Александра Елисеева – Полуночница (страница 10)
Чей-то удар повалил меня на землю, едва не толкнув на лестницу, с которой я могла бы кубарем полететь вниз. Я поднялась, отряхнула от пыли платье и со злостью посмотрела на посмевшего задеть меня мальчишку. Обычно бежать, не разбирая дороги, — моя прерогатива.
— Эй, что замерла как истукан?
— Смотри, куда несёшься, — обиженная на грубость, бросила в ответ. Сбивший меня с ног и не подумал извиниться.
— Подумаешь — неженка!
— Сам такой!
— Что сказала?! — разозлился мальчишка и прижал меня к стене. Несмотря на юное лицо, он явно был старше меня и заметно превосходил в росте, хотя за последнее время я тоже изрядно вытянулась.
Но даже загнанная в угол, я не растеряла запала, вздёрнула нос и с вызовом ответила:
— Что слышал!
— Да я тебе сейчас… — пригрозил он, но услышать окончание слов я не успела. Со всей силы пнула его по ноге и вырвалась, чтобы броситься прочь, не думая, догонит ли он, и, заливисто хохоча, крикнула ему издалека оскорбление:
— Слабак! — без зазрения совести подначивала я.
Несмотря на произошедшую неприятность, мрачное настроение отчего-то улучшилось. В трактир я вбежала с улыбкой до ушей.
День продолжился спокойно. В обед пришло много посетителей, которых мы едва успевали обслуживать. В основном заходили владельцы дорогих лавок Берльорда, но иногда трактир привлекал не только богатых купцов, но и мелкую знать. Долгое время Расмура заманивали потчевать господ в элитных ресторациях, но мужчина отказывался, не желая покидать полюбившуюся кухню. За время работы в трактире я сама из «подай-принеси» повысилась до мелкого поварёнка и уже неплохо разбиралась в приготовлении блюд, хотя до повара мне было ещё расти и расти.
Я стояла рядом с Мико, занимающимся здесь тем же, что и я, над чаном и спорила. Подув на ложку с горячей жидкостью, я вынесла вердикт:
— Пересолено.
— Да нет же! — засомневался парень. — Хороший суп.
— Нет, — покачала я головой. — Похоже, ты и правда дважды посолил.
— Что со мной Расмур сделает? — Мико схватился за голову.
— А ничего, — я улыбнулась. — Воды добавь. Если достаточно разбавишь, соль не будет ощущаться.
— Ты гений, Уна! — воскликнул поварёнок. Он появился на кухне недавно и слишком приукрасил свой кулинарный опыт. Парень опасался, что если повар узнает реальное положение вещей, то его тут же выгонят, хотя мне казалось, что Расмур раскусил неумелую ложь с самого начала. Будто прочитав мои мысли, стоящий не так далеко повар заговорщицки подмигнул и, подняв вверх большой палец, уважительно произнёс (шёпотом, чтобы Мико не расслышал):
— Растёшь! Так держать, мелкая.
Я отвернулась, пряча улыбку, и принялась помешивать похлёбку, которую готовила. Как по мне, выглядело довольно аппетитно.
— Перца добавь, — неожиданно послышалось над ухом. Я невольно подскочила.
— Ты, — обвинительно произнесла я тому, кто меня напугал. За спиной оказался тот самый мальчишка, который сегодня едва не столкнул меня с лестницы. Он широко улыбался, но выглядел как-то… пакостливо. Хотя с виду он казался ровесником Мико, мне никак не хотелось назвать его «парнем». Несмотря на вздорный характер, его лицо ещё сохраняло детские черты.
— Я, — с вызовом ответил наглец. — Между прочим, меня зовут Арес.
Я пожала плечами, не понимая, что ему нужно, и назвала своё настоящее имя (в Берльорде меня уже несколько месяцев как прекратили разыскивать, и я перестала скрываться):
— Уна.
— Это тебе, Уна. Мои извинения, — он протянул маленький букетик ромашек, который я сразу не решилась брать. Слишком подозрительно это всё выглядело. — Бери же, — с раздражением добавил Арес, заметив мою нерешительность.
— Спасибо, — сдержанно, но искренне поблагодарила я.
