшее в разрезе ткани золото. Мужчины жадно сглотнули. Словно не заметив их внимания, я небрежно убрала деньги за пазуху, будто вся эта сумма практически ничего не стоила. Они ещё раз оглядели мой помятый внешний вид, оценили мутный блеск в глазах и нетвёрдую походку, и я почувствовала, что алчность перевешивает всё остальное. Тогда один из них озвучил мысли других игроков:
— А что, одного ещё принять можем. Правда, парни?
Тот, что отказал мне вначале, недовольно скрипнул зубами, но смолчал. Я присоединилась к игрокам, сев за стол. Партия началась.
Я сразу стала щедро сыпать монетами, располагая к себе людей. Без сожаления проигрывая содержимое кошелька, я с азартом делала ставки. Настороженность к новому человеку начала постепенно сходить на нет. Спустя время кто-то уже успокаивающе похлопал меня по плечу, когда я в очередной раз проигралась.
— Эх, друг, удача ещё вернётся!
Он и не подозревал, насколько был близок к истине. Но всё же я изобразила сожаление и быстро поспешила запить горе «кислой водой», чтобы ещё сильнее убедить противников расслабиться. Они явно поверили мне и, не скрывая довольных усмешек, по ходу игры подстрекали делать всё большие и большие ставки. Окрылённые успехом, мужчины много пили, хотя вовремя останавливались, не позволяя алкоголю затуманить разум, и с удовольствием наблюдали, как тают мои запасы.