— Ну я пошёл.
— Пока, — недоумённо попрощалась я.
Как только мальчишка удалился, ко мне подошёл Расмур.
— Ну как тебе мой племянник?
— Племянник?! — от удивления слишком резко воскликнула я.
— Да. Сын Устара. Шебутной малец. Как мать скончалась, приглядывать некому стало, и он совсем отбился от рук. Приходится иногда воспитывать.
Мы помолчали. Каждый думал о своём. Я подозревала, что злосчастный букетик достался мне не без участия дяди дарителя.
— И ещё. Это тебе, Уна. Праздник всё-таки.
Мои глаза загорелись от радости, когда я взяла маленькую коробочку.
— Как вы узнали?
— Мико проболтался.
Сам парень сегодня уже подарил мне маленького деревянного журавлика, которого сам вырезал.
— Он исполняет желания, — пообещал поварёнок. Я загадала, чтобы с Элиной и Мев всё было хорошо. А в коробочке Расмура оказались конфеты из самого настоящего шоколада — я пробовала его только в заведении Итолины Нард.
— Спасибо! — я кинулась повару на шею и крепко обняла.
— Ну полно, полно… — Расмур сделал вид, что обескуражен бурным проявлением чувств, но на самом деле, я знала, что он остался доволен.
Я продолжила кашеварить дальше. От еды шёл восхитительный запах, и я глотала слюни, вдыхая его. Когда на кухню вошла Тая, наша подавальщица, она тоже довольно втянула носом аромат.
— Суп ещё не готов, — сказал Мико.
— Я знаю, — ответила она. — У меня перерыв.
Она села на табурет, достала из кармана колоду игральных карт и принялась их тасовать. Я кинула заинтересованный взгляд на Таю.
— Умеешь? — верно интерпретировала она его.
— Нет, — с сожалением призналась я.
— Я научу, — загорелась она, начав тут же показывать мне карты и рассказывать правила, а я принялась внимательно слушать и запоминать. Вскоре к беседе присоединился и Мико, и они стали бурно обсуждать комбинации и мухлёж. Заинтересованная, я решилась сыграть. За короткой партией перерыв Таи быстро подошёл к концу. Время пролетело совсем незаметно, и мы захотели продолжить завтра.
Я вернулась к готовке, но работать пришлось недолго — с кухни меня отпустили пораньше, и я, воодушевлённая, пошла домой. К своему удивлению, возле постоялого двора я снова встретила Ареса. Он сидел на заборе и играл на флейте незатейливую мелодию, но, увидев меня, тут же отложил инструмент в сторону.
— Привет, Уна-гроза-кухни!
— Привет, Арес-страх-коридоров! — фыркнула я.
Он рассмеялся.
— А что, мне нравится. Я бы предложил присесть рядом со мной, но ты же девчонка, не залезешь, — сын Устара скептически оглядел моё платье.
— Вот ещё! — возмутилась я.
Я ловко залезла на забор, оказавшись рядом с мальчишкой, бросившим вызов. Мы ничего не говорили друг другу. Я болтала в воздухе ногами, а парень наигрывал знаменитую балладу. Когда он закончил, то сказал, явно меня провоцируя:
— Спорим, побоишься сходить на крышу?
Мне захотелось рассмеяться, вспомнив былые приключения в доме Итолины Нард, но даже если б племянник Расмура предложил вместо этого что-то пугающее и опасное, я не смогла бы не согласиться, и он, безусловно, об этом знал. Тем не менее я сохранила серьёзное лицо.
— Спорим! На желание.
Мы ударили по рукам, а вечером я отправилась вместе с Аресом на чердак, и оттуда мы вышли на крышу постоялого двора. На небе уже появились первые звёзды, хотя оно ещё целиком не потемнело. Как тогда, когда я только приехала в Берльорд, я прошлась по козырьку, любуясь открывающимся видом.
— Ох, да ты бесстрашная, Уна-покорительница-крыш! — восхищённо сказал мой провожатый.
— Спасибо, Арес-расхититель-чердаков! — в тон ему рассмеялась я.
Мы и дальше развлекались, придумывая друг другу забавные прозвища